– Ого, а посмотреть можно? – и когда только успел?
Дрей скривился, но пропустил меня к компьютеру. Надев наушники, я развернула видео. Миллхаус представился и рванул с места в карьер, причем в своей ректорской манере, отчего у меня тоже появилось желание нервно почесаться.
«Тьма не представляет угрозы, наши студенты великолепно контролируют свою разрушительную силу, и пока все инциденты со смертельным исходом строго в рамках допустимого».
– Какое «в рамках допустимого»?! Да мы же… вы им еще один повод вбросили! Какой великолепный контроль, когда я музей пробудила и все видели последствия? И это за многозначительное «пока»? Короче, увольняйте своего внутреннего контент-менеджера и давайте по новой. Второе интервью будете давать уже в образе дракона, он внушительно смотрится, можно даже пару раз дыхнуть огоньком.
Дрей выдохнул клуб дыма, а я подумала, что с наездом переборщила, он же все-таки старался. Наверное.
– Ладно, сейчас сама придумаю, – смилостивилась я. – Дайте подумать только.
Из меня пиарщик тоже был не очень, но когда я останавливалась при виде препятствия? Только вперед, по газам, ввалим вражинам по полной.
С таким настроем вернулась в приемную и донесла свою мысль до Куросаки, тот понятливо кивнул, настроил браслет, и теперь за техническую сторону эфира отвечал он. Людочка шустро стучала по клавиатуре, отвечая на особо злобные комментарии. Меня слегка заштормило – ну не блогер я, вот ни капельки, ни при жизни, ни после нее. Меня вообще не предупредили, что в месте, где на каждом шагу магия и чудовища, вопросы решаются не только когтями и хвостами, но и киберпрессингом. И все же спасать честь и достоинство собственного учебного заведения было надо.
– Минута до эфира-ня, – котик приготовился, я откинула змей назад, перехватила микрофон поудобнее, создала на лице самую милую улыбку, на которую была способна с недосыпа, и смело скомандовала: «Начали!»
Куро щелкнул по браслету, и Рита Змеешова вышла в эфир!
– Приветствуем вас, дорогие зрители! Наш эксклюзивный репортаж о жизни Темного факультета начинается, позвольте представиться, я Рита Кудряшова, студентка первого курса и по совместительству реликтовый представитель рода горгон. Змейки, поздоровайтесь-ка!
Прическа подчинилась, но лучше бы я их не просила. Почувствовав момент славы, змейки выдали все, что умели, в плане оскала и шипения.
– А это у нас самый милый секретарь на свете, бакэнэко Людочка. Посмотрите на ее шерсть, мне даже завидно, насколько она хороша. А маникюр! – я подвигала бровями, и Людочка, смущаясь, продемонстрировала загнутые коготочки, окрашенные в фиолетовый. – Так вот, именно эта милая особа отвечает на ваши комментарии, поэтому попрошу вести себя прилично. Мы же не хотим расстроить ее? По секрету, Людочка любит сладкое, но только без цитрусов! Далее, мы переходим к нашему оператору, это куратор звероподобных, Куросаки Ичи, – кот перевел браслет на себя, помахал лапкой и послал воздушный поцелуй. – Опять же по секрету, у него просто отпадные ушки и мягонький хвост! Ну и давайте перейдем к главному – ректор Миллхаус Дрей!
Он внял моему совету и превратился, но при этом застрял в своем кабинете, и мы могли снимать только его торчащую из дверей часть. Ну, тоже неплохо, глазом он так сурово светит, должно произвести впечатление.
