— Попробуй повторить, — предложила починка. — Сначала подними что-нибудь и перемести себе на руку. Перемещать к себе на первом этапе обучения лучше всего получается. Ты как бы примагничиваешь предмет собой. А уж потом научишься отправлять груз в произвольное место. Давай.

Настя попробовала. Получилось раза с третьего. Но Настя решила, что это быстро. С заклинанием как-то оно понятнее! Сказала необходимые слова, добавила силу — вот тебе конкретный предсказуемый результат.

Удобно.

Разобравшись с перемещением и бросками, — Роза не отстала, пока Настя не повторила упражнение успешно три раза подряд, — взялись за остановку.

Она давалась проще, но была одна проблема — слишком длинное заклинание. Фея корила себя за непредусмотрительность: когда на тебя летит грузовик (например) времени на произнесение заветных слов может и не оказаться.

— Все равно выучу, — успокоила ее Настя. — Все же я не думаю, что в меня станут, например, стрелять. А с другой стороны, в школе мне неплохо давались скороговорки. Я просто научусь произносить заклинание быстро…

В итоге дальнейшая тренировка свелась к тому, что Роза передвигала по воздуху большой камень. Медленно и плавно. А Настя его медленно и плавно сдвигала с намеченной траектории и заставляла мягко опуститься на песок.

— Нет. Так не пойдет, — покачала головой починка. — Это совсем не похоже на экстремальную опасную ситуацию. Фигней какой-то занимаемся! — в сердцах выругалась она.

Настя предложила:

— Тогда просто возьми и швырни в меня чем-нибудь. Без магии. Как в жизни. А я попробую отбить.

— В жизни я бы в тебя ничем кидаться не стала, — подчеркнула починка. — Попробовать, конечно, можно, но все это может плохо кончиться. — Она указала на Настину поцарапанную скулу. — Ты и так… Где, кстати, пораниться умудрилась?

— Упала.

— Вот… Слушай! — Розу осенило. — Тебе совершенно точно пригодится медицинская магия!

— Думаешь? — Настя не разделила ее восторга. — Считаешь, что защититься я не смогу, и тогда…

— Я не об этом. — Фея из-под ладони взглянула на солнце. — Медицинская магия — в принципе штука полезная. Хоть от коленок разбитых, хоть от насморка поможет. Я кое-что знаю — так, по мелочи. Только то, что по рабочей инструкции знать необходимо. А вот медведица твоя, думаю, в этом деле поболее разумеет.

— Думаешь?

— Заметила. Нам, починкам, по технике безопасности положено всех, кто лечебной магией занимается, сразу подмечать.

Тренировка продолжилась.

Настя так старалась, всю душу и силу в каждое движение вкладывала!

И перестаралась…

Наверное…

Когда Роза отправила в полет резиновый рюкзачок с полотенцем — его было решено использовать в качестве относительно мягкого и безопасного снаряда — Настя, защищаясь, выставила перед собой раскрытую ладонь, произнесла заклинание и…

…весь мир содрогнулся.

А потом уютный мирок внутри картины начал крениться набок.

Настя и Роза покатились по песку. Ровный пляж в одно мгновение превратился в крутой уклон.

— Ай! — Настя больно приложилась к невидимой преграде.

Рядом громко стукнулась о прозрачную стенку Роза. Они даже словом не успели перекинуться и понять, что случилось, как их снова поволокло вниз — уже в противоположном направлении.

Вода плескала со всех сторон. По лицу хлестали то волны, то песок, то листья пальм. Их словно забросили в работающую стиральную машинку…

Или в детскую погремушку.

И трясли.

Трясли что есть силы!

В какой-то момент направление дикой качки сменилось. Берег с пляжем и пальмами поднялся ввысь, далекая рама очутилась внизу.

Пролетев над морем со стремительной скоростью, Настя и Роза оказались точно по центру рамы. Секунда — и они, мокрые с ног до головы, уже валялись посреди мастерской, в которой не осталось и намека на недавнюю уборку.

