Очень внимательно, чтобы не пораниться, он проложил себе путь между мечами, взял первый купол и вернулся к раковине. Коснулся ее бортика правой рукой. На этот раз заиграло пианино, и открылось отверстие в виде куба.

— Ошибка! — с досадой крикнул он.

Он сделал еще одну попытку, провел пальцем по ракушке, надавив чуть сильнее, и в тот же миг музыка изменилась. Отрывисто и ритмично зазвучали колокола, а отверстие приобрело вид полусферы — купола, перевернутого вверх ногами!

— Я угадал! — сказал он, обрадовавшись.

Он перевернул маленький золотой купол и положил его в отверстие: дело сделано!

Концерт колоколов и колокольчиков зазвучал так сильно, что Джено заткнул уши. Мечи растаяли, как воск, оставив на полу серебряные лужи. Только разноцветные свечи освещали Перевал Открытий, пока их не потушил порыв ледяного ветра и снова не воцарилась тьма.

Джено подумал, глубоко вздохнув: «Теперь я открою глаза и окажусь в каморке. Я чувствую это!»

Думая о Рене и о своих родителях, он вынул из кармана медный ключ. Да, именно там была третья, и последняя, дверь, ведущая в каморку печати: шесть оборотов влево, четыре вправо, пол-оборота влево и восемь вправо.

— Наконец-то! Я добрался! — радостно закричал юный антей, готовый посещать второй уровень Аркса.

В каморке на полу рядом с башмокатами он обнаружил капли крови.

— Свежий след. Сокол! Он пролетал тут совсем недавно! — воскликнул Джено.

Мальчик отодвинул занавес в надежде обнаружить там дверь с решеткой, но двери не оказалось. Выход был свободен. В нос ударил запах леса: перед глазами мальчика стояла стена деревьев. Неожиданно его гнев прорвался наружу. Он закричал:

— Фон Цантар, ты злодей! Освободи Ре! Освободи сейчас же!

Сгорая от желания как можно быстрее попасть в крепость, Джено запустил руку в карман и проверил, все ли на месте: снимок отца и Рене, карта Аркса и кусок пергамента с таинственным рисунком. Наконец он потрогал шею.

— Свисток Спокойного Медведя! Его больше нет! Я потерял его внутри печати! — взволнованно сказал Джено, совсем расстроившись. — Мне очень жаль. Надеюсь, Суоми сохранит его лучше меня. Хотя мой не действовал, мне очень неудобно перед Медведем, — пробормотал он, понизив голос.

Джено затянул пояс с головокружителем и схватил башмокаты, но столкнулся с новой проблемой.

— Как я надену их без сапог? — озабоченно спросил он себя. Опустив глаза, мальчик посмотрел себе на грудь: в куртке зияла дыра.

«Ладно, воспользуюсь тем, что от нее осталось», — подумал он, не падая духом. Джено оторвал еще пару полосок, обмотал ими босые ноги и зашнуровал башмокаты. Теперь он сможет выйти из печати и попасть на лесные тропинки Долины мыслей.

Джено нажал на кнопки, и из трубок волшебных коньков вырвалась вспышка. Широко расставив ноги, он запахнул ветровку, вытянул руки, слегка наклонился вперед и как ракета помчался к лугу Аркса.

Глава третья

Наказание суммуса сапиенса

С ноющей правой рукой и обветренным лицом, в порванной куртке и совершенно обессиленный, Джено добрался до цели. Растянувшись в траве на просторном лугу Долины мыслей, он залюбовался свинцовым небом. Тяжелые, словно надувшиеся, облака предвещали снегопад. Горные вершины, белые и сияющие, как серебро, виднелись за величественной Крепостью разума, возведенной в этом тайном уголке Земли. Необычное место, далекое от реального мира.

Джено замер от восхищения, глядя на бесконечную линию деревьев, и пролежал так несколько секунд, но по спине у него побежали мурашки. Он сел и плотнее завернулся в курточку. От холода пожелтели даже травинки, казавшиеся тонкими стеклянными сосульками. Юный антей вдохнул полной грудью богатый кислородом воздух, ледяной волной обжегший его изнутри. Его щеки разрумянились, как вишни, а глаза засияли, как бриллианты.

Джено был готов к испытаниям второго уровня.

