Стоило подумать об этом — и их, уже на выходе с рынка, и правда попытались ограбить. Один мальчишка толкнул, второй, до того шедший рядом, потянулся к кошельку… Клинок поймала руку чумазого пацана быстрее, чем тот успел вскинуть вторую, с тонким лезвием, которым собирался подрезать нужное. Поймала и дернула. Пацан всхлипнул от боли.

Клинок оглянулась. Толкавший сбежал, рядом покупали и продавали ткани, яркие, узорчатые, тонкие. Мужчины и женщины, большинство с закрытыми лицами, в ярких нарядах выбирали, спорили… Чумазый пацан в одних штанах, чье худое запястье она сжала, тихо подвывал от боли. Шедшая рядом Доминика остановилась, с жалостью смотря на мальчика примерно своего возраста.

— Зачем ты его так?

Клинок обернулась. Стражи нет, никого подозрительного тоже нет.

— Пытался украсть кошелек.

— Украсть… Но зачем? Родители или наставник не дают ему денег?

— Не думаю, что у него есть родители, а наставник, если и есть, то учит только воровать.

— Но почему? Вэл говорит, что маги много зарабатывают… зачем учить не магии, а брать чужое?

Клинок хотела было ответить, что «наставник» — не учитель магии, а старший член городской шайки… Но слова застряли в горле, когда она глянула на пацана магическим зрением. Он действительно был магом. Агата не совсем понимала, как именно это видела, но в ее восприятии в глубине чужого… тела? души? что-то жило. Не привычно-черное, а другое, невидимое… Связь с источником магии.

И что дальше? Отпустить его? Стоило, пожалуй. Но Агата чувствовала, что держала в руках, в буквальном смысле, возможность понять, что тут происходит и чего хотела стража.

— Ты идешь со мной, — бросила она мальчишке и потащила за собой.

Тот попытался вырваться, но Клинок лишь перехватила запястье так, чтобы боль прогнала лишние мысли, и потащила за собой. Анна знает язык местных, и, значит, сможет вытянуть все из этого воришки. И почему она сама так бездарна в чужих наречиях?.. Говор Некроса и то с трудом выучила.

Пацан все упирался, и Агата, подумав, бросила на языке Древних:

— Идешь со мной, маг.

Сработало. Мальчишка замер, уставился на нее широко раскрытыми глазами.

— Я ничего не делать! — ответил он на том же наречии.

— Идешь. Потом говорим.

За год Агата изучила язык магии не так хорошо, чтобы вести на нем пространные беседы. Особенно когда на хвосте стража.

Один шаг, другой, третий, десятый… Рынок позади, теперь нужно добраться до широкой улицы, идущей от ворот, там повернуть, скрыться в узком проулке, выбраться через него туда, где начинается район дорогих постоялых дворов… Сердце Агаты бешено колотилось, а мышцы были напряжены до предела. Она была готова в любой момент отпустить пацана, закинуть Доми себе за спину и броситься в бой. Атаковать кулаком, ногами, даже мечом, если надо.

Но местная стража не обращала на нее никакого внимания. Пара бойцов в черном патрулировали нужную улицу, еще один общался с какими-то местным бродягой… И двое обнаружились около прохода на территорию «их» постоялого двора.

Агата сглотнула. Эти двое пришли за ней или нет?

— Проходи, — махнула показавшаяся из отведенного посольству здания Анна. — Чего стоишь? И кого привела с собой?

Мешкать и дальше — значит привлекать внимание, и Агата направилась на постоялый двор. Никто не пытался ее остановить.

Клинок подошла к Анне и тихо поинтересовалась:

— Почему тут стража?

— Приехал Маса-Али, хаким города. Правитель. Стража всегда при нем, это вопрос чести. Зачем ты привела парня?

Клинок глубоко вздохнула и, отпустив Доминику, принялась рассказывать. Ровно, спокойно, стараясь не смотреть ни на стражников, ни на то, как приведенный ей пацан таращится на волосы менталистки.

Анна слушала, не перебивая.

— Вот как… Интересно.

— Чего от нас хотели?

— Смогу ответить, если ты покажешь мне воспоминания.

— Покажу? Это как?

— Посмотри в глаза и не мешай. Лучше всего подумай о том моменте, когда к вам подошли.

