Насколько Воан знал, это была единственная дорога в «Дубовый Ист». Наверняка существовали и другие, какие-нибудь проселочные или тропинки, но поди отыщи их.

Воана потряхивало. В день, когда умерла Лия, тоже сверкали молнии. Одна из них ударила прямо в их дом – но не она убила Лию. Это сделал кто-то еще. Кто-то бестелесный. Необъяснимый. Тот, в кого не верили остальные. Возможно, по этой причине Воан и разлюбил дождь. Как и многое другое.

Он направился к дереву. Вынул из кармана пиджака фотографию Лии. Снимок покрывала защитная пленка. Предыдущие три изорвались без нее. У дерева Воан в задумчивости остановился. Чтобы перебраться на другую сторону, нужно как минимум ненавидеть свою одежду. О машине и говорить нечего. Сейчас дорога к «Дубовому Исту» – это путь в один конец.

Воан взглянул на наручные часы.

Секундная стрелка двигалась в обратном направлении.

Мгновением позже и минутная сделала шаг назад.

С фотографии смотрела молодая симпатичная женщина. Запустив пальцы в волосы, она смеялась. На щеках темнели ямочки, при виде которых у Воана защемило сердце.

– Я не свихнулся, это происходит опять, дорогая. – Воан зашагал к машине, держа фотографию как смартфон при видеозвонке. В горле першило. – Как ты там? Я задерживаюсь, прости. Только разгребу это дело… Только закончу с ним…

Спрятав фотографию, Воан открыл багажник «дефендера». Безучастным взглядом осмотрел его содержимое. Походные фонари. Аптечка, в которой среди таблеток, ножниц и жгутов прятался пузырек коньяка. Складная лопата. Рюкзак с туристским барахлом. Термос с кофе, который не мешало вылить еще в прошлом веке.

Воан прикрыл глаза.

Кое-что из этого они с Лией использовали, когда искали пропавших лошадей. Лия работала на коневодческой ферме «Марьин Табун», а теперь сама была там похоронена. Он открыл глаза. Всё не то. Он наклонился, раздвигая хлам, и наконец отыскал финку. Она лежала в коробке с автомобильным барахлом.

Если убрать чехол, можно увидеть на клинке беспорядочные кельтские символы. Этот нож подарила Лия. Как и запонки, которые были вдеты в двойные манжеты его рубашки. Лия вообще любила всё кельтское. Возможно, причина крылась в том, что само имя Воан имело кельтские корни. Но он не заплатил за финку, как того требовало идиотское суеверие о выкупе ножей. Просто с благодарностью принял подарок.

Не заплатил и убийца Лии, хоть и использовал нечто пострашнее ножа.

Разум Воана наполнил звук. Ему почудилось, что он слышит ржание насмерть перепуганного коня. Такое ржание он частенько слышал вместе с Лией в окрестностях коневодческой фермы, когда один из питомцев убегал. Воан захлопнул багажник. Посмотрел по обе стороны дороги. В кустарниках и за деревьями не перемещалось ничего крупнее капель.

Стоял конец апреля. Было уже довольно тепло, но из леса всё еще тянуло холодом.

Воан повесил нож на пояс, спрятав его у поясницы под пиджаком. Наверное, это чрезмерно – вот так шляться по пансиону с детишками, учитывая, что в кобуре дремал мощный «Кобальт». Но там же рыскал и убийца, а Воан не собирался давать ему никакого шанса, даже если это просто какой-нибудь сопляк.

Прежде чем сесть за руль, он завел часы. Вот уже второй раз за сегодня.

Секундная стрелка с неохотой погналась за временем.

3.

На въезде Воана остановили.

Он уже видел внушительную территорию «Дубового Иста», обнесенную черным кованым забором. Сам забор скрывался за декоративным кустарником – на вид очень плотным. Больше Воан разглядеть не успел, потому что из аккуратного домика КПП выскочил охранник, размахивая рукой.

Въезд был оборудован шлагбаумом и автоматическими откатными воротами. Шлагбаум был поднят, так что при желании Воан мог беспрепятственно въехать. Но он взял за привычку начинать с малого. Парень в хаки подошел к машине, явно намереваясь заглянуть в окно и спросить о цели визита. Возможно, правила обязывали его быть любезным. И назойливым.

Воан безжалостно толкнул дверцу. Охранник отшатнулся, получив удар.

