— Тётушка, не злитесь, я всё сделаю. Честное слово! Только ничего не говорите мамке. Она же злющая и обязательно меня выпорет.

— И поделом тебе, бездельник... О, боги! Злющая, говоришь? Никак сестрица опять залетела. Вот ведь курва гулящая!..

Продолжения разговора Цветанка уже не услышала. Заметив, что еда на подходе компания, к которой она направлялась, довольно загомонила.

Протерев деревянную столешницу, залитую пивом, девушка сноровисто расставила принесённые блюда. Работа в трактире была ей не в новинку, но пьяные возгласы и бесцеремонные взгляды мужчин заставили её понервничать. Поведение эдайнцев резко отличалось от того, к чему она привыкла. Жители халифата Перси, ведущие трезвый образ жизни, в общественных местах держались степенно и с достоинством.

Правда, никто из мужчин открыто к ней не приставал и Цветанка, когда они расплатились, с радостным облегчением направилась к другому столу. Сидящие там посетители вызывали у неё куда больше доверия. Молодой человек с гривой снежно-белых волос явно был из господ, а его сотрапезник, низкорослый крепко сбитый мужчина, был рангом пониже, но тоже не из простых. Правда, по его одежде она не смогла определить к какому сословию он относится, но решила, что он писарь.

Когда коротышка, до самых глаз заросший буйной, чёрной с проседью бородой, повернулся и смерил её заинтересованным взглядом, Цветанка поняла, что переоценила его порядочность.

— Какие здесь хорошенькие служанки! Ведь одна другой краше, — протянул он и его глазки масляно заблестели. — Курт, неужели ты пропустишь такую цыпочку?

Со смачным причмокиванием мужчина ущипнул Цветанку пониже спины и она, недолго думая, стукнула его подносом по голове. Кто это видел захохотали, и он сразу же злобно ощерился.

— Ты что это вытворяешь, сучка? — проревел коротышка и, вскочив из-за стола, замахнулся на девушку.

На её счастье, молодой человек вовремя перехватил его руку и толкнул обратно на стул.

— Успокойся, Жоло! — проговорил он всё с тем же рассеянным видом. — Не мешай служанке. Видишь, в зале куча народу, ей некогда любезничать с тобой.

— Это ещё почему? — заартачился коротышка. — Я требую, чтоб со мной обращались как с дорогим гостем! Спрашивается, за что эта черномазая гадина ни с того ни с сего съездила меня по кумполу? Вот сучка! Гордиться должна, что ей оказывают внимание.

— Простите, господин, я не хотела вас обидеть. Это вышло случайно, — низко кланяясь, залепетала Цветанка. У себя дома она не привыкла иметь дело с такой разнузданной публикой и сейчас не знала, что ей делать.

Молодой человек пристально посмотрел на неё и по его лицу скользнула тень печали.

— Не переживайте, сеньорита! Вы никому и ничего не должны. Особенно таким скотам, как мой слуга. Если Жоло будет вас доставать, только скажите и я оторву ему голову, — сказал он, не обращая внимания на злобные гримасы коротышки. — Откуда вы? Извините, что спрашиваю, но вы не похожи на местную, — он помедлил. — Да и на служанку вы тоже не похожи.

— Из халифата Перси. Я действительно не служанка, просто помогаю Рунике, — пролепетала девушка, прижав руки к груди.

— О! Тогда вдвойне прошу вас простить нашу грубость, — привстав, молодой человек учтиво поклонился. — Курт де Фокс к вашим услугам, — представился он.

— Цветана, дочь Ивина Медуницы, — выпалила девушка, не подумав, что не слишком хорошо знакомиться с первым встречным.

— Рад знакомству, Цветана, дочь Ивина Медуницы. Подождите немного, сеньорита, сейчас я расплачусь. — Не спуская глаз с Цветанки, молодой человек стал шарить по карманам. Наконец, он протянул ей испанский серебряный реал. — Простите, что задерживаю. Надеюсь, этого хватит?

— Конечно! Обед стоит шесть крейцеров.

Цветанка отправилась было прочь, но де Фокс поймал её за руку.

— Постойте! — Он виновато улыбнулся и разжал пальцы. — Я хотел сказать, что сразу подумал, что вы из халифата Перси. Только там девушки столь скромны и воспитаны. Мы совсем недавно из ваших мест и почему-то мне кажется, что я уже видел вас…

— Типун тебе на язык! Эту сучку ты называешь воспитанной? — вскинулся коротышка. — Куда ты так много платишь за обед? Хватит и полреала.

