Я покачал головой.

— Так сложилось, что у меня есть свой интерес в баронстве Монфор. И хорошие отношения с Арно для меня важнее какой-то непонятной награды. Что же до твоего «Контроля боли»… ядро извлекут, модификация перестанет работать. А после ты уже всё расскажешь.

Мартен хотел возразить, но я не дал вставить ему слова.

— Да, эта операция требует разрешения Церкви. Но ты прекрасно знаешь: новый епископ носит фамилию Монфор. Ту же, что и Арно. Так что они точно договорятся. По-родственному. Правда?

Взгляд Мартена вильнул, кадык едва заметно прошёл вниз и вверх.

— Так что, отправить гонца к Арно? — продолжил я спокойно. — Думаю, он заинтересуется, почему это начальник его заставы докладывает человеку Роберта. И сколько ещё таких людей у него в баронстве. И, что самое главное, — зачем это Роберту нужно?

Молчание тянулось секунд пять. Я не торопил. В такие моменты тишина работает лучше угроз. Потрескивал костёр, плескалась вода, тяжело дышал Жером. Потом Мартен сглотнул и заговорил иначе. С интонацией человека, которого прижали не к стене, а к краю пропости.

— Если у тебя есть интерес в баронстве Монфор, не стоит переходить дорогу графу Эмери де Бове. Лучше с ним договориться.

— Ты человек Роберта. Причём здесь граф?

— Роберт действует по указанию графа. И власть в баронстве рано или поздно сменится. Тогда тем, кто поддерживал Арно, не поздоровится.

Замечательно. Начали с засады на берегу, закончили перспективой передела власти в целом баронстве.

Последнее, чего я хотел, — лезть в интриги аристократии. Но мой торговый маршрут шёл по реке через земли Монфора. Значит, чужие игры уже стояли у меня на пути, нравилось мне это или нет. Похоже, стоило воспользоваться главным правилом любого толкового земного управленца: делегированием. У меня как раз имелся подходящий кандидат. Тот, кто плести интриги не просто любит, а умеет на профессиональном уровне.

— Допустим, я отдам тебя его преосвященству, — сказал я. — А мне что с того? До замка Монфоров всё ещё ближе, а у меня даже второй лодки нет, чтобы тебя везти.

— Лодку можешь арендовать в Конфлюане. А за передачу в руки Святой Церкви я отдам тебе своё «Кольцо Сопряжения (Е)».

— Всё, что на тебе, я и так заберу.

Мартен криво усмехнулся. Впервые за весь разговор почти по-человечески.

— Я сниму с него привязку. Иначе получишь не артефакт, а красивую безделушку. И напоминаю, что у меня есть «Контроль боли». Так что пытками снять привязку ты меня не заставишь.

Я посмотрел на него ещё секунду. Шрам у губы, пустые злые глаза. Человек, который умеет торговаться даже лёжа со стрелой в ягодице.

— Ладно, — сказал я. — Договорились.

Кляп вернул на место и снял с его пальца «Кольцо Сопряжения (Е)». Действительно, уже без привязки. Закинул его в контейнер для артефактов и по мыслесвязи обратился к Амели. Она стояла чуть в стороне, у связанного Жерома, и делала вид, что происходящее её не касается. Получалось плохо.

— Тебе полагается часть с добычи. Но сначала нужно закончить операцию. Согласна выполнять мои команды? Условия по доле — как у Лиса. Думаю, он тебе о них уже рассказал.

Амели молчала долго. Её взгляд скользнул по раненым, по трупам, по мне. Задержался на моей левой руке, которая всё ещё слушалась через силу. На лице девушки ничего не изменилось, но я видел, как она взвешивает выгоду, риск и собственное раздражение.

— Согласна, — наконец произнесла она. Без яда, но и без радости. Словно доля её не слишком интересовала, но отказываться от монет глупо. А может её пугали наши «приключения», но и расставаться с Лисом она не хотела.

— Тогда мне снова нужен кипяток. Займусь ранами этих двоих, чтобы не сдохли раньше времени. А тебе придётся обыскать нападавших и арендовать лодку.

Амели что-то недовольно бормотала, снова ставя котелок на огонь. Практичность в ней тоже водилась, просто пряталась под колючей оболочкой.

