Надо мною она кружится.

Ты меня ждёшь

И у детской кроватки не спишь,

И поэтому знаю — со мной

Ничего не случится.

— Спасибо… — прошептала Раха, когда Сашка умолк. — Это… Это прекрасно!

— Нет, это больше, чем прекрасно… — мечтательно вторила ей Латиэль.

Марха промолчала, она вообще была молчалива и красиво говорить не умела, но слезы стояли и у нее в глазах.

— Так пойдем в кино? — снова спросил парень.

— Пойдем, — переглянулись девушки, не очень-то понимающие, что такое «кино» и с чем его едят.

Фильм тоже поразил их, и очень сильно. Перед глазами в течение полутора часов текла совсем другая жизнь, ничем не похожая на привычную по городам Миросплетения. Впечатление от просмотра оказалось шоковым.

— Какая страшная у вас была война… — тихо сказала Раза, когда они вышли из кинотеатра.

— Страшная, — согласно кивнул Сашка. — Очень страшная. Только в моем родном Ленинграде от голода умерло около миллиона человек…

— От голода⁈ — разом вскрикнули девушки. — Как это⁈

— Враги окружили город и устроили блокаду, — помрачнел парень. — Не допускали провоза продуктов. Мы держались. У меня папа умер. А сколько семей полностью вымерло! — он вспомнил дневник Тани Савичевой и процитировал несколько записей оттуда. — Но мы все равно победили!

— Жуть… — нервно поежилась Латиэль.

— У нас дети умирали от голода, беспризорные, но чтобы весь город так? — сжала кулаки Марха. — Не, такого не было.

Некоторое время все четверо молчали, пытаясь справиться с впечатлениями. Только минут через пять Раха спросила:

— А ты кем хочешь стать?

— Раньше хотел физиком, как папа, — ответил Сашка. — Но после того, как впервые поднялся в космос на парусном корабле, понял, что хочу летать на таком, исследовать новые миры и системы.

— Я тоже именно этого хочу! — обрадовано переглянулась с подругами смеска. — И девочки того же хотят! Мы даже заявления подали с просьбой направить учиться на членов экипажа корабля бродяг, так исследователей новых районов называют. Пока не ответили, сказали только, что еще какое-то условие для этого выполнить надо, а какое именно — не знаю.

— И я рапорт подавал, — вздохнул Сашка. — Говорят, пока не время.

— Слушай, а чего ты от меня хотел вообще? — решилась откровенно спросить Раха, от чего Марха и Латиэль закатили глаза и постучали пальцами по лбу, высказывая свое мнение о ее умственных способностях. — Потрахаться или чего-то другого?

— Вы… — отчаянно покраснел парень.

— Давай на «ты», терпеть не могу всех этих церемоний.

— Ты… Ты мне очень понравилась. Меня словно током пробило, когда увидел впервые! Понимаешь, я всегда мечтал встретить ту, единственную и неповторимую, которая всегда будет рядом, всегда поддержит. А я поддержу ее. Мне… может, мне показалось… Я бы очень хотел, чтобы этой единственной стала ты… Мне никто и никогда так не нравился!..

— Так ты замуж меня, что ли, зовешь? — бухнула Раха, вызвав еще более резкую реакцию подруг, не ждавших от нее такой глупости. Эльфийка вообще схватилась за голову, а глаза орки стали круглыми, она медленно выдохнула и едва не застонала.

— Да, зову! — словно бросаясь в омут, ответил Сашка. — Я… Спасибо, что спросила! У меня бы смелости не хватило признаться, что я в тебя влюбился…

— Ты тоже симпатичный, — покраснела и смутилась смеска. — Я… Я согласна! Только с одним условием.

— Все, что захочешь! — расплылся в радостной улыбке парень, не рассчитывавший на такое быстрое согласие.

— Я в одиночку замуж не пойду! — решительно заявила Раха. — Мы с девочками, — они кивнула на оживившихся подруг, — решили, что выйдем замуж только вместе. За одного парня! Нам это можно, мы в ЗАГСе узнавали. Не бойся, девочки хорошие, нам будет хорошо в одной семье!

