8

С этого дня Боевой Конек сделался гордостью ирландца. Стартеру Слаймену с почетом вернули его звание, а Мики заставили по-прежнему спускать кроликов. Мики сочувствовал кроликам, а не собакам. Больше всего он любил Боевого Конька, потому что один он прославился из пятисот, уцелевших от облавы. Были и другие, завершившие всю скачку до конца и выступавшие на арене по нескольку раз, но один только Джек пробежал все пространство, ни разу не свернув с прямого пути. Состязания происходили два раза в неделю. Каждый раз гибло от сорока до пятидесяти кроликов. Из пяти сотен пленников скоро почти никого не осталось.

Боевой Конек участвовал в каждом состязании и каждый раз достигал Пристани. Мики приходил в дикий восторг, восхваляя таланты своего любимца. Он искренне любил длинноногого скакуна и упорно утверждал, что всякая собака должна быть польщенной, когда ее побеждает такой молодец.

Так редко случается, чтобы кролику вообще удалось добежать до Пристани без единого заворота, что о нем заговорили в газетах, и после каждого состязания появлялась заметка:

«Боевой Конек снова, ни разу не свернув с пути, скрылся в Пристань. Старожилы говорят, что в наше время совсем исчезли хорошие собаки».

После шестой победы все кроличьи сторожа пришли в восторг, а главный их командир, Мики, ликовал исступленно.

— Что ни говорите, а надо его выпустить на волю. Он заслужил свою свободу не хуже всякого американца, — говорил он в надежде повлиять на патриотическое чувство распорядителя состязаний, бывшего, в сущности, владельцем кроликов.

— Ладно, Мики. Когда дойдет до тринадцати раз, можешь отправить его обратно на родину, — был ответ.

— Право, сэр, отпустите его сейчас!

— Нет-нет, он мне нужен, чтобы поучить нескольких новых собак.

— Значит, по рукам, сэр: тринадцать раз — и он свободен.

В это время была доставлена новая партия кроликов, и один из них оказался очень похож окраской на Боевого Конька, хотя бегал он совсем не так скоро. Мики во избежание ошибок посадил Боевого Конька в ящик, чтобы пометить ему уши пробойничком. На тонком хряще ясно отпечаталась звездочка, и Мики воскликнул:

— Ты будешь получать по звездочке за каждое состязание!

И он пробил на правом ухе шесть меток подряд.

— Теперь все в порядке, Боевой Конек. Ты станешь свободнейшим из свободных кроликов, когда заработаешь себе тринадцать звезд. На нашем флаге тоже появилось тринадцать звезд, когда мы заработали свою свободу!

За ближайшую неделю Боевой Конек победил новых борзых, и звезды перевалили уже с правого уха на левое. Еще неделя — и у него были все тринадцать звезд: шесть на левом ухе, семь на правом.

Газеты шумели о его подвигах.

— Ого-го! — торжествовал Мики. — Ты теперь вольный кролик, Боевой Конек! Тринадцать — счастливое число. Никогда оно меня не обманывало.