– Будем ужинать и спать.
И выложила на стол торт. Отрезала мне новый кусок! Огромный по ее меркам – с три мои головы. Лицо у нее при этом было такое, какое бывает у кота, увидевшего мышь в мышеловке.
Подозрительно. Очень подозрительно.
– Что за радость приключилась? – спросила я, ковыряя крем ложкой-лопатой.
– Ой, я скоро буду богата, – мечтательно проворковала Васка. – Мне сделали крайне выгодный заказ на зелье.
– Какое зелье?
– Не твоего ума дело. Сколько там у тебя ума-то? Мозги с чайную ложку.
Ну да, конечно. А сама сияет и только что дала мне торт, которого у нее обычно не допросишься. Если бы мозгов было с чайную ложку, я бы, может, и не почуяла подвоха. Но их, видимо, где-то с полторы, поэтому я напряглась.
После ужина «маменька» отнесла меня в кладовую, где располагалась моя кровать-колыбелька. Тоже от того пупса. Розовая, с балдахином и кружевными подушками. Васка уложила меня, поправила одеяльце, пожелала сладких снов и удалилась.
А мне не спалось. Что-то глодало изнутри. Дурное предчувствие! Я ворочалась, прислушиваясь к храпу «маменьки» за стеной. И не выдержала. Спустилась с кроватки по крошечной лесенке, которую сама смастерила из спичек и ниток, и прокралась в лавку.
Там было темно, пахло сушеными травами. Я забралась на стол по ручкам ящиков и вытащила ту бумажку с полки. Развернула ее, зажгла свечу.
Рецепт зелья долголетия! Вверху указание: «Варить строго на рассвете, едва покажется солнце».
Я пробежала глазами по ингредиентам. «Корень мандрагоры». У нас есть. «Желчь саламандры». Имеется. «Пепел роз». Найдется. «Утренняя роса». В шкафу целый пузырек. «Кровь феи – 3 миллилитра». Э-э-э… Что?!
Глава 2
Рецепт я перечитала трижды. И еще раз, на всякий случай. Буквы расплылись – или свеча чадит, или у меня сонные глюки. Но нет, сон как рукой сняло.
«Кровь феи – 3 миллилитра». Черным по белому. Ошибок нет.
Что за фея? Явно что-то живое, раз у нее есть кровь. Далее – зелье надо варить на рассвете, а клиенту велено прийти утром. За готовым! Стало быть, все ингредиенты у Васки в наличии, раз она завалилась спать.
Я знала наизусть все банки, склянки, флаконы и их содержимое. Вся лавка была мною пересчитана, перетряхнута и перемыта не один десяток раз. Кровь василиска валяется на нижней полке. Черного петуха – рядышком. Летучей мыши – целый запас. А вот фейской – ни капли.
И надо-то ее всего три миллилитра. Так мало оттого, что крови в этих существах в принципе немного? То есть они сами по себе маленькие. Очень маленькие. Размером, скажем… с меня.
Вот почему Васка расщедрилась на торт! Вот почему была такая ласковая. Напоследок. Решила из меня кровушку выжать – всю, до капли. Во мне, небось, всего три миллилитра.
Хорошая новость: кажется, выяснилось, что я за существо такое. Плохая – на рассвете мне конец.
Надо бежать!..
Куда? Это потом. Как? Вот это первоочередная задача. Дверь лавки заперта. До замка мне не дотянуться: он где-то на уровне Васкиного пупка, то есть на высоте моего четвертого этажа. Значит, окно. Форточка в мастерской обычно на ночь оставалась открытой – для проветривания. Одна надежда на нее.
Я свернула рецепт и сунула обратно на полку, хотя рука потянулась к чернильнице – так и хотелось приписать на полях что-нибудь вроде «ну ты и коза, маменька». Но это долго, а каждая секунда на счету. Васка может проснуться. В туалет там, попить водички. А затем от предвкушения наживы вообще не уснуть.
До мастерской я добралась быстро. Оказалось, что умею весьма резво и беззвучно бегать на цыпочках, несмотря на вес. У страха ноги что надо.
Ура, форточка была открыта! Я вскарабкалась на стол по лесенке, оттуда – на подоконник. Подставила пару коробок. Однако до форточки было высоко. О, мешочки с семенами! Небольшие, с человеческий кулак размером. Сгодились в качестве строительных блоков. Я громоздила их друг на друга, как пирамиду из камней. Пыхтела, потела, но подтаскивала. Наконец конструкция достигла нужной высоты, и я вместе с ней. Была у цели, и тут… нижний мешочек поехал!