Клинок поймала взгляд светлых глаз менталистки. Что-то прикоснулось к ее разуму. Магическим зрением Агата не видела цветов и нитей магического воздействия, но чувствовала, как внутри тела ворочается готовая противостоять чужому вмешательству тьма, как пульсирует амулет на шее… Анна использовала магию, но Клинок не уловила никаких подробностей. И это раздражало, заставляя вспомнить дознавателя в порту Форсиона. Стоило больших трудов не оттолкнуть беловолосую. Сдержалась Агата лишь потому, что та быстро закончила.

Закончила, отвернулась и выругалась.

— В чем дело? — насторожилась Клинок.

— Надо будет уточнить, но, судя по сказанному, им не понравилось, что девочка использовала магию. Думаю, речь идет о том моменте, когда она облегчила боль старика.

— Но это же не некромантия.

— Нет. Похоже, законы ужесточились с тех пор, как я уточняла обстановку в последний раз. Сейчас, — Анна присела на одно колено, так, чтобы оказаться на одном уровне с «захваченным» Агатой мальчиком, и заговорила на местном наречии.

Клинок не понимала, о чем речь, но интонации и язык тела видела. Воришка сначала явно умолял отпустить, потом, прислушавшись к словам менталистки, начал кивать и охотно отвечал на вопросы. В конце беседы Анна достала из поясной сумки несколько местных монет и протянула их мальчику. Поднялась и попросила на фроантийском:

— Агата, отпусти его. Пускай сходит и поест. Думаю, он не сбежит, а если и сбежит, то все, что нужно, я все равно выяснила.

Клинок скосила глаза на настороженного, но явно повеселевшего паренька, и отпустила руку, которую он тут же принялся растирать.

— Я могу помочь… — тихо предложила Доминика.

— Только в доме, нечего людей смущать, — Анна указала головой на стражников и вновь обратилась к мальчику на языке йохров. Тот после паузы кивнул и направился за юной некроманткой.

— Если он залезет ей в голову — сломаю руку, — мрачно проговорила Агата, — и не одну.

— Он не дурак, понимает, что я все почувствую, — отмахнулась Анна. — М-да, ситуация… Хорошо, что ты их не убила. Но плохо, что наши друзья-йохры кое о чем умолчали. И не только они, но и мои люди… Впрочем, никому не дано знать все, в том и прелесть. Ладно, пойдем, переговорим с послом, и если не с Наследником, то, может, с кем-то из его старших людей, тем же Паши-Амином. Пока ситуация не вышла из-под контроля.

Клинок кивнула. Сходили город посмотреть…

Тантэ в «парадной» одежде обнаружился у себя. Помещения для делегатов внутри разделялись занавесками на небольшие части, предназначавшиеся для проживания одного человека. Когда нужно, эти занавески можно было поднять, чтобы поговорить или поесть, например. Книжники так и сделали, составив кровати и столы так, чтобы получилось небольшое помещение для обсуждений.

— О, я хотел искать вас, — Тантэ не удивился приходу Анны и Агаты, — имел беседу с местным правителем. О лошадях, верблюдах, погоде и многом другом, но если переходить к сути: местные заинтересованы в том, чтобы Соти-Сарай вновь стал торговыми воротами в Некрос. Но, как намекнул хаким, это не всем понравится.

— Совет Мудрых, — немолодая женщина, что-то записывающая на толстом листе пергамента, подняла глаза на Анну. — ничего не хотите о них рассказать? По нашим данным они управляют местным магическим сообществом.

— Но хаким непрямо указал на то, что без их одобрения он ничего не может сделать, — дополнил Тантэ, — по крайней мере в вопросах внешней торговли. Большие полномочия для тех, кто руководит жизнью магов. Боюсь, наше посольство говорит не с теми, кто держит реальную власть.

— Но с теми, кто может ее получить, — легко отмахнулась Анна, — к тому же не думаю, что люди Визиря, а Совет подчиняется ему, господствуют во всех сторонах жизни Султаната. Хотя поверю, что они, под эгидой борьбы с «опасной магией», могут помешать нашим планам. Под такими лозунгами, судя по всему, здесь происходит много всего интересного… Но есть и хорошая новость.