— Успокойся, — он подкинул в костёр новую порцию хвороста. — Лучше расскажи, что тебе известно об отце демона.

— Отец? — призрачный вампир нахмурился.

И тут рядом с братьями возникла Луиза Ромери и встревожено посмотрела на возлюбленного.

— Дорогой, что случилось?

Меч исчез, будто его и не было, и Рихард нежно улыбнулся девушке-привидению.

— Извини, мой ангел, что побеспокоили, — он бросил сердитый взгляд на Раймонда с интересом наблюдающего за их встречей. — Просто мой братец способен любого довести до кондрашки, даже тех, кого уже вогнал в гроб. Вечно у него всё не так как у остальных вампиров, то в человека влюбится, то в ведьму.

— Какая прелесть! — личико Луизы осветилось радостным ожиданием. — Пожалуйста, расскажите! — взмолилась она и умоляющим жестом сложила руки на груди. — Или я снова умру, но на этот раз уже от любопытства.

— Ну, что ты молчишь? Говори!

Раймонд фыркнул.

— Было бы о чём! Ни в кого я не влюбился, нечего выдумывать. И вообще, я первый спросил. Итак, кто такой отец Юлиана?

— Причём здесь Эль-Эльйон? — удивилась Луиза.

Услышав её замечание, Раймонд насторожился.

— Выходит, ведьма не соврала, и он существует.

— Хочешь сказать, что Аделия с ним встречалась? — спросил Рихард с недоверчивым выражением на лице.

— Ну, да! Во сне, как она утверждает, — Раймонд ухмыльнулся. — Спасибо, Луиза! А я уж было подумал, что ведьма влюбилась в мальчишку, а его отца придумала, чтобы отвязаться от меня. Так кто он такой этот Эль-Эльйон? Властитель Преисподней?

— Идиот! Замолчи немедленно! — Рихард истово перекрестился. — Господь Всемогущий! Прости, он не ведает, что творит и ещё меньше, что болтает!..

Привидения тревожно переглянулись. Раймонду тоже стало как-то неуютно. Интуиция предупреждала его о незримом чужом присутствии, причём кого-то очень и очень могущественного. Тьма словно сгустилась и всей своей массой давила ему на грудь, не давая дышать.

Внезапно мир переменился, брат и его невеста исчезли, а ночь сменилась ясным полднем.

Ошарашенный Раймонд отскочил под защиту полуразрушенной стены. Магия не сработала, и он схватился за обычный меч, припасенный как раз для таких случаев.

— Выходи! Я знаю, что ты здесь! — выкрикнул он, по-прежнему ощущая чужое присутствие.

— Ну, если ты так просишь, — насмешливо отозвался кто-то невидимый и перед Раймондом возник Юлиан.

Вампиру хватило одного взгляда, чтобы понять, что это не он, а его двойник. В драной одежде и босой юноша выглядел босяк босяком, но это нисколько не умаляло его достоинства. Виной тому была привычка к беспредельной власти, которая наложила зримый отпечаток на его лицо и манеру поведения.

— Конечно, можешь цепляться за свою железяку, но она тебе не поможет, — сказал незнакомец, усевшись в проломе стены. Он щёлкнул пальцами, и меч в руке Раймонда превратился в дым. — Вот видишь.

Двойник Юлиана съехал спиной вдоль каменной кладки пролома и его босые ноги оказались выше головы. Зато теперь огромное золотое солнце светило ему прямо в лицо, и он по-кошачьи прижмурился от удовольствия.

— Эй, Адлигвульф, чего примолк? — спросил он, повернувшись в сторону вампира. — Ну, чего ты такой кислый? Не дрейфь, не съем. Поскольку у нас наметился вооружённый паритет, может, хочешь поговорить?

— Нам не о чем разговаривать, — буркнул Раймонд. Ему было не по себе. Без магии и оружия он чувствовал себя как улитка без своего домика.

— Разве? — юноша приоткрыл один глаз. — По-моему, ты просто умираешь от желания узнать, кто я такой, а ещё злишься из-за мадам Верховной ведьмы, которая предпочла меня тебе.

— Плевать мне, кто ты такой! — рассердился Раймонд, — Но к Аделии не смей приближаться, она моя! Понял?

— Грозен ты, братец, как я погляжу, — юноша перетёк в сидячую позу. — Ну и что ты мне сделаешь, если я вдруг посмею ослушаться тебя? — и он с нескрываемым чувством превосходства посмотрел на вампира. — Знаешь, Адлигвульф, самое разумное в твоём положении это встать на колени и смиренно просить меня о снисхождении.

