– Сомневаюсь. Да и дальше они видны. Не так густо, как в иных местах порой, но хватает. А тут как корова языком слизала. О! Думал, показалось, но сейчас точно рассмотрел!
Люссия жутко жалела, что не может разобрать издалека подобные детали. Но приходилось лишь вздыхать и терпеливо переспрашивать:
– Не томи! Что ты там рассмотрел?
– Травка шевелится…
– М-да! Мерещится? Про ветерок не забываешь?
– Травка шевелится в разные стороны и весьма крепко прижимает к земле зазевавшуюся чайку! Только сейчас понял: здесь почти нет птиц! Разве что пролетают изредка.
– Точно! Ни одного гнезда на скалах.
– Чувствуют опасность. Ну а те, кто не чувствует… Вот, уже и чайки не видно, только перья остались. Или улетела, или в норку какая зверушка уволокла.
Люссия вспомнила, что она командир экипированных воинов.
– Нас зверушками не запугаешь. Да и на чаек мы совсем не похожи.
– Хорошая подсказка! – одобрил Семен любимую и стал пояснять: – Надо бы сбросить туда кого покрупнее и проследить, что будет.
– Полетишь за саниеровцем?
– Да им и так досталось. – Хотя жалость к врагу вроде была неуместна. – Им рук не хватает раненых волочь. А вот овцу у пастухов купить или даже молоденького бычка – лучше не придумаешь. И не смотри на меня с такой иронией: гнать я его сюда прутиком не буду. Просто попрошу Зэро оказать мне услугу. Если уговорю, конечно.
Уговорил. Мало того, сайшьюну сама мысль слетать за мясом, а потом принести это живое мясо в своих лапах показалась весьма заманчивой. Он даже хрюкнул раз пять подряд, наверное хвастаясь званием лучшего охотника среди духов. Летел с азартом, но вот последовавшей вскоре торговли с каким-то пастухом он не понял, так и норовил сразу снизиться к отаре и выдернуть оттуда самого жирного барашка. Кажется, для такого дела шмель-транспортник был готов и перегруз в весе на себе волочь, лишь бы доказать свои умения непревзойденного истребителя-перехватчика.
С молодым теленком они вернулись к кораблю, но вот садиться, а вернее, более бережно опустить животное на зеленую травку сайшьюн категорически отказался. Сбросил несчастную жертву с высоты тридцати метров и поспешил к своему коллеге Айну.
Поругать своего носителя, Семен не успел. Как только бедный теленок коснулся поверхности, ломая себе ноги, так со всех сторон по нему хлестнули чудовищные пупырчатые щупальца. Они в мгновение ока разорвали туловище жертвы на кровавые ошметки и уволокли в разные стороны, а уже в следующее мгновение на травке даже следов крови не осталось. Сами же щупальца ловко улеглись и спрятались между слоями травы, как между складок кожи, и прикрылись этими складками.
Не сводившая с места действия своего взора Люссия встретила Загребного восклицаниями:
– Невероятное зрелище! Да там целое стадо этих монстров, и они сожрали бедного теленка, словно птицы доверчивую бабочку! От него даже места мокрого не осталось. И как мы ничего сразу не заметили?
– Значит, все эти щупальца принадлежат холоднокровным чудовищам. А кто таких мог сюда поставить на охрану корабля? Ты права: только самый большой телесный демон Изнанки, Асма. Его подручные далеко от морской воды отойти не могут, но на самом берегу легко продержатся некоторое время. Может, и меняются на дежурстве время от времени. Или вообще новые породы Асма вывел. Ведь долго просидеть в засаде в полном бездействии не получится, кушать и монстрам что-то нужно. Опять-таки не факт по поводу трехразового питания: вон сколько каменная анаконда без кормежки в подземельях спала. Даже сами хозяева про нее забыли, а ей хоть бы хны.
– Так то – анаконда, ее долго будить надо, а эти, кажется, все время на страже. И нет уверенности, что после гибели первых с моря другие не подтянутся. – Демонесса решила проявить благоразумность. – Может, оставим этот корабль в покое? И без него хлопот хватает.
