- А почему семья эмигрировала?
- Глупый вопрос, - Ван прищурил левый глаз. - Ты же сам крест видел.
- И только поэтому? - у Бергмана проснулся неподдельный интерес к персоне ефрейтора.
- А тебе этого мало? - хорунжий поставил кружку с чаем и, поднявшись, подошел к окну. - Гонения, которые там устроили непримиримые, заставили покинуть страну многих представителей Коптской церкви. Между прочим, одной из древнейших в мире, если ты не знал.
- Так они же эти, как их, - призадумался Бергман на несколько секунд, - люди Писания.
- Лес рубят - щепки летят. Вообще, то, что там происходило, напомнило о «школах 7 мая». У меня после всех этих перевоспитаний отец инвалидом остался.
- Ясно, старина, - вздохнул Эрвин. - Вкусный чай у тебя, - он попытался сменить тему разговора на более веселую.
Ван никак не отреагировал на слова лейтенанта, продолжая смотреть в окно. В его взгляде засквозила горечь воспоминаний и тоска.
- Тебя еще что-нибудь интересует? - китаец вернулся из дебрей тяжелых мыслей.
- Интересует забрать их на недельку, - Бергман допил остатки чая и поставил кружку. - Посмотреть, что они собой представляют в деле. Ты не запрещаешь?
Ван коротко кивнул, что означало «нет, не запрещаю». Поблагодарив гостеприимного хозяина, лейтенант покинул комнату и спустился на улицу.
Наступал вечер. Темнеющее небо стало покрываться загорающимися друг за другом звездами, луна наливалась бледностью, а теплый ветер сменился прохладным. «Хороша погодка!» - радовался наемник. С шумом вдохнув и выдохнув, он сбежал с крыльца и побежал ко второй казарме. Остановившись у входной двери, попросил дежурного, чтобы тот вызвал к нему двух курсантов, с которыми он сегодня разговаривал.
Подход к казарме не освещался - перегорел осветитель, висевший на углу здания. И этой темнотой решил воспользоваться Бергман: он спрятался в ее «апартаментах», затесавшись между курилкой и отворенной дверью. Опершись спиной о стенку и откинув голову, он скрестил руки на груди и ждал.
Вскоре на улицу вышли двое и, спустившись с парадной лестницы, остановились возле курилки, удивленно озираясь по сторонам. Лейтенанта они не видели. Тьма, окружавшая его, была хорошим укрытием. Скрываясь в густом мраке, он наблюдал за своими будущими боевыми товарищами.
Ребята могли спокойно вернуться восвояси, но они знали, что их вызвал офицер, поэтому продолжали стоять и смотреть по сторонам.
Наконец, когда они повернулись спиной к лейтенанту, он бесшумно подошел к ним сзади.
- Стойте и не оборачивайтесь, - сказал он. Парни заметно напряглись и вытянулись в струнку. - Вы вошли в состав моей группы, но перед тем, как вы станете ее полноценными членами, вам предстоит пройти одно испытание, и если оно будет успешно завершено, то считайте себя включенными в коллектив. Все ясно?
- Так точно, - хором ответили они.
- В чем суть испытания? - задал вопрос Хобот.
- Скажу на месте проведения, - ответил Бергман. - А теперь за мной.
На взлетно-посадочной полосе их ожидал вертолет. Когда они заняли места, пилот включил двигатель.
- Значит так, - Эрвин вцепился пальцами рук в колени, - ваша задача такова: на полосе препятствий вам надо пройти несколько уровней. Точнее, всего три. Первый уровень: без всякого шума проникнуть на охраняемый объект. Второй уровень: тихо устранить «начальника» этого объекта. Третий уровень: спасти заложника. Уяснили?
- Да, - они закивали головами. Судя по всему, наемникам это показалось веселым развлечением, которое они пройдут в считанные минуты и после выполнения тут же забудут навсегда, будто и не выполняли ничего такого. Если они действительно так подумали, то провал им обеспечен.
Первое разочарование их постигло после того, как их доставили на второй полигон, не использующийся более трех лет. Местность была новая и незнакомая. Стоя на твердой земле, ребята немного испуганно рассматривали окружающий пейзаж.
- А почему именно здесь? - поинтересовался чех.