— Не дождёшься! — Раймонд запаниковал, ощутив, что ментальный щит смят и чужак хозяйничает в его голове. — Пошёл вон! Не смей рыться в моих воспоминаниях! — прошипел он, злясь на собственное бессилие.

— Почему это? — удивился юноша и недобро улыбнулся. — Вспомни, как ты сам это проделывал. Теперь настала твоя очередь побывать в шкуре тех бедолаг.

— Я тебе не позволю!

— Разве я против? Давай действуй.

Собрав все свои силы, Раймонд снова попробовал изгнать незваного пришельца, — его присутствие давало о себе знать странной щекоткой в мозгах, и, хотя его уже подташнивало от напряжения, он не оставлял своих попыток.

— Да расслабься ты, Адлигвульф! А то ещё взорвёшься от напряжения. Старайся не старайся, всё равно у тебя не хватит силёнок закрыться от меня, — юноша подался вперёд, не замечая, что висит в воздухе. — Ну-ка, давай заглянем в твои воспоминания юности. Молодости свойственны постыдные поступки. Вот это да! — на его лице появилась издевательская улыбочка. — Очень занятная поза! Не подскажешь, чем это вы занимаетесь с графом Виолентой?.. Не ври, что не помнишь. Смотри, вот здесь на чердаке охотничьего замка, во время ваших школьных каникул.

— Сволочь! Пошёл вон из моей головы! — взорвался побагровевший от гнева Раймонд.

— Не ори! Уже ушёл, — юноша поёрзал, устраиваясь в проломе. — Очень хочется прочистить тебе мозги, да ладно уж, живи как есть, — на его лице появилась скорбная мина. — Миндальничаю я с тобой. Скажи за это спасибо моему сыну, — он демонстративно вздохнул и вопросительно глянул на вампира. — Ну как, созрел поговорить?.. Блин, опять нет? Что ж, ты сам напросился!

У Раймонда потемнело в глазах, а затем появилось такое ощущение, что его вывернули наизнанку. Придя в себя, он огляделся и… обнаружил, что стоит на чей-то великанской ладони. Это открытие вызвало у него такой сильнейший шок, что он на время отключился.

— Ну, успокоился? — спросил юноша, когда крохотный вампир перестал кричать. Он осторожно взял его двумя пальцами и поставил на обломок кирпича. — Кстати, зря расстраиваешься. Выглядишь очень даже неплохо. Может, оставить тебя в таком виде, на радость местным феям?

Из ближайших цветов, растущих у стены, тут же выглянули очаровательные личики.

— Ой, девочки, какой же он хорошенький!

— О да! Жутко сердитый, но по виду настоящий принц!

Хихикая, крошки возбуждённо зашептались между собой. Они вытолкнули вперёд одну из фей, чью головёнку украшало облако голубых волос. Трепеща прозрачными крылышками, она пропела:

— Эль-Эльйон, подарите нам этого красавчика. Честное слово, мы его не обидим!

— Даже не знаю.

Юноша задумался, и Раймонд затаил дыхание, поняв, что решается его судьба.

— Увы, мои хорошие, — мучитель вампира развёл руками. — Боюсь, ничего не выйдет. В будущем этому типу предназначена несколько иная роль.

— Какая жалость! — прощебетала огорчённая малышка и умоляюще сложила крохотные ручки на груди. — Эль-Эльйон, он — такая лапочка! Пожалуйста, оставьте нам его копию.

— Нет проблем…

— Нет! — воскликнул Раймонд и поморщился от своего писклявого голоса. — Я возражаю!

— Почему? — удивился юноша.

— Потому что он это я!

— Уважительный аргумент. Извините, девочки, но с копией тоже ничего не выйдет.

Боясь, что наказание затянется, Раймонд склонился в поклоне.

— Простите, Эль-Эльйон. Я был неправ, испытывая ваше терпение.

— Ну, наконец-то, — Лазарь щёлкнул пальцами. — Надеюсь, теперь мы можем поговорить? — осведомился он, когда вампир обрёл прежние размеры.

— Как вам будет угодно, Эль-Эльйон.

Не желая стоять перед тем, кого он считал демоном, Раймонд уселся на обломок кладки, отвалившийся от стены, и невольно вздрогнул, заслышав смех. Тем не менее он выдержал характер и, не поднимаясь с места, с вызовом посмотрел на незнакомца, хотя в душе побаивался, что тот может придумать для него новую кару и она будет куда хуже, чем превращение в лилипута.