— Я целую ночь, сидел, рядом с ребёнком, пока она приходила в себя. А ты, Элли, была в Ректорате, — продолжил, отец, — прослушал, множество, суперпопулярных, сегодня групп, — он повернулся ко мне, — но я ни у одной группы, не услышал этих, твоих… ну-у, этих морских рифов., Никто их не брал… или не смог взять, — задумчиво проговорил, он.

— Гитарных, — машинально поправил, я.

— Что?

— Гитарных рифов.

— А-а. Ну да. Гитарных, — поправился, отец.

— И что из этого следует? — спросила, мама.

— А следует из этого, то, что не Мир от Арьки надо охранять, а Арью от Мира?

— Почему?? — спросили мы с мамой, одновременно.

— Порвут, — с уверенностью, ответил, отец, — как пить дать порвут, после первой же композиции, с этими… рифами, — а потом добавил, — и классики, порвут. Эль, может я поговорю с леди? Пропадёт ведь дочка, у неё ж социализации, никакой!

— Я им, порву!- вскипела, мать, даже не так. Мать. — Я первые рода, вытащу сюда, а всех остальных в пламени утоплю! — огненные волосы, разлетелись в стороны. Глаза поменяли цвет, на бешено- белый и метнули молнии. Часть террасы, видимая из окна, испарилась в первородном пламени.

— Эля. Элечка. Успокойся, — тихо- вкрадчиво, произнёс, папа. — Подумай. Дипломная. Независимый Создатель. Десять тысяч лет. Миллиарды жизней. — Мама потихоньку успокаивалась. Движением брови восстановила террасу и задумавшись присела на трон.

— Так, что же нам делать, Даль? — потерянно спросила, она.

— Ну не всё так, страшно. На ней наше благословение. Физически, ей даже залп с орбитальной крепости, лишь чёлку растреплет. А вот морально… да, морально придётся, трудно. Поведение в обществе мы ей вложить в голову не можем. Это личностное. Этому учат с детства. А социализацию деда, ты и так знаешь. Он, меня! Бога! Чуть нахе…ой, не послал.

— Ничего, дочка справится. — С уверенностью в голосе, сказал, отец.

— Ты справишься? Зайка? — печально спросила, мама.

— Ну-у. Я… это. Постараюсь. — Неуверенно ответил, я. — Па-ап. А, что там за музыка, что вы так с мамой переживаете. Судя по твоей оценке, не всё так уж и плохо.

— В твоей спальне, стоит новый, ноут. Ты всё сама можешь посмотреть и оценить.

— Лан. Так я пойду?

— Беги уж, стрекоза, — усмехнулся, отец.

И я побежал, то есть поскакал… короче потопал восвояси. Зашёл к себе в комнату, уселся за журнальный столик и открыл, ноутбук.

— Ну, шо сказать, — голосом первого и единственного президента, СССР(память начала, распаковываться), — вслух сказал я себе, зайдя на ресурс, вроде нашего ютуба и набрав в поисковике: поп музыка Империи.

Музыки было, много, очень много. Миллионы ссылок, на десятки тысяч групп. Я набрал: топ, сезона. Ещё пара тысяч. Набрал- Ярмарка Талантов, топ сто, первые три места. Вышло: " Вишня в шоколаде", Две вишни в сиропе",". Клубника и лёд". У них, чё, ягодный сезон? Ну посмотрим, что поют местные, звёзды. А пели они про любовь, про любовь и ещё сто тысяч раз про любовь! Причём как-то… криво, что ли. Рифмы какие-то детские, либо хулиганские, дворовые завывания. Дурными голосами. Нет! Не дурными! Оперными! Отлично поставленными(либо от природы, такие) голосами они все. Все, Карл! Пели, поп и рок музыку! Ни приятной хрипотцы, ни фальцета. Ни-че-го. Ровно как паровоз по рельсам. А музыка, приятная. "Вишня в шоколаде"- первое место держит уже 5 недель с песней "Любовь, пройдёт". Ритмичная, местами весёлая песня наподобие,"В свой вагон вошла она". Вот это, глобальный уровень, межмировой попсы. Я шкодливо улыбнулся. Они меня точно, "порвут"!