Он собрался было отобрать у девушки деньги, но де Фокс ударил его по руке.

— Не смей, ублюдок! Ещё раз протянешь к ней свои грязные лапы, и я отрежу тебе их по самые плечи.

— Эй-эй! Нечего распускать руки! А то получите сдачи! — возмутился Вагабундо, но заметив, что глаза графа недобро блеснули и он положил ладонь на рукоять меча, приор сразу же сбавил тон. — Да ладно вам, господин! Чего вы горячитесь? Было бы из-за чего, — пробормотал он примирительным тоном. — Я же хотел сэкономить ваши деньги.

На лице де Фокса заходили желваки.

— Что-то ты слишком забывчив для слуги, — процедил он вполголоса. — Я ведь тоже могу быть забывчивым. Оплачивай свои расходы сам.

— Ну, что вы, сеньор граф! Бедному слуге уж и пошутить нельзя? — Вагабундо расплылся в льстивой улыбке. — Разве я плохо ухаживаю за вашим конём?

— Только из-за него терплю тебя, — буркнул де Фокс и улыбнулся девушке. — Не беспокойтесь. Деньги ваши, сеньорита.

— Спасибо!

Видя, что страсти поулеглись, Цветанка спрятала деньги в карман фартука и, воспользовавшись моментом, ускользнула от стола. Коротышка со смаком облизал ложку, и смерил де Фокса ехидным взглядом.

— Нужно было сразу сказать, что ты положил глаз на черномазку, тогда бы я не стал перебегать тебе дорогу. Только нафиг она такому красавчику, как ты? Давай доедем до деревни. Она большая и молодых баб там как грязи. Выбирай себе любую. Ты же знаешь, что благодаря ведьмам в королевстве Эдайн не очень строгие нравы, — он хитренько улыбнулся. — Надеюсь, ты не забудешь брата и дашь пару монет, а то без денег эти курвы долго ломаются. Это на тебя они вешаются гроздьями и готовы даже приплатить ради твоих прекрасных глаз.

— Ты мне не брат, — холодно произнёс де Фокс и принялся за еду.

В движениях графа сквозило изящество и неосознанная привычка к хорошим манерам — предмет постоянной зависти приора. Вздохнув, Вагабундо постарался не слишком громко чавкать.

Когда тарелки опустели, приор вопросительно глянул на того, кто числился его хозяином, а на деле был подчинённым. Вот только управлять им не было никакой возможности.

— Поедем в деревню, или здесь заночуем? — спросил он.

— Заночуем на постоялом дворе. Правда, я не уверен, что удастся снять комнату.

— Не беспокойся, у меня уговор с трактирщицей. — Вагабундо ухмыльнулся. — Тебе осталось всего ничего, только оплатить нашу ночёвку. — Приложившись к кружке с пивом, он разочарованно вздохнул. — Эх! Похоже, сегодня будет некому согреть мою постель. Трактирщица баба в самом соку, но уж слишком кочевряжится и своим девкам не даёт ходить на сторону. Оказывается, они её племянницы. — Он бросил заговорщицкий взгляд на молодого человека, чья красота словно магнитом притягивала женские взгляды. — По-моему, цыганка не относится к её родне, потому можешь смело действовать.

Де Фокс нахмурился, но промолчал. У стойки он заплатил трактирщице, и поднялся на второй этаж, где ему отвели комнату под ночлег. Коротышка тенью следовал за ним. Когда они оказались в небольшой уютной комнате, его поведение разительно переменилось. Если до того приор держался в тени графа, то теперь всем своим видом он давал понять, что главный он.

С важным видом Вагабундо прошествовал к кровати и, откинув покрывало, прямо в сапогах развалился на чистом белье. Видя это, де Фокс поморщился. «Вот свинья! Ведь в каждом движении сквозит, что это быдло из простонародья, но при этом корчит из себя господина. Зачем только такие скоты нужны Инквизиции?» — возмущался он про себя. Словно прочитав его мысли, приор повернул голову и из-под нависших бровей остро блеснули умные глазки.

— Курт, настоятельно советую заняться черномазкой. Желательно, чтобы она влюбилась в тебя как кошка. Впрочем, не мне учить тебя обращаться с женщинами.