Все было раскидано. Мебель сдвинута. Упал один из стеллажей…

— Ни хрена себе, — не по-фейски грубовато выразилась починка. — Что-то не то с картиной творится. Неисправности. — Она поднялась на ноги, протянула руку Насте. — Ты в нее пока не ходи. Надо как следует холст осмотреть. На нем, должно быть, повреждения какие-то. И по волшебной части тоже…

Удивленные и подавленные случившимся, они вернулись к Настасье Петровне.

Медведица сначала разволновалась и разохалась, но потом быстро взяла себя в руки… в лапы… вспомнила, что когда-то разумела кое-чего в лечебной магии (после настоятельного напоминания починки), и взялась за пострадавших.

Роза оказалась права насчет ее навыков.

Буквально за четверть часа были исправлены все неполадки: заживлены Настины еще прошлодневные ссадины, убраны новоявленные синяки и ушибы и обезболен отбитый Розин зад…

— Талантище! — похвалила медведицу фея.

— Да чего там… — отмахнулась Настасья Петровна. — Дело такое! При доме всегда нужно…

Перед тем, как лечь спать, Настя долго отмокала в ванной.

Теплая вода успокаивала. В круглые окна заглядывала луна. Интересно, местная или эретрейская? Облака наседали на нее, задергивали то и дело лиловыми вуалями, но крепчающий ветер срывал их и уносил прочь, раз за разом открывая миру бледно-желтый лунный лик…

Из-за случившегося в картине в голову лезли всякие мысли.

Перед тем, как Роза ушла к себе, они все вместе обследовали комнаты на предмет необъяснимого погрома. И следы обнаружились: покосившиеся картины в кабинете, упавший на пол с окна цветок — пришлось срочно пересаживать его, горшок разбился.

Когда они с Розой вылетели из морского пейзажа в мастерскую, Насте подумалось, что кто-то пробрался в ее жилище. Возможно, грабители или воры. Или прихвостни Белова…

Неизвестно еще, кто хуже.

После подробного осмотра комнат стало ясно — дело не в людях, а в чем-то еще.

Похоже на что-то другое…

И теперь, лежа в ванной, она поняла, на что.

На землетрясение.

Хотя здесь, в Тверечинске, территория не относится к зонам сейсмической активности, на Настиной памяти случалась пара эпизодов, когда до центральной полосы докатывались отголоски далеких катаклизмов с запада и востока…

Настя выбралась из ванны, закуталась в старомодный махровый халат и направилась в гостиную. Она продолжала спать на диване — чувствовала на нем себя вполне уютно.

Настасья Петровна хлопотала на кухне. У медведицы время сна наступало утром. Она хотела попробовать приготовить пиццу. Настя выдала ей в помощь свой смартфон. Подпертый сахарницей, он стоял вертикально — для удобства. На экране пестрел рецептами кулинарный сайт.

Когда Настя шла через кухню, пол под ногами пошатнулся.

Мягко. Почти неощутимо. И все же плошка с тестом опасно поехала к краю стола.

— Ой-ей-ей! — Медведица ловко поймала ее одной лапой. Другой подняла и приставила к сахарнице съехавший смартфон. — Что ж делается-то?

— Думаю, землетрясение, — поделилась неутешительной догадкой Настя.

— У нас тут? — Настасья Петровна прижала к груди пойманную плошку. — Вроде не было раньше?

— Бывало. На самом деле настоящее землетрясение далеко отсюда произошло, а до нас только волны доходят, как от камня, брошенного в воду.

Настасья Петровна грустно вздохнула:

— Вот беда…

Заснуть никак не получалось. За окном несколько раз громко проехали машины.

Свет фар двигал по комнате длинные тени. Автомобиль сперва гудел вдали мотором, потом, как зверь, рычал все ближе и громче. Занавески прожигало желтым, и они становились полупрозрачными, сияющими. Тени бросались врассыпную, шли по кругу, словно стрелки взбесившихся часов. Грозно ветвились, двоились над головой висящие на стене рога.

Потом все исчезало.

И так три раза.

Когда движение стихло, заговорили часы. Они отсчитывали каждый час мелодичным мурлыканьем механизма. Двенадцать дня и двенадцать ночи отмечали переливчатым звонким боем.

Часы отсчитали полночь.