Ее возлюбленный долго размышлял, нахмурившись и покусывая губы. А взор его блуждал по зеленеющей расщелине между скалами. Когда начал отвечать, то делал это таким тоном, словно и сам себе не верил.
– Федор не поймет. Его рыцари не поймут. Отступая с боем от сих мест и до крепости, они потеряли половину боевых товарищей. Помимо этого, сюда движется Лука Каменный со своими лучшими механиками. Они тоже не поймут, зачем даром тащились через весь континент. Да и сам корабль нашей семье пригодится, ведь не даром Асма его так рьяно охраняет от посторонних глаз. Наверняка только на таком большом «броненосце» можно прорваться на второй материк этого мира. Мне, правда, Сапфирное Сияние и полусловом не намекнуло на своего извечного соперника, но ведь и это имеет под собой какую-то почву. Вполне возможно, что на каком-то этапе борьбы за свою свободу нам придется и самого могучего телесного демона в союзники взять. И потом, слишком уж рядом отсюда находится разрушенная крепость. В любом случае здесь придется бывать, а то и осесть на долгое время экспериментов. А уж если чаша с алтарями заработает и окажется тем самым «всевидящим оком» этого мира, то резиденцию нашу придется строить вокруг горы Сахар. Или здесь поблизости. Так что…
– Ну а если не справимся? Все-таки эти монстры даже вертуги поели!
– Понимаю, что в первую очередь ты против неоправданного риска. Так что спешу тебя успокоить: не справимся, значит, оставим все как было прежде. Но хоть основные направления борьбы с этими щупальцами надо нащупать. – Семен усмехнулся от непроизвольного каламбура. – Пока рыцари подойдут, мы тут поупражняемся, а там видно будет.
Упражняться его любимая любила. Даже когда опасно для собственной жизни. А уж сидя на Айне, который перелетел к самой кромке зараженной местности, она вообще ничего не боялась. Хотя оба сайшьюна, оказавшись всего лишь в десяти метрах от «чистого» пространства, несколько занервничали, выражая это частым похрюкиваньем.
– Эх, знать бы еще, о чем они предупреждают, – сожалел иномирец, становясь рядом с Зэро и поглаживая его над жвалами. – Но ничего, сбежать мы всегда успеем. Итак, начинаем? Кто больше разозлит монстров, тому в награду страстный поцелуй.
– Два! – воскликнула в азарте Люссия и ударила средней болью в ближайший бугорок слишком яркой травки.
Бугорок как-то странно вздыбился еще больше и опал, словно из него выпустили воздух. Зато с трех сторон от него словно грибы стали вырастать другие бугорки. Создавалось ощущение, что они пытались присмотреться, что именно нанесло боль соседнему участку.
– Ладно, я готов и на три поцелуя! – Семен ударил смертельной болью, от которой любой беззащитный демон сразу бы погиб.
Все три бугорка задрожали словно на ветру, но опадать не спешили. Зато совсем из другого места послышалось недовольное рычание, а потом еле слышный свист.
Демонесса кинула малую шаровую молнию в пышный, сочный куст. После взрыва от него остались только жалкие прутики, да и те изошли дымом прямо на глазах. Свист перешел в шипение.
Малая шаровая молния, сорвавшись с рук человека, пролетела в глубь опасного участка и испепелила целый выводок более крупных и прочных кустов. Складывалось впечатление, что они и в самом деле представители какой-то флоры, но уж никак не фауны. Из демонического мира тоже вылетела средняя шаровая молния, но разорвалась среди покачивающихся бугорков-тройняшек. Все три разметало в стороны, зато в их основании плеснулись фонтанчики кисельной жидкости грязно-бурого цвета. Но тут же опали и застыли поблескивающими лужицами. Никто не рыкнул, но шипение продолжалось.
Загребной применил к тому месту с лужицами осушение, весьма болезненное и гибельное для всех хладнокровных созданий. Трава по соседству тут же пожухла, а лужицы покрылись крупными трещинами.
Казалось бы, графине Фаурсе крыть больше нечем, но она нанесла средний силовой удар все по тому же экспериментальному участку и сразу же после этого вогнала туда невидимый магический клин. Травяное покрытие на участке в десяток квадратных метров заходило ходуном, а рычание усилилось.
