Аэриснитари сузила глаза.

– В связи с этим нужно организовать зачистку Дома от врагов. Не забывайте о пленных…

Внезапно несколько жриц поднесли браслеты к ушам, а Аэриснитари взялась рукой за разноцветную серёжку на левом ухе. Я вопросительно склонил голову к правому плечу. Через пару минут ожидания она снова подняла голову и бесцветным голосом произнесла:

– Связь с Домом восстановилась. Прости, я отойду… Мне нужно побыть одной. – Она нетвёрдой походкой отошла в сторону и оперлась плечом о какой-то обломок стены.

Я перевёл взгляд на золотоволосую обращённую и недовольным голосом осведомился:

– И что? Какие новости?

– В данный момент обязанности Матриарха исполняет Арисна, Таенори не вернулась с предыдущего Высокого Совета, что был день назад. Арештар убит. Тедзиром и Сираз погибли в битве. Сариехарна, обвиняемый в предательстве, бежал. На данный момент его местонахождение неизвестно.

Мир вокруг потускнел. В душе образовалось пустое тянущее чувство тоски. Демон с ним, с этим Сариехарной, но Таенори… Да, я так и не стал чувствовать себя её кровным сыном, и, невзирая на то что видел её довольно редко, я уважал её как личность и довольно сильно к ней привязался. Да и чувствовал вину за то, что подозревал её в предательстве Дома и меня, в частности. И вот её нет. Некому больше попрекнуть меня с затаённой гордостью или осадить одной холодной волей.

Рядом что-то звякнуло. Взглянув, я увидел, что из моего тера выскользнула треклятая коса-копьё. Я закрыл глаза и сказал:

– Этим оружием и наносились те энергетические удары… Как далеко сумели прорваться враги?

– Их остановили лишь на втором оборонительном уровне.

– Передайте Арисне, что мне понадобятся все пленники, которых она сможет захватить. Когда прибудет Эльвиаран?

– В последнюю очередь, владыка Ашерас.

– А моя охрана?

– Вместе с ней.

Открыв глаза, я посмотрел на свою изувеченную руку. Жизнь продолжается. Вот только сколько ещё будет этих потерь? Надеюсь, Аэриснитари быстро придёт в себя.

– Мне нужна еда, а также пусть кто-то из обращённых сделает мне переливание крови. После этого я, наверное, посплю…

– Как вам будет угодно, владыка.

Эпилог

«Самоуверенность – первый шаг на пути поражения. Надменность – второй шаг, но уже в бездну. Гордыня – третий шаг, да напрямик в безвестность».

Слова приписаны Ашерасу ат И’си’тору, владыке «Багрового пламени».

Двое суток… Много это или мало? Смотря для чего. В них вместилось столько всего, что иногда, когда я их вспоминаю, у меня в голове мутится.

Двое суток до Совета мне пришлось работать, лишь изредка прерываясь на приём пищи, сон и различные официальные мероприятия. Но результат того стоил: почти семь с половиной сотен обращённых – это немало, но и не так уж много, учитывая мои планы насчёт них.

На фоне официального известия о спасении Аэриснитари и Эльвиаран из щупалец иллитилов переход власти от Арисны к древней изуродованной атар произошёл довольно буднично.

Я вернулся из похода совсем другим. Изменилось не только моё мироощущение, но и отношение всех и каждого к моей персоне. Временами их предупредительность выводила меня из себя.

Через теперь постоянный портал в Ишакши Матриарх десантировала десять тысяч орин и столько же рабов, которые тут же стали буквально растаскивать разрушенный город по частям. Так я впервые увидел рабов в нашем Доме.

В целом они не производили впечатления забитых или замученных существ. Пока что я видел лишь гномов да немного цвергов. Одеты все они были почти так же, как и орин. Только у всех них была на шее вытатуирована сложная вязь знаков древних. Спрашивать я не стал, но тут было и ослу понятно, что татуировка каким-то образом мешает рабам бежать и заодно указывает принадлежность к Дому. Мускулистые, коренастые рабы, держащие в руках разнообразные инструменты, угрюмо посматривая по сторонам, шагали по одному в портал.

