Художественное оформление серии В. Щербакова.

Иллюстрация на переплете И. Варавина.

© Макеев А. В., 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

– Помогите! – Крик был едва слышным, дребезжащим. Но полковник Лев Иванович Гуров мгновенно его узнал – это кричит слепой старик-сосед из квартиры на первом этаж. Он тут же, перепрыгивая через ступени, кинулся со своего пятого этажа вниз.

Четвертый этаж! Крик стал похож на плач:

– Помогите! Люди! Кто-нибудь!

Третий этаж! Внизу что-то загрохотало, и человек застонал от боли.

– Кто-нибудь! На помощь! Полиция!

Лев почти кубарем скатился по последнему пролету и наклонился над телом, вытянувшимся на ступеньках.

– Степан Николаевич, слышите меня? Вам плохо? Что болит? Давайте я «Скорую» вызову.

Одной рукой Гуров осторожно проверил пульс у старика, а другой уже вытаскивал из кармана телефон и набирал номер.

– Алло, «Скорая», срочно бригаду в Юбилейный проезд, четыре, мужчина, примерно восемьдесят лет. Нет, точный возраст я не знаю. Слепой, упал в подъезде. Третий подъезд, лежит на лестничной площадке на первом этаже. Да, да, в сознании… – Не убирая телефон от уха, он наклонился к старику: – Степан Николаевич, что у вас болит? Можете говорить? Сердце? Можете пошевелить руками? Ноги как, в порядке?

С седых волос на его начищенные туфли капнула свежая, алая кровь.

– Он ранен, голова разбита, есть кровотечение. Приезжайте быстрее! Хорошо, я жду!

Звонок прервался, и Лев снова наклонился к пострадавшему:

– Степан Николаевич, это Лев Гуров, ваш сосед. Слышите меня? Я с пятого этажа, из девяносто шестой квартиры.

Пожилой мужчина протянул руку, его пальцы коснулись лица Гурова:

– Лев, не надо «Скорую». Мне нельзя в больницу. Я сейчас, я встану. Только помогите мне подняться. Как хорошо, что вы шли мимо, мне ведь надо в полицию, я хотел дойти до отделения. Вы можете помочь? Оно недалеко, я бы сам, только вот незадача – упал. Это срочно! А я случайно выронил телефон и никак не мог его найти. А он мне нужен, очень! Вдруг Егорка позвонит, может, все-таки он просто где-то задержался…

– Давайте-ка попробуем сесть. А потом, если получится, вы все мне расскажете. Я помогу. Не переживайте – никуда не уйду, буду рядом, пока проблема не решится, – сказал Гуров, подсовывая руку под спину старика.

Старик, не мигая, смотрел на него голубыми, прозрачными глазами. Он был слеп давно, уже больше тридцати лет, и привык внимательно вслушиваться в каждое слово или звук, чтобы понять – что же происходит вокруг. И голос, который он слышал, его успокаивал. Он помнил его, вот уже полгода как слышал регулярно в подъезде, несколько раз разговаривал с ним у подъезда, по-соседски. Это Лев Иванович Гуров, работает в МВД, оперуполномоченный, ловит преступников. Муж очаровательной Марии, воздушной актрисы, от которой всегда пахнет нежными и одновременно яркими духами. Она всегда разная и всегда чудесная. Когда проходит мимо него, стоящего на крыльце во время своей ежедневной прогулки, и говорит: «Здравствуйте, Степан Николаевич. Рада вас видеть. Как ваше здоровье?» – его всегда обдает волной смущения и восторга. Будто ему опять восемнадцать и он идет на свое первое настоящее свидание с девушкой.

А голос ее мужа был совсем другим: негромким, но заполнявшим собой все пространство вокруг. Казалось, в него можно было упереться, как упираются в крепкое, надежное дерево в шторм. В вежливом «здравствуйте» соседа слышалась не просто формальная вежливость, а глубокое уважение. Так разговаривает человек, который хорошо относится к собеседнику, даже не зная о нем ничего, потому что он уверен в том, что это хороший человек.

Старик, не мигая, смотрел в пустоту своими прозрачными глазами. Он давно уже видел мир только через звуки: по торопливой дрожи в голосе узнавал ложь, по высоким нотам – страх.