Тэ-экс. А что у нас по классике? Ага, выступление большого, академического, симфонического оркестра, Королевской академии музыки, Лесного Королевства, на юбилее, маэстро: Фрутика? Фикуса? Не запомнил. Играют довольно приятную мелодию. Уже довольно долго играют, но что-то не то. Как-то не… да они играют в унисон. Все. Вместе, в унисон. Смычки, как солдаты в строю, шпилят в ногу. У них, что, представления об аккомпанементе, отсутствует напрочь или проблемы с аранжировкой, пьес? Так, сейчас сел сам маэстро, за рояль. Отец классической музыки… гоняет аккорды по квадрату. С одухотворённым лицом, гоняет гармонию. Сначала медленно, всё убыстряя темп, потом берёт аккорды, по нотам. Легато, стаккато. Дальше модуляция и всё с начала. Да это полнейшая, пи… — Арька!

— Молчу, папа.

— Па-ап.

— Что?

— А давай, пошалим!

— Как?

— В вашем храме, в столице Айа, орган остался.

— А, давай!

Арни забежала в тронный зал. Родители всё ещё, сидели в кресле, вдвоём и о чём-то тихо переговаривались.

— Пап. Ну? — спросила, девочка, нетерпеливо.

— Это-о… Эль, мы с дочкой хотим спустится в Мир. На пару минут. — Сказал, Далий и вопросительно взглянул на жену.

— Зачем? — Подозрительно поинтересовалась, та.

— Мм… Видишь ли…э-э. Арни попросила, разрешить ей, поиграть на настоящем органе.

— А ты умеешь? — спросила, Элли у дочки и тут же, сама ответила, — Ну, да. Конечно умеешь. Ладно, но только…

— Без фанатизма! — ответили, оба заговорщика, одновременно и… исчезли.

— Интересно. Поймёт ли Атталета, что её, любимый кошмар, — как она называла, Арни в детстве- вернулся? — пробормотала, Элли и пошла в свою спальню.

— Пап, да тише, ты! — Шептала, Арья, щурясь и оглядываясь по сторонам. — Топаешь, как медведь! Ногу мне отдавил! А вдруг внизу услышат? — Орган был установлен, на хорах. — Прихожане ещё не разошлись и жрицы, вон, — указала она пальчиком вниз, — молятся вам с мамой. Хи-хи.

— Так, большой я, доча, — ответил, Даль, — а тут и повернуться негде.

— Просто отойди на шаг назад, мне ж надо на стульчик присесть. Во-от. Так. А органчик, ничего. Хороший. Ну, что. Погнали? И Арнелла, опустила руки на клавиши.

В Столице Айа, наступил поздний вечер, практически, ночь. Усталый после рабочего дня народ, проводил время, дома. В кругу семьи. Плотно поужинав и просматривая вечерние новости или футбольные матчи, а многие и новомодные телесериалы. Кто, побогаче, сидели в многочисленных ресторанах и кафе. А молодёжь веселилась в ночных клубах, разбросанных по всей Столице. Танцевала и бесилась под композиции, типа "Колёса диктуют, вагонные".

Немногочисленные прихожане, Главного Храма, Столицы и Империи, чинно внимали молитвам жриц, расставляя палочки с благовониями, напротив скульптур богов- родителей.

Как, вдруг, зазвучал, молчавший до этого 300 лет, орган. И как зазвучал.

https://www.youtube.com/watch?v=cR0LEnNMiQM

Светлая и печальная музыка, чарующим дождём пролилась над городом. На три, божественные минуты, жизнь в столице, застыла. Да, что жизнь! Флайеры, над городом, остановились, прямо в полёте! Их автопилоты, на 3 минуты, задумались о сущем. Правда-правда, это не шутки и есть документальные подтверждения. Прихожане в Храме, благодарили, богов- родителей, за то, что задержались и смогли услышать, музыку, как говорится не отходя от кассы. То бишь, инструмента. А жрицы, рыдали. Рыдали не стесняясь слёз и соплей. Кстати большинство представительниц прекрасного пола, тоже плакали. Как и многие мужчины. Плакали полицейские и задержанные. Домохозяйки и таксисты. Продавщицы ночных магазинов и крупье в казино. Зрители в кинозалах и театрах. Актеры на сцене и проститутки с Розового квартала. Даже водителей, дальнебойных глайдеров, зацепило на выезде из Столицы. Но вот музыка, потихоньку поднялась в горние выси и затихла. Народ постепенно, начал приходить в себя. И тут началось!

Первый и единственный вопрос: КТО? Кто, ТАК, может играть, в Империи Объединённых Миров? И ещё. Почему, до сих пор он или она, молчал или молчала. Что бы так играть, нужно 300 лет учиться! Что бы писать такую музыку, нужно быть гением. А маэстро Лей Фуртикус, хоть и является номинально, отцом Русской Демокра…. ээ-э. Нет Не то. отцом классической музыки Миров. На гения, не тянет. От слова никак.