Не ждавший ничего подобного Сашка только рот открыл, глядя на решительно подавшуюся вперед девушку. Потом по очереди посмотрел на радостно улыбающихся Марху и Латиэль. Красивые! Он не знал, что ему делать. Слышал, что такое не раз случалось с местными уроженками, но никак не думал, что это коснется его самого. Все три девушки были хороши, каждая по своему, разве что орка немного крупновата, как на его вкус, но тоже очень привлекательна. Эльфийку немного портил кривой шрам на щеке, но разве она в этом виновата? Он бы, конечно, предпочел, чтобы дело обошлось одной Рахой. Но раз она так хочет, то пусть так и будет.

— Я… Я готов… — выдохнул Сашка. — Девочки, выходите за меня замуж!

— Мы согласны! — с широкими улыбками ответили они. — Пошли в ЗАГС, он еще открыт, прямо сейчас и распишемся.

Парень немного удивился их оперативности, а затем махнул рукой — будь что будет! Другой такой возможности стать мужем любимой девушки может и не выдаться. К ней прилагаются две подруги? Ничего страшного, справится.

— Только можно попросить? — потупилась Раха.

— Конечно! — яростно закивал Сашка.

— Не заставляй меня, пожалуйста, делать тебе приятно ртом, — скривилась смеска. — Я это ненавижу! Меня от этого тошнит! Мне противно!

— Никогда не попрошу ничего, чего ты не хочешь! — заверил парень.

— Ха, а я, наоборот, очень люблю это дело, — хихикнула Латиэль. — Так что охотно возьму на себя, если что.

— Да и я не откажусь, коли придется, — оскалила нижние клыки Марха. — Но это не сейчас обсуждать будем, не на улице. Идем, пока ЗАГС не закрылся! Паспорта у всех с собой?

Остальные кивками подтвердили, что с собой. Парень и три девушки решительно направились в горисполкому, рядом с которым находился и городской ЗАГС. Нижнеразинск был еще совсем невелик, десятка два улиц и бесчисленные палаточные городки. Строительство шло сутками, в три смены. Почти каждый день в строй вставали новые жилые дома и учреждения.

Посетителей встретила улыбчивая женщина средних лет в строгом костюме. Она пригласила их садиться, поздоровалась и спросила:

— Вы что-то хотели, молодые люди?

— Да, — смутился Сашка. — Пожениться…

— На всех трех? — вскинула брови инспектор.

— Да, — полыхнул ушами парень. — Я… я хотел только на ней… — он кивнул на Раху, — а она сказала, что без подруг замуж не пойдет… Я… Я и согласился…

— Вот и молодец, что согласился! — одобрительно покивала женщина. — Мужчин много меньше сейчас, чем нас, а мы ведь тоже немного счастья хотим. Сперва много мужчин на войне погибло, вдов миллионы остались одинокими, потом переселенок набрали раз в десять больше, чем переселенцев, вот правительство и пошло навстречу пожеланиям народа, разрешило многоженство. СССР, к счастью, не религиозная страна, нас христианские запреты интересуют мало. Давайте паспорта.

Получив четыре паспорта, она принялась выписывать свидетельство о браке, попутно задавая разные вопросы.

— Жилье имеется?

— Большая четырехкомнатная квартира в Ленинграде, там живут мама и сестра. Так что жить есть где, две комнаты пустуют.

— Рапорта какие-нибудь подавали?

— Да, все четверо хотим стать членами экипажа исследовательского парусного корабля.

— Это очень хорошо, как раз пришли заявки на практикантов от Эстана Носатого, Гурха Ленивого и Кевина Беглого, — оживилась инспектор. — До брака вы им не подходили, они берут только семейных, теперь подходите. Но придется пройти месячное обучение на Двуглавом острове в системе Карихайд, это в трех системах отсюда.

— А то, что я служу в НКВД, это ничего? — насторожился Сашка.

— Наоборот, очень хорошо, будете представителем органов на корабле. Думаю сейчас, после свадьбы, руководство поддержит вашу кандидатуру, как и кандидатуры ваших жен. Но сегодня же доложитесь командиру о заключении брака и переводе в исследовательский корпус! Далее. Вам положено пять дней отпуска, сможете навестить семью. Вот четыре сертификата на праздничные продуктовые наборы, одежду, хозяйственные принадлежности и направление в гостиницу, в семейный номер. Завтра с утра, думаю, сможете отправиться в Ленинград. Там сейчас уже чуть ли в каждом переулке портал построен, как и в каждом городе Советского Союза. Вот также направление на учебу и отпускное свидетельство, его вам надо зарегистрировать в руководстве лагеря и у командования отряда, к которому вы приписаны.