От уверенного, спокойного голоса соседа ему стало теплее, жизнь вдруг потихоньку начала возвращаться в непослушное, деревянное тело. Степан Николаевич смог, покачиваясь, сесть на ступеньках и махнул широкой ладонью на открытую дверь квартиры.

– Лев Иванович, отменяйте «Скорую». Не до болячек мне сейчас, беда у меня.

– Но у вас голова разбита, вы упали, – попытался возразить полковник.

Но старик уже пытался встать, его длинные, костистые пальцы вцепились в перила.

– Нет, послушайте, мне сейчас не до этого! Все ужасно, надо срочно идти в полицию, в наше районное отделение. Пропал Егор, мой внук. Надо немедленно организовать его поиски.

Гуров замер, так вот куда спешил пожилой сосед – на поиски внука. Он подал Степану Николаевичу руку и предложил:

– Давайте я помогу вам дойти до квартиры, а вы расскажете, что произошло и при каких обстоятельствах Егор пропал. Вы помните, я говорил вам, что работаю в полиции? Думаю, смогу объяснить сотрудникам по телефону, чтобы вашего внука начали искать прямо сейчас, и вам не придется самому добираться до отделения – дежурные оперативники прибудут к вам сами. В любом случае нужна фотография мальчика, описание его одежды, его маршрут, список друзей, родственников. В любом случае вам лучше оставаться дома, вдруг мальчик все-таки объявится. Идемте, я помогу организовать поиски. Но сначала расскажите, когда и во сколько он ушел.

– Да, понимаю, нужны факты. Вы ведь полицейский, кажется, сотрудник уголовного розыска, разбираетесь в таких вещах, – согласно закивал сосед.

Лицо его вдруг вытянулось, а уши чутко уловили едва слышный звук:

– Слышите? Звонит телефон! Так и знал, выронил этот аппарат в коридоре. Лев, его надо найти, идемте скорее! Вдруг это звонит Егор? Я, старый дурак, кинулся в полицию, выронил свой мобильник в коридоре, а найти без звука не смог. Только бы он не переставал звонить!

Старик изо всех сил торопился к двери, хотя каждый шаг давался ему с трудом. Шажки выходили мелкие, а рука беспомощно хватала воздух.

Звук звонка стих. Степан Николаевич охнул, оступился и чуть снова не завалился на бок, потеряв равновесие.

– Не звонит, все! Егорка! Это он, я чувствую.

Лев обхватил грузное тело, довел наконец старика до распахнутой двери и сказал:

– Заходите, прошу. Я сейчас найду телефон. Назовите ваш номер, я сделаю звонок, и мы найдем аппарат по звуку. Может быть, он куда-то завалился. Сейчас найдем, и вы сможете перезвонить внуку.

Простенький черный мобильник быстро нашелся под обувной тумбочкой, он забился в щель между полкой и полом. Льву пришлось даже поднять тяжелую мебель, чтобы добраться до гаджета. Он нажал на кнопку блокировки, и на экране высветилась надпись: «Два непринятых звонка». Нажал на вызов, и динамик сразу же ожил:

– Дед, это я. Задержался после поликлиники. Гулял, а потом в магазин зашел. Ветер на улице, не услышал, что ты звонишь. Я уже почти дома. Ты меня потерял, да?

– Егор, это ваш сосед, Лев Гуров. Немедленно иди домой, да, дедушка тебя потерял. Хотел пойти в отделение полиции, но упал в подъезде. Ждем «Скорую», так что поторапливайся.

Мальчишеский голос вскрикнул на том конце:

– Я сейчас, уже бегу! Он… с ним… все в порядке? Ему плохо? Что с ним?

– Ничего страшного, ушиб. Но ты срочно нужен здесь. – Лев с трудом сдерживал раздражение. Ну и мальчишка, даже не подумал предупредить деда, а тот места себе не находит.

Чуткий слух Степана Николаевича уловил каждое слово. Он протянул руку к телефону:

– Прошу, не ругайте мальчика. Он просто увлекся немного, а я уже и накрутил себя. – Старик перехватил телефон и выкрикнул в трубку: – Егорка, не торопись, иди спокойно. Со мной все в порядке. Прошу тебя, будь осторожен. Ты нашелся, а это главное! Все хорошо!

Мальчик ответил коротко:

– Ладно, я скоро буду. Дед, я уже почти дома! – И отключился.