Он снял башмокаты, размотал оторванные от куртки ленты и босиком зашагал к разводному мосту, то и дело оборачиваясь. Он надеялся увидеть Суоми, и его мучил вопрос, преодолела ли она два перевала печати. «Они опасны для нее, ведь она не видит, — подумал мальчик, но сразу же прогнал дурные мысли. — Ну разумеется, у нее все получится… Наверное, она уже добралась, а я опаздываю».

Взгляд Джено остановился на куполах Аркса, и он подумал о золотом кречете. Им овладела тоска. Он достал из кармана единственный оставшийся у него кусочек пергамента и взмолился, чтобы с Ре ничего не случилось. Два документа, которые сокол унес, были очень нужны Джено, чтобы выяснить правду о родителях.

Хотя усталость после путешествия уже давала о себе знать и мучила боль в ногах и раненой руке, Джено бежал, пока не достиг длинной лестницы. Он поднялся по ступенькам, вырубленным в скале, и оглянулся на канал, который окружал Аркс Ментис: хорошо бы там плавал Стае Бендатов вместе с субкандом! Он прекрасно помнил, что русский сапиенс был без ума от этих птиц счастья, белоснежных лебедей. Но вода была неподвижна, а на поверхности виднелись редкие льдины.

— Надо спешить. Сокол и Рене мне необходимы! — сказал он, перескакивая через две ступеньки.

Почти добравшись до вершины, он посмотрел вниз, на луг, и увидел, что кто-то уже прибыл туда.

— Суоми! — радостно закричал он.

Но на опушке леса в искрящихся башмокатах показалась Агата Войцик, противная польская антея, исключенная со второго уровня за то, что расстроила пьянсерено Мертвящим песком, обвинив в этом Суоми.

Казалось, Агата не была ранена. Впрочем, она уже второй раз преодолевала одни и те же перевалы печати и, будучи второгодницей, прекрасно знала, как избежать мечей. Девчонка бросилась бежать и моментально пересекла разводной мост. Джено конечно же не хотел встретиться с ней у ворот Аркса и ускорил шаг. Однако войти ему помешало прибытие старой псиофы, вывалившейся из бассальто. Закутанная в облезлую голубую синтетическую шубу, она сжимала в руках зеленую сумку, с которой свисало десятка два замков. На псиофе были оранжевые тонка, сапоги и перчатки и большие очки с толстыми стеклами.

— Здравствуй, антей! Как мне не терпится выпить доброго прохладительного эликсира. — У старухи был хриплый голос. — Годы уже не позволяют мне летать на бифлэпе. А как ты? Мне кажется, ты страшно осунулся! На каком ты уровне? — спросила она, приближаясь к Джено.

— На втором! — ответил он, трогая раненую руку.

— Ах, ты стал жертвой мечей Перевала Открытий! Помню, помню. Много лет назад, когда я была антеей, один меч угодил мне прямо в ногу! Я хромала больше месяца. Но скажи мне, как тебя зовут? — спросила она, поднимая очки.

— Джено Астор Венти. Я итальянец, — с гордостью сказал мальчик.

— Итальянец. Хорошо, хорошо. Я из Армении. Меня зовут Дафна Огроджан, — представилась псиофа, продолжая болтать как сорока. — Я медиум, но страшно больна. Я хриплю так уже много лет, ни одно зелье мне не помогает. Даже доктору Бендатову не удается исцелить меня. Я только что закончила в Финляндии исследование в области магии вместе с одной молодой и многообещающей псиофой, — закончила она, с трудом удерживая тяжелую сумку.

— Так вы говорите, что живете в Армении? А где она находится? — спросил Джено. Мальчика очень заинтересовало, зачем на сумке столько замков. Женщина сжимала ее так, словно в ней было сокровище.

— Армения находится между Черным и Каспийским морем и граничит с Турцией на западе, Грузией на севере, Азербайджаном на востоке и Ираном на юге, — быстро объяснила Дафна.

— Интересно, — воскликнул Джено.

— Вы, дети, теперь ничего не учите. И в Арксе все стало не так, как прежде, не говоря уж о нынешних временах! Настоящий хаос, с тех пор как ушла мадам Крикен!

— Вы ее знаете? — У Джено засветились глаза.

— Все псиофы знают мадам Марго Крикен. Мы с ней приблизительно одного возраста. Марго всегда была искусна в магипсии. Интересно, где она сейчас? Я крайне обеспокоена. Ты когда-нибудь был на ее лекции по метафизической кухне? — Старая армянка внимательно посмотрела на мальчика.