Первомайское утро вышло прекрасным, словно в противовес хмурой и плаксивой последней неделе апреля. Праздничное, великолепное майское утро, со всею прелестью вступившей в полную силу весны, с её свежестью и роскошью тепла, с хором радостных голосов всей живущей твари. Майское утро, с непередаваемым ароматом, свежестью и гармонией, со всей своей чудной поэзией весны… Первого выходного дня после адски трудного месяца безумной работы! Когда я хотел отоспаться, перед тем, как ехать. Но два бубнивших на кухне голоса этого мне не позволили.
Сколько-то я ещё ворочался, пытаясь заснуть обратно, дальше не выдержал. И пошёл на кухню. Полюбовался на лица Алисы и Оли, когда они меня увидели. Потом буркнул:
— Извинения и что вы не хотели, можете пропускать. Уже разбудили.
— Мы не собирались… — растерянно сказала Алиса.
— Не собирались чего? Будить или извиняться? — съехидничал я. — Хотя бы кофе налейте, пока не уехали.
— А ты чего с нами не едешь? — Оля, видимо немного оправившись от растерянности, решила, что нападение — лучшая защита. — Бросаешь Алису одну.
— Старый я уже для вашей тусовки. И свои посиделки с гитарой до рассвета насиделся уже давно и в прошлой жизни. Нет уж, без меня. Да и дела ещё в городе.
— Вот не надо про дела, между прочим, у меня даже Ромка едет. Хотя тоже сплошная деловая колбаса.
— А чего ты тогда не с ним?
— Ну он занят сказал с утра, после обеда приедет, — смутилась Оля.
— Ага, а наша ответственная староста не может ждать, надо приехать и всё с самого начала проконтролировать.
Я насмешливо фыркнул и посмотрел на Алису. Та сообразила, о чём речь и жестами дала понять, мол, нет, про настоящую рыженькую причину и почему её брат согласился поехать, подруга до сих пор не подозревает. Оля же наш обмен намёками поняла по-своему и напористо ответила:
— Да. Чтобы когда народ основной приедет, всё уже было в порядке.
— Ну ладно, успехов. Тогда, Алиса, присмотри там, за нашей самой ответственной.
— Это мы ещё посмотрим, кто за кем смотреть будет. Ты давай кофе допивай, и раз уж встал всё равно — вещи поможешь спустить в машину, — скомандовала Оля.
От смеха я всё-таки удержался. Нет, всё-таки у некоторых командовать — это черта характера и в крови, и никуда от этого не деться. А дальше, проводив девушек, собрался и отправился к Ростовцеву.
В этот раз меня встретили без всяких прелюдий и намёков, а сразу же привели к хозяину дома. Он тоже был настроен по-деловому, поэтому меня с дороги из вежливости напоили кофе, а дальше мы сразу отправились в библиотеку, где Николай Евгеньевич в том числе держал коллекцию раритетных книг и антикварные безделушки.
Библиотека меня впечатлила. Вдоль правой и левой стены тянулись высокие и длинные книжные шкафы, блестели упругие корешки переплётов, отсвечивали стёкла дверок. Одна стена была отдана под собрание редких и подарочных изданий, а также старинных томов. Я заметил несколько изданий Библии, Геродота, Сенеку, Ювенала, собрания французских, итальянских, немецких и испанских старинных книг. Другая стена была отдана под современную литературу — взрослую и детскую. Причём, судя по мелким царапинам и следам ремонта от повседневного использования на дверках, читали в семье много. Отдельно уже у стены рядом с дверью высился чисто стеклянный шкаф со всякими древними статуэтками, украшениями и разными антикварными безделушками. У окна стоял большой стол, на котором лежали книги и какие-то записи, был в комнате и отдельно высокий стол для писания или чтения в стоячем положении. В общем, если и было в доме место, которому я был готов искренне позавидовать, так это библиотеке.
