— Я ждал тебя, цыпочка, — услышала я мерзкий голос.

Это конец. Никто и ничто не спасет теперь меня.

Глава 11.

POV Мая.

Сердце неистово колотилось от страха, тело покрылось холодным липким потом. Что делать? Бежать бесполезно, он специально подкараулил в таком месте, где звать на помощь не имеет смысла.

— Риччи, — прошептала я в ужасе.

— Я знал, что ты не забудешь меня, конфетка, — его притворно сладкий голос вызывал отвращение. — Неожиданные обстоятельства вынудили меня спешно покинуть город, но теперь все улажено, и мы можем возобновить наши отношения.

Отношения?! Какие еще к черту отношения? Он намеренно издевается, упивается моим ужасом и беспомощностью.

— Не думаю, что это хорошая идея, — произнесла я, прекрасно зная — ему все равно.

— А ты не нагружай свою головку.

Мозг лихорадочно работал в поисках спасения. Может, стоит его посильнее ударить и надеяться выбежать на одну из оживленных центральных улиц до того, как он догонит? Нет, идея плохая. Физическая подготовка этого ублюдка была превосходной, и я это знала. У меня не было и малейшего шанса.

- Ну, что молчишь? — раздраженно бросил мужчина, сняв маску напускной сладости.

— Мне нужно домой. Меня ждут, — выдавила я, хриплым от страха голосом.

Взгляд бледно-голубых глаз пригвоздил меня к месту. В них читалась знакомая, холодная и жестокая ярость.

— А ты все такая же. Дешевая, лживая шлюха, — прорычал он и ударил меня наотмашь по лицу. А потом больно схватил за локоть. — Ты моя вещь.

Началось.

— Отставь меня! — крикнула я и постаралась вырваться.

- Мая, не начинай. Ты же знаешь — это бесполезно, — сказал он обманчиво притворным голосом.

Не отпуская локтя, он потащил меня вглубь переулка, где стояла машина. Я уже знала, что будет дальше. Меня трясло, сердце заходилось вскачь от ужаса, но я, стиснув зубы, мысленно поклялась — не жаловаться, не умолять, не слезинки. Не дождется. Не доставлю такого удовольствия.

Мы приехали в совсем захудалый район. Даже гетто можно поделить на место, где живут более-менее приличные люди, и места, где обитает самое отребье. Наркоманы, насильники и особо жестокие и опасные индивиды. Это был рай для ублюдков, желающих скрыться от закона.

Не проронив ни слова, Риччи вытащил меня из машины и грубо поволок в направлении какого-то здания. В подъезде было темно и воняло мочой.

После трех лестничных пролетов он остановился. Так же в полной темноте открыл дверь и грубо толкнул меня в спину. Потеряв равновесие, я полетела вперед, выставив руки в поисках опоры. Свет меня ослепил, и я, щурясь, старалась оглядеться.

— Поднимайся, давай! — рявкнул ублюдок, больно схватив за волосы. — Шевелись, давай. Пошла!

Риччи распахнул передо мной облезлую дверь, которая вела в комнату, где из мебели была только кровать, шкаф и стол со стулом.

— Тебе страшно? — облизнулся в предвкушении он.

Я же просто стояла и смотрела на него, стараясь абстрагироваться от реальности. Где-то я читала, что при нападении насильника нужно по возможности расслабиться, дабы избежать лишних травм, вот и я пыталась сделать нечто подобное.

Я просто смирилась с реальностью, подбадривая себя мыслью, что он не получит полного удовольствия, если я не буду показывать свой страх и отчаяние.

Грязно выругавшись, он со всей силы рванул мои волосы, а потом грубо швырнул на кровать. Он разрывал мою одежду, периодически нанося удары по лицу и телу, жаждая увидеть слезы, ужас и отчаяние. Но я не плакала, рыдали сердце и душа, в то время, как глаза оставались сухими.

Я до боли закусила губу, когда он жестко и очень болезненно ворвался в меня. К моей маленькой радости, как мужчина он был никакой и кончил через какую-то минуту, наполнив меня своим мерзким семенем. Только бы меня не стошнило!

— Как была бревном, так им и осталась, — выплюнул насильник со злостью. — Одевайся!

Я неспешно оделась, намеренно вызывая его раздражение. Многие сказали бы, что я играю с огнем, и не стоит злить больного ублюдка. Только я прекрасно знала, как бы я себя не вела, итог будет один — он будет продолжать меня избивать, насиловать и всячески издеваться. Просто он так устроен, больной жестокий ублюдок без понятий, хорошо и плохо.

Риччи вытолкал меня из машины у моего дома, обещав скоро навестить. И, как и в прошлый раз, история повторялась. Спустя полгода, после того как я сбежала в Лос-Анджелес осуществлять свою мечту, моя сестра Мишель приехала работать в Нью-Йорк работать в какой-то фирме.

Он обещал убить не только меня, но и мою сестренку, если я посмею кому-либо рассказать, или не дай Бог обращусь в полицию. И даже представил доказательства в виде фотографий любимой родственницы, и к своему ужасу по телефону я убеждалась, что она действительно была в то время и в тех местах, которые были указаны на цифровых фото.

За себя я не боялась, искренне полагая, что смерть лучше жизни в аду, но Мишель не должна расплачиваться за мои грехи.

Если бы тогда, полтора года назад я знала, чем окончится знакомство с красивым, молодым человеком, то бежала бы из этого города без оглядки. Но я не знала. Риччи казался таким милым, добрым и красивым. Красивые ухаживания, цветы и множество обещаний — все рухнуло после первого же секса.

Его как подменили. В одночасье прекрасный принц превратился в жестокое чудовище. Полтора месяца я плакала и умоляла его прекратить это. Я не понимала тогда, почему он так со мной? За что? И только сейчас пришло озарение, он просто такой вот, гнилой.

Я быстро забеременела тогда, и на фоне постоянной истерики, насилия и побоев случился выкидыш. Гинеколог, увидев синяки и гематомы на теле, настойчиво советовала обратиться в полицию, на что я ответила категорическим отказам и еще и ее умоляла не делать этого.

Обо всем этом я раздумывала, сидя дома в ванной, в тщетных попытках отмыться. Но эту грязь, боль и отвращение невозможно смыть. Они проникли глубоко в мое существо, отравляли изнутри.

Ванна лишь частично сняла жуткое напряжение. Когда я легла в постель, меня продолжало колотить. И только, когда сон начал затягивать меня в свои объятия, и мне стали видеться прекрасные бирюзовые глаза, в голове проскочила мысль, что я многое бы отдала за то, чтобы еще хоть раз увидеть обладателя этих волшебных глаз…

POV Блейк.

Ситуация с Даунсоном грозила в любой момент выйти из-под контроля. После визита того мужчины, он был дерганным и до паранойи подозрительным и мнительным. Этот боров подозрительно смотрел на любого, кто оказывался в радиусе десяти метров, и мне приходилось быть втройне осторожным.