Чудом успела уцепиться за край форточки. Мешочки подо мной осыпались вниз с мышиным шуршанием. Я повисла, болтаясь и суча ногами над пропастью. Подтянуться удалось не сразу: вешу все-таки прилично для самой себя. С диким усилием я закинула ногу на раму и уселась. Фух…
Под окном темнели кусты смородины. Ну хоть не крыжовника! Прыгать все равно было страшно. До земли – метра два. Для меня это как все двадцать.
– О фейские боги, – прошептала я. – Если вы вообще существуете, помогите.
И сиганула вниз.
Кусты поймали меня в объятия. Ветки пружинили, скрипели, царапали. Я проломила верхний слой листвы, скатилась по кривой ветке и мягко шлепнулась на траву. К счастью, земля была сырой и рыхлой – недавний дождик постарался. Ушиблась, но не смертельно. Даже платье не порвала.
Я встала, отряхнулась, огляделась. Темный двор, огород, забор у рощи. Итак, куда теперь? В столицу, искать счастья? Или в рощу и дальше в пригородные леса? Столица – это люди, цирки, зоопарки. Лес – это жуки, совы, лисы. Вероятно, с моим умением разговаривать с живностью, в лесу и веселее.
Пока я раздумывала, из-под лопуха выпрыгнула жаба. Та самая, что наблюдала за мной днями напролет. Ого, а она больше, чем казалась с подоконника! С меня ростом, а уж насколько шире…
– Чего тебе? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал сурово.
Попятилась да шлепнулась на землю. Жаба схватила меня лапами за ногу. Холодными и мокрыми, фу.
– Отпусти! – заверещала я.
Куда там. Она перехватила меня пастью за бок. Не больно, но унизительно до крайности. Я брыкалась, молотила кулачками по скользкой морде, но все без толку. Жаба прыгнула. Раз. Два. Три.
Мир трясся. Трава мелькала, я визжала, молилась, ругалась. Жаба придерживала мою тушку языком, чтобы не выпала.
– Куда ты меня несешь, ненормальная?! – орала я.
– Тс-с, – прогундела она очень угрожающе.
Я замолчала. Нет, правда, молчать – это не сдаться. Это тактическое решение.
«К семье понесла – делиться добычей» – билось в голове. Вот же будет нелепая смерть. Ничего, я еще повоюю. Поперек горла им встану!
Спустя несколько долгих минут жаба остановилась и отпустила меня. Я упала в какую-то жижу. Тут же вскочила. Рядом была речка, но такая грязная и зацветшая, что больше походила на болото. Ряска, тина, запах гнили. Берег – вязкий и илистый.
– Попробуй меня сожрать, – погрозила я жабе кулачком. – Я сама тебя сожру!
– Нет-нет, – квакнула она. – Я принесла тебя своему сыну.
– Вот только троньте… Ему тоже не дамся!
– Да не собираемся мы тебя есть. Мой сын в тебя влюбился. Увидел раз на окне и покой потерял. Вот я и сидела у твоего дома. Ждала удобного момента.
Я онемела. Нашлась с ответом, впрочем, быстро.
– Чтобы меня похитить?!
– Забрать в семью. Станешь его женой.
– Да какой еще брак? – Я выпала в осадок. Окончательно и бесповоротно. – Мы разные виды. Я икру не мечу!
– Это недостаток, конечно, – согласилась жаба. – Но что поделать. Любовь зла, полюбишь и… кто ты там.
– Фея! – выпалила я с гордостью.
– Не знаю ни про каких фей. Ну да неважно. Отныне ты живешь с нами.
Из-за камыша выпрыгнул жаб поменьше – должно быть, ее сын. Увидел меня – и весь затрепетал. Буквально. Кожа заходила волнами.
– Любовь моя, – выдохнул он. – Это ты…
Надо же, какой пылкий.
– Ладно, – сказала я, скрестив руки на груди. – Можно подумать. А хозяйство у вас какое?
Жаба опешила.
– Хозяйство? – переспросила она.
– Ага. Дом, огород, припасы. Чем жить-то будем?
– Да вот… берег реки. Наше хозяйство.
– Это не дело, – поморщилась я. – А питаетесь вы чем?
– Мухами и прочим. – Моя похитительница кивнула на сына. – Он у меня добытчик.
– Я такое не ем, – сообщила я. – Торты люблю. На крайняк – овощи. Значит, так. Огородик разобьем. Вскопаем грядки. Лапки у вас есть? Отлично. Лопату соорудим.