С половины города мы натащили почти пятьсот тонн золота только в монетах и слитках. Кстати, по объёму это не так уж и много. Гораздо больше было разнообразных изделий из драгоценного металла: столовых приборов, предметов мебели, украшений и даже игрушек. Всего этого было не только больше по весу, но и по объёму – многие изделия, такие как кубки и вазы, были, естественно, пустотелыми.

Портал в Доме висел на высоте полуметра над полом, и, чтобы в него было легче попадать, Эльвиаран отдала приказ строить сначала подмостки, а потом и возвести здание вокруг него.

Из-за всего этого площадь-плац пришлось перенести, хорошо, было куда: со стороны парадного входа в Дом находились одни развалины. Заодно было решено построить большой храм-святилище Элос с огромной статуей, изображающей великую богиню, при входе.

Во внутреннюю политику И’си’тор я старался не лезть, дабы Эльвиаран ни в коем случае не увидела во мне препятствие или, не дай богиня, угрозу.

* * *

В Ксатен мы прибыли первыми, как и планировалось.

Матриарха со всё ещё забинтованными в шёлковый бинт ступнями и кистями рук, но с открытым лицом занесла её сестра и бережно уложила на чёрный диванчик И’си’тор. Эльвиаран хотела прибыть на Высокий Совет почти обнажённой, дабы, продемонстрировав своё изуродованное тело, подчеркнуть будущее отношение к остальным Матриархам в случае их пленения, но мне удалось её уговорить так не делать и оставить открытым лишь лицо.

Вместе с нами пришли Эхаер и Арисна. Сейчас они усаживались за спиной Аэриснитари, придерживая между собой демонстративно замотанного до состояния мумии в снотворный бинт иллитида Кхитана. Последнее свободное место было за спиной моего Матриарха и предназначалось для меня. Но я пока не спешил его занять.

Стоя на острие огромной пятилучевой звезды, я смотрел вниз, на Тьму, чуть плещущуюся у моих ног. Честно говоря, я был потрясён, увидев, в чём плавал Ксатен.

Я почувствовал, как позади меня возникло что-то родное и могущественное. Раздавшийся звук всепроникающего голоса не дал мне даже сомневаться в том, кто стоит за моей спиной.

– Да. Это накопитель, – властно произнесла Элос. – И нет, я не знаю, зачем его создал Ашерет.

Я не осмелился повернуться.

– Но здесь же миллиарды эргов Тьмы! Этого количества чистой маны хватит, чтобы обрушить весь материк и не только уничтожить наш народ, но и загнать всех разумных на Хейреше практически в каменный век!

– Теперь-то ты понимаешь, зачем это место защищают пять Храмов и охраняют пять Великих Домов…

Элос обогнула меня и оказалась в зоне моей видимости. Она была совершенно спокойна и даже расслабленна. Взглянув в моё ошарашенное лицо, она чуть ухмыльнулась и легко шагнула с чёрного оникса Ксатена прямиком во Тьму. С каждым шагом она как бы спускалась по лестнице, погружаясь в глубины мрака, который был настолько плотен, что напоминал нефть. Когда она погрузилась до пояса, её тело накрыл большой язык концентрированной Тьмы, и богиня исчезла. Поверхность мрака на секунду разгладилась и снова собралась, но уже в фигуру Эхаялин.

– Будь осторожен на Совете, – раздался её громкий шёпот, и дочь Элос развеялась чёрным туманом, прежде чем я успел моргнуть.

Когда я, спустя пару минут, повернулся, Матриарх и её сестра всё ещё смотрели в то место, где была Эхаялин.

На мостик, ведущий в Ксатен, стали вступать Матриархи, верховные ариры, а также их свиты. Портреты Матриархов мне заранее показала Эльвиаран. Заодно поведала их краткие биографии и внутреннюю политику в их Домах.

Увидев впереди всех Акристу, я сделал знак своей охране: «Начинайте». Короткие отрывистые команды в амулеты связи – и машина войны снова заработала. Где-то неподалеку отряд обращённых атар активировал сложный ритуал-заклинание, обрезая всю связь на большом радиусе, и почти вся наша армия, кроме драколича, оставшегося на охране Дома, начала штурм.

Я внешне расслабленно смотрел на идущих. Ха! Как я и думал, никто из них не держал постоянной связи со своими Домами. Как глупо… Задумай я обезглавить Великие Дома – мне бы это легко удалось…