Дальше я думал, что меня оставят с проверкой, а хозяин уйдёт. Но видимо, любопытство к магии пересилило. Меня это обрадовало, так как и помощь ориентироваться в местных завалах будет не лишняя, да и в компании работать веселее. Тем более Николай Евгеньевич не просто собирал редкости, а человеком оказался знающим и образованным. Также и во мне он увидел грамотного и понимающего собеседника. Ну а я постарался не только комментировать свои магические поиски, но и с удовольствием вытащил из памяти подчерпнутые в путешествиях знания по всяким редкостям. В какой-то момент так увлёкся, что Ростовцев даже поинтересовался:
— Я смотрю, вы хотя по основной специальности инженер, похоже, ещё и по части оценки антиквариата серьёзно работали?
— Да нет, был недолгий период, когда я занимался скорее подделкой антиквариата…
Тут я прикусил язык и ругнулся: расслабился! Забыл, где я и с кем общаюсь. Хорошо ещё Ростовцев понял по-своему и посмеялся:
— Я так понимаю, студенты и школяры одинаковы что при изучении обычных наук, что при изучении необходимого для магии. Признайтесь, от наставников, когда вас поймали, сильно влетело за использование полученных знаний не по прямому назначению?
— К счастью, я вовремя сообразил и остановился до того, как меня поймали. А вот кто вовремя не понял — тот действительно потом горько пожалел.
На этом меня невольно передёрнуло, так как Ростовцев своим вопросом разбередил память. Я тогда влез в подделку старинных предметов через всё того же Яшу-цыгана. И выручил меня нюх этого прожжённого мошенника, который внезапно, хотя дела вроде шли идеально, сказал «бросаем всё и сваливаем». Мы и драпанули без задних ног, бросив при этом большую часть заработанного. А вот третий наш напарник по впариванию фальшивок братве из «новых русских» пожадничал, а может — не поверил. В итоге за наши художества на троих своей шкурой расплатился именно он. Нас с Яшей догнали лишь фотографии «процесса», с обещанием «поймаем и сделаем то же самое». И проверять — выполнят угрозу или нет, мы не стали. Рванули через полстраны на Камчатку. Видимо, до конца удержать бесстрастно-игривое выражение на лице я не смог, так что от дальнейших расспросов Ростовцев отказался.
Дальше мы работали молча, но и оставалось немного. Я отобрал шесть книг и с десяток предметов антиквариата и положил всё на высокий стол для чтения стоя:
— Проверю их ещё раз, вы, если вас не затруднит, можете найти мне на них сопровождающие документы?
— Сейчас.
Всё-таки приятно работать с умными людьми, которые понимают в технологиях. На письменном столе лежал ноутбук, в котором, оказывается, были электронные копии всех документов по коллекции. Я же неторопливо и тщательно проверил отобранные вещи. Два украшения в итоге отсеял. Потом сел читать документы и параллельно комментировать по предполагаемым магическим свойствам вещей. Когда мы закончили, то посмотрели друг на друга ошарашенным взглядом, так как пришли к одной и той же мысли:
— Это ненормально, я правильно понимаю, Игорь Данилович? Их слишком много.
— Ненормально. Ладно, вот эти две безделушки и две книги ещё можно списать на проклятую вещь, которая сильный артефакт и могла их притянуть.
— Остальное не сходится по времени, — подхватил Ростовцев. — Я же их купил намного раньше. Это не может быть связано… с моими особенностями?
— Точно нет. Тут я абсолютно уверен. Вы именно что типичный пользователь. Пока к вам в руки не попадёт именно магический предмет, вы в этом плане ничем не отличаетесь от всех остальных. Но хорошо, предположим, я в чём-то ошибаюсь. И те четыре книги притянулись именно к вам…
— К слову, а что в них было? Хотя бы примерно?
— Могу сказать точно. Именно это плетение я видел у своей наставницы в её, так сказать, каталоге и у неё на книге, доставшейся от прапрадедов. Оберег, который хранит содержимое книги от мышей и прочего. Видимо, кто-то, пускай и не зная причины, заметил и вставил в оклад новой книги кусочек с амулетом из старой. Сейчас они пусты, проклятый гримуар всё выпил. Как и единственную активную вещь из антиквариата. Так вот, даже если я ошибаюсь и что-то притянуло активные предметы — у вас слишком много отработанных пустышек. Они вообще-то очень слабо реагируют на изменения магии. Чтобы их действительно притянуло, нужна мощная встряска. Очень мощная.