Мне к этому часу хотелось только лечь рядом с Лисом и проспать часов пять. Вместо этого я снова взял в руки скальпель.

С Жеромом пришлось возиться дольше, чем хотелось. Первая операция была грубой — сосуды держали кровь, но швы выглядели так, будто их клал мясник в темноте. Разрезал заново, промыл, перешил уже так, как требовал навык. К счастью, в запасе командира наёмников нашлось зелье «Беспробудного Сна (F)», и второй раз наживую резать не пришлось.

С Мартеном закончил быстрее. Рана проще, да и благодаря «Контролю боли» У Мартена я мог оперировать без анестезии. Стрелу из ягодицы вынул аккуратно, канал обработал, зашил. Жить будет. Ходить — тоже. Большего и не требовалось.

Амели тем временем обходила руины. Складывала в кучу доспехи, оружие, поясные сумки и прочее добро. Когда закончила с трофеями, ушла в Конфлюан. Вернулась к полудню, уже по реке, на серой лодке. Кроме неё, на борту находился ещё один человек. Незнакомый. Похоже, хозяин.

— Эллади Фир, посланник Церкви, — представился я хозяину лодки и протянул бумагу, пресекая любые вопросы относительно трупов, пленных и горы доспехов.

— Вальтер, — ответил тот и с укором посмотрел на Амели.

— Чего зыркаешь? Ты и так цену заломил, как за военную галеру! — огрызнулась девушка.

Пленных распределили по лодкам, погрузили и закрепили трофеи. Лис всё ещё спал, и Амели с Вальтером перенесли его в нашу лодку. Напоследок я окинул взглядом поле боя и приказал:

— В путь.

Река приняла нас без капризов, и спуск вниз по течению прошёл без приключений.

После всего случившегося отсутствие приключений воспринималось почти как подарок. Вода равнодушно несла лодки вперёд, берега медленно ползли мимо, а руины вскоре скрылись за поворотом — вместе с ночной засадой и четырьмя погибшими, которые рассчитывали получить за мою смерть двойную оплату.

К вечеру на горизонте показались стены Монтлиона. Я снял «Кольцо Сопряжения (Е)», собрал «Амулеты ментальной связи (F)» и сложил артефакты в контейнер. Скоро мы войдем в зону работы Алтаря, и мне совершенно не хотелось давать Владыке возможность приказывать мне или как-то ментально на меня влиять. Даже несмотря на мою устойчивость. Лис также снял свое «кольцо».

— Воров в городе много, да? — понимающе спросила Амели, заметив наши действия, и тоже сняла «кольцо». Разубеждать её никто не стал.

Графский город встретил нас как обычно: шумом причалов, запахом рыбы и дыма, чужими взглядами, которые скользят и тут же забывают.

Мы пришвартовались к причалу. Я сразу предъявил свою бумагу, оплатил пошлину за стоянку и отправил гонца, мальчишку-оборванца, в собор Святого Валериана. Тащить трофеи и пленных через полгорода без надёжной охраны я не собирался.

Церковный десяток и носильщики появились на пристани уже ночью, когда Око Владыки стояло практически в зените. Я облегчённо выдохнул — теперь всё это забота епископа, а не моя.

По ночным пустынным улицам быстро добрались до собора. Там нас уже ждал святой отец Марко. Я кратко рассказал о пленниках и о том, почему у Церкви есть законные основания их удерживать.

— Сын мой, нападение на посланника Церкви — это тяжкий грех. Их судьбу будет решать его преосвященство, но уже утром. Тебе и твоим спутникам, я вижу, тоже нужно отдохнуть.

— Да, святой отец.

— Для верных сынов у Церкви всегда найдётся приют, — ответил Марко и повернулся к послушнику. — Проводи гостей в покои. Накорми и дай помыться.

На еду и мытьё ушёл ещё час. Я лёг на койку в закреплённых за мной покоях и мгновенно уснул, даже не закрыв дверь на крючок.

Утром бытовая суета отняла ещё несколько часов. «Улучшенная Регенерация (Е+) (5/5)» немного подлатала меня за ночь, так что чувствовал я себя сносно. Доспех сдал в ремонт, оценщик описал трофеи с Кукловода и с «фениксов», я написал рапорт о нападении, который приложили к делу вместе с показаниями Лиса и Амели. И только после этого отец Марко проводил меня в кабинет епископа.