– У нас тут ограниченное пространство съемочной площадки, – пояснила я для зрителей. – Но зато исключительно для нашего эфира господин Дрей разрешил снять его логово, заветное место для любого нашего студента, личные покои в ректорской башне. – На экране появилось четкое изображение заложенного нами проема и фигуры со средним пальцем. – Упс, это небольшая помарочка. Мы отрабатывали практику, и на меня снизошло весьма странное настроение, так что этот барельеф исключительно моя заслуга, и в скором времени его, конечно, переделают, а меня, надеюсь, не заставят отрабатывать еще одну практику. Пользуясь случаем, хочу передать привет ректору Светлого факультета. Арлетта, как вам покои нашего Миллхауса? Хотя чего я спрашиваю, вы же тут часто бываете и знаете, как все устроено. И да, пока я проходила практику у вас, мне показалось, что Светлый факультет более придерживается правил субординации и слегка ограничивает свободу выражения чувств и эмоций у студентов. У нас наоборот, первостепенная задача преподавателей сделать процесс обучения приятным и комфортным для каждого, – я очень надеялась, что никто из наших не подавится кофе после таких слов. – В этом, я считаю, и есть наше главное отличие. А так без разницы, Темный или Светлый, студенты все одинаковы. Ну и на этом мы пока прощаемся, ждите новых встреч в эфире, я познакомлю вас с повседневной жизнью в общежитии, с меню столовой и еще многими интересными местами! Рубрика «Передай привет» вскоре заработает на нашем сайте, короче, не переключайтесь!
Кот дал отбой, а я, отпустив микрофон, упала в кресло и застонала.
– Теперь нас точно анафеме предадут, – призналась я. Как оказалось, болтать без сценария, на одной простой импровизации, та еще задачка.
– Как ты ловко ввернула про давнюю дружбу, Бламс теперь там зубами скрипит-ня, – хихикнул Куро.
– Надеюсь…
Мне бы хотелось увидеть, как перекосит лицо драконицы, когда она увидит этот эфир, но чего нет, того нет.
– Кажется, сработало, – Людочка просматривала чат. – Многие стали задавать вопросы, внимание переключилось.
– Надо будет следующий выпуск из столовки сделать, – я уже думала дальше, что можно будет показать без урона для репутации. Оранжерею – вот точно, только цветочков сначала покормить, чтобы не слюнявили камеру. Столовую, лекционные. Лаборатории в подвале и тренировочный полигон. Уверить всех вокруг, что все стандартно и никак кровавых алтарей тут нет.
– Это, конечно, вариант, но там многое придется прикрыть. Одна еда для гуля чего стоит, – отозвался Куросаки, он следил за просмотрами и довольно урчал. – Мы лидируем. Предыдущий ролик набрал много просмотров, но как только вышел наш, мы их порвали как тузик грелку!
– Ура! – я хлопнула Людочку по подставленной ладошке. – Во втором эфире надо тоже донаты подключить. Чем мы хуже? Мы даже всем-всем-всем лучше. Обязательно надо показать Мию и ее коллекцию туфель, пройтись по пожеванному плакатику с Амилотой. Студентка, фанатеющая по преподу, обычная ж картина, многие узнают себя. Лайза тоже надо снять, внешность у него почти как у супермодели. Можно даже Флорентина попросить выступить, а Морис вообще может сольные концерты записывать, заведем рубрику, скажем, «необычные таланты». Главное, не сорваться и не устроить в прямом эфире наш обычный хаос. Иначе это будет последним гвоздем в крышку нашего гроба.
– Операцию по исправлению ситуации будем считать начатой, теперь можно и по домам.
Людочка молча согласилась, впрочем, не прекращая работы, а дракон свернулся в клубок и сердито сопел. Наверное, не хотел признавать, что его методы ведения дел устарели даже для Небытия. Ничего, наша кошка тоже сначала не любила пылесос, но потом втянулась.
– Может, снимем сейчас еще парочку? Прямой эфир – это хорошо, но лучше иметь запас, – предложил Куросаки.
– Да погнали, только если я прямо сейчас не предупрежу Мориса, он зальет меня слезами зависти. – Пока у меня в крови есть остатки куража, лучше делать все и сразу. Я набрала сообщение для своих и спросила: – Откуда начнем? Со столовой?
– А давай. Сбегаю, дам работникам инструкции.
Куросаки умчался, а я решила сначала зайти в медпункт. Душ бы тоже не помешал, но это потом.
Зусман встретил нас с чрезвычайно довольным видом, Ирма на браслете пересматривала ролик и гоготала, спрятавшись за ширмой. Лайз лежал на кровати, укрыв голову подушкой, а вот Сорамару семенил вокруг него, размахивая маленькой метелочкой для пыли.
– Ну вы дали! Логово Миллхауса! Кто из вас придумал такую новаторскую идею в интерьере? Можешь не отвечать, как только увидел, мне сразу полегчало. В следующем ролике меня покажете?