- А вы хотели на старом? - деланно удивился Эрвин. - Так вы же сами знаете: реальная обстановка в бою меняется через каждую секунду, и ничего того, что было и происходило несколько мгновений назад, уже не будет. Считайте, что оказались в незнакомой местности, занятой врагом. Вот карта, - он протянул сложенную бумагу темнокожему французу, - со всеми пояснениями. От вас требуется только одно: сделать все быстро и качественно.
- Все понятно, лейтенант, - сказал Хобот. Посмотрев карту, он что-то сказал младшему по званию, и они скрылись в зарослях лозняка. Единственное, чего им не сказал Бергман, это то, что он в одном лице сочетал и заложника, и «плохого парня», которого нужно устранить. «Армия ведь заставляет мыслить стандартно; все однообразно до безобразия, но единообразно. А Финн со стариной Ваном должны были научить их выходить за рамки навязанного им мышления. Вот и посмотрим, как они принимают решения», - подумал Эрвин, входя внутрь заброшенного трехэтажного здания. У двери первой квартиры его встретило несколько человек с немым вопросом в глазах. «Приступайте к охране периметра», - сказал им лейтенант. Парни кивнули и передали приказ остальным по рации.
На площадке третьего этажа он присел на корточки перед забитым досками окном и посмотрел на улицу. На одиннадцать часов мелькнул солнечный зайчик, пущенный оптическим прицелом занявшего там позицию снайпера. «Что за расхлябанность, - раздраженно высказался Бергман. - За такую оплошность он давно лежал бы с улыбкой от уха до уха. Профессионалы, мать их». Стукнув кулаком по стене, лейтенант покинул место и, поднявшись по лестнице, скрылся в крайней справа квартире. Он прошел в зал и, постелив газетку на грязный стул, присел. На наручных часах было полдевятого вечера, значит, думал Эрвин, этой двойке на выполнение здания осталось около четырех часов. Вздохнув, он мысленно пожелал им удачи и, вытянув ноги, откинулся на спинку стула.
Прошло два с половиной часа, прежде чем чуткий слух немца уловил посторонние звуки. Происходило как раз то, на что Бергман и рассчитывал. Он подошел к окну и посмотрел в бинокль на место дислокации снайпера. Тот лежал на земле с закрытыми глазами, а из разбитой губы текла кровь. «Хорошо приложили, черти», - одобряюще хмыкнул Эрвин.
Раздался хруст выдавливаемого стекла. Холодно улыбнувшись, Бергман вернулся на место и пронзительным взглядом стал смотреть на вход в комнату, где были должны показаться «двое из ларца». Эрвин знал, что они уже стояли за стеной и вслушивались в пространство, пытаясь узнать, что происходит внутри квартиры. В окно несильно ударил камень и стекло задребезжало. Бергман бросил взгляд через плечо, и в этот момент в квартиру влетел Хобот с страйкбольным автоматом наперевес. Не успев даже сообразить, Эрвин увидел прямо перед собой ствол пневматического оружия.
- Лейтенант? - удивился ефрейтор.
Молниеносным движением Бергман выбил оружие из рук бывшего легионера и повалил его на землю.
- Ваша вторая задача заключается в устранении главаря, который находится здесь, - сказал Эрвин. - У вас даже на карте это отображено. Ты не успел среагировать, и был убит. - Во время этой тирады Хобот бросил взгляд на вход. Мысленно отметив, что второй прячется там же, офицер приготовился к вторжению последнего противника.
- Вы бы сдались, командир, - позади неожиданно раздалась реплика и сухой щелчок взведенного оружия.
- Прелестно, - спокойно ответил лейтенант, мысленно зааплодировав смекалке этой двойки. - В целом я должен вас поздравить с отличной соображалкой. - Он помог подняться ефрейтору и продолжил свою мысль: - Ты, стало быть, был наживкой, своеобразный отвлекающий маневр. Заставил меня поверить в ложное местоположение своего товарища и этим самым обманул. Весьма искусно, ребята.
«Все же не зря в организации держат нашего калеку. Умеет он заставить шевелить мозгами».
Новобранец спрыгнул с подоконника на пол и подошел к Бергману.
- А что с заложником? - спросил он.