– Кто обнаружил тело, малой? – прохрипел Воан, вылезая из «дефендера». В горле еще стоял ком.

– Че… чего? – Охранник держался за голову.

Воан полностью распахнул дверцу. На сей раз она пнула охранника в колено.

– Так кто же нашел тело?

Он буквально видел себя глазами этого бедолаги, который, скорее всего, и знать-то ничего не знал. Воан был в меру рослым, хоть и не дотягивал до пожарной каланчи. Это позволяло ему не нависать над людьми. При этом он оставался физически свободным даже среди здоровяков. Коротко стригся.

Из одежды Воан предпочитал темно-синие шерстяные костюмы-двойки, безупречно сшитые по фигуре. Не мешок, но и не в обтяжку, как у модника. Как раз чтобы быть на коне. Во всех смыслах. Сегодня он надел тщательно выглаженную рубашку цвета слоновой кости. А поверх рубашки пустил тусклый винный галстук. Кровь и кости, дамы и господа.

В бело-голубых глазах Воана, почти как у кельтского друида, отражался внутренний огонь.

– А вы, собственно, кто? – Охранник облизал губы.

Воан сунул ему под нос раскрытое служебное удостоверение.

– Так что там, пес? Это ты разнюхал, где труп воняет? Мне несказанно повезло, ежели так. Потому что в таком случае я задам тебе пару вопросов и преспокойно въеду. Но ты, по ходу, нихрена не запомнил, да? И это состояние длится с момента твоих родов, угадал?

Охранник заморгал. Его мозг пытался отсортировать вопросы от оскорблений.

Воан не исключал, что охранника заклинило на информации из служебного удостоверения. Как правило, для замыкания хватало должности Воана. Но вот его фамилия вкупе с отчеством вгоняла людей в еще больший ступор.

– Начнем с чего попроще, малой. Ворота – они закрываются?

– Что? – Охранник попытался взять себя в руки. – Э, да, конечно. Достаточно нажать на кнопку пульта.

– Так запри их, осподи. И пошевеливайся. Нам ведь не нужны шныряющие туда-сюда мигранты с ножами?

Охранник скрылся в домике на въезде. Воан огляделся.

Территорию «Дубового Иста» отличал зверский аппетит. У леса было отожрано не меньше трех гектаров. Воан насчитал десять зданий. Без труда опознал центральное – широкое, с несколькими крыльями. С воздуха наверняка напоминает паука, наложившего лапы на эти земли.

Его внимание привлек какой-то технический домик, у которого стоял мужчина в комбинезоне, завязанном рукавами на поясе, и в кепке-шестиклинке. Кожа этого человека лоснилась особым подкопченным блеском. Он разговаривал с девушкой. Она показала пакет и что-то передала. Мужик принял подачку и только после этого взял пакет.

По лужайке прогуливались старшеклассники в школьных пиджачках. Все ждали своей очереди, чтобы подойти к мужчине и отдать ему какой-то сверток. Легкая морось скрадывала детали происходящего.

– Любопытно, черт возьми, – пробормотал Воан.

Он немного поглазел на водонапорную башню. Довольно старую, из красного кирпича. Остальное вполне отвечало духу современности. Одно из зданий украшал зелено-алый неоновый крест.

Воан перевел взгляд на административный корпус. Там стояли два полицейских и женщина с ярким зонтом. Воан посигналил им и помахал рукой.

Между тем шлагбаум опустился, а откатные ворота поползли на свое место. С них срывались гроздья капель. Вернулся запыхавшийся охранник. Слегка злой, но всё еще сбитый с толку. Он посчитал, что следователь посигналил именно ему.

– Тело. Кто его обнаружил? – упрямо повторил Воан.

На лицо охранника вернулась бледность. Он тут же позабыл, что злится.

– Ну, кто-то из ночной смены. Точно не знаю, но это не я.

– А ты из какой смены?

– Из ночной.

– Стало быть, тело мог обнаружить и ты?

Охранник отчаянно замотал головой:

– Но это не я, говорю же.

– Почему ты еще на работе, если уже день, а смена ночная? Во сколько она заканчивается?

Охранник пояснил: в десять вечера заступил на дежурство, а в шесть утра оно как бы закончилось. Как бы. Потому что случилось то, что случилось. И теперь он просто торчит на месте и следит, чтобы никто не покидал территорию. Его слова могут подтвердить записи с видеокамер.