Я справился. Сам. Без Лиса, без Лиры, без отряда, который держит тварь, пока я пытаюсь добраться до её слабого места.

Я достал плазмомёт. Подержал в руке, посмотрел на красную точку и полный ободок вокруг неё. Если говорить на земном игровом сленге, у меня появилась ульта.

Да, с короткой дистанцией. Да, с неторопливым снарядом и такими последствиями попадания, что можно свариться вместе с противником. Но это всё равно ультимативное оружие.

Предатель перестал казаться непреодолимой проблемой. Легат кардинала — это, конечно, очень важный человек. Только я сильно сомневался, что важность и модификации помогут ему пережить попадание плазмы. Твари (D) ранга не помогли.

Оставалось добраться до предателя и правильно воспользоваться оружием. С тем, чем его убить, ясность наконец появилась.

На четвёртый день, под вечер, мы вместе с детьми звёзд, которые несли трофейную Мокрицу, вернулись в поселение. Все трое, как и требовала Амели.

Детям звёзд понадобился ещё день, чтобы обработать трофеи. Поэтому после обеда я попросил Лиру показать мне, как идут дела на будущей фактории.

Почти час девочка вела меня пещерными тоннелями от поселения к сожжённой деревне искажённых. Я обратил внимание, что проход везде достаточно ровный и широкий. Телега не пройдёт, но человек с мешком или пара с носилками — легко. Похоже, эту часть дороги дети звёзд уже подготовили к транспортировке товара.

Мы вышли из пещер, и я окинул взглядом открывшееся пространство. Солнце светило ярко, видимость была отличная.

На месте старой деревни уже лежали ровные штабеля брёвен. На одном из домов подняли свежий каркас крыши, у другого разбирали остатки обгоревших стен. Там, где должна была пройти дорога, вырубали кустарник и корчевали пни. А дальше, от реки, доносился стук топоров — строили причал.

Работали быстро. Я некоторое время наблюдал, как двое искажённых перетаскивают бревно, для которого обычным людям понадобилась бы целая бригада, и мысленно пересмотрел сроки строительства. Похоже, к первому рейсу «Звезды» здесь действительно будет рабочая инфраструктура.

Отплывали мы на следующее утро. Лира провожать меня не пришла: не-бог загрузил её какими-то делами. Впрочем, видеться мы теперь будем часто, так что я не особенно грустил.

Амели проверяла укладку груза, мы с Лисом выполняли её указания. Трофеи заняли большую часть зелёной лодки. Для нас место тоже нашлось, хотя Амели запретила менять его без разрешения.

Огюст принёс на причал сложенные листы и протянул дочери.

— Те, кто будет жить в фактории. С Гюго и Первоотцом согласовано.

Амели развернула список. Пробежала глазами, задержалась на нескольких именах.

— Ни у кого внешних признаков искажения нет, — продолжил отчитываться Огюст. — Первоотец подтвердил, что их облик стабилен.

Я заглянул в список через плечо Амели. Имена. Несколько коротких пометок рядом. Ничего особенного на вид, но именно этот список предстояло превратить в людей, которых Церковь согласилась принять под своё покровительство.

— Передашь Этьену, — сказала Амели и протянула мне бумаги.

Я кивнул и спрятал листы в сумку.

— К первому рейсу причал должен быть готов, — обратилась девушка к отцу. — Даже если всё остальное не успеете.

— Будет.

— И дорога. Я не собираюсь мешки на себе таскать.

Огюст посмотрел на дочь.

— Я помню, что нужно сделать.

Амели открыла рот, собираясь добавить что-то ещё, но передумала. Огюст придержал лодку, пока я устраивался на своём месте, потом подал Лису конец.

— Удачного рейса.

Амели секунду смотрела на Огюста, а потом дрогнула и обняла его. Всего на мгновение, но мне показалось, что глаза у него увлажнились.

Лис оттолкнулся веслом, и между бортом и причалом появилась полоса воды. Когда мы вышли из заводи, Огюст уже поднимался по тропе.

Заставу в Конфлюане прошли без остановки. Едва на берегу заметили мой доспех, в который я облачился загодя, как верёвка, перегораживающая реку, опустилась. И мы, не замедляя хода, пошли дальше.

Мы плыли по реке всю ночь и вышли к Монтлиону под утро. Уже перед городом я собрал «амулеты» и вместе с «кольцами» убрал в контейнер. А плазмомёт, наоборот, повесил на пояс.

В собор Святого Валериана мы, как и в прошлый раз, явились под охраной церковного десятка и с носильщиками. Оценщик даже не посмотрел на нас, поспешил к поклаже и занялся работой.

Осматривал он долго. Разворачивал, трогал, проверял срезы. Один из послушников записывал за ним, другой таскал гири. Я стоял рядом и старался не мешать.

Об ожогах оценщик не спросил. Огюст своё дело сделал хорошо.

— Полноценный (D) ранг, — наконец произнёс оценщик. — Крупная тварь была.

Он открыл следующую упаковку, посмотрел на мясо и нахмурился.

— Только мяса для такой шкуры маловато.

— Везли на лодке. Целиком она бы поместилась только вместо нас.

Оценщик поднял на меня взгляд.

— В следующий раз возьму корабль побольше, — пообещал я.

Лис за моей спиной тихо хмыкнул. Амели промолчала. Для неё дежурная шутка прозвучала серьёзным обещанием.

Оценщик ещё немного повозился с записями, сложил несколько чисел и назвал сумму:

— Полторы тысячи лоренов.

Полторы тысячи за одну тварь. Даже с учётом испорченного мяса. Даже после того, как значительная часть её бока превратилась в пар. Определённо, охота получилась удачной.

— Согласен, — ответил я.

Отказаться от обязательного выкупа трофеев Церковью я не мог, но вот спорить с ценой — вполне. Услышав мой ответ, оценщик удовлетворённо улыбнулся и занялся бумагами.

Пока оформляли выплату, во двор вышел отец Марко.

— С возвращением, сын мой. Мне сказали, ты снова привёз…

Он замолчал. Взгляд святого отца остановился на моём поясе. Точнее, на тёмной трубке, которую я теперь носил открыто.

Марко посмотрел на послушника с книгой, потом на носильщиков. Лицо у святого отца стало таким, будто я только что предложил разжечь костёр для себя самого.

Я снял плазмомёт с пояса и протянул ему.

— Смотрите, святой отец, я себе «огниво» прикупил.

Марко не взял. Пришлось вложить артефакт ему в ладонь.

— Очень удобная вещь. Позволяет костёр в любую погоду развести. Сырые дрова, ветер — ничего не мешает.

Марко опустил глаза. Я почти видел, как перед ним появляется описание артефакта. Брови святого отца взметнулись, но он быстро взял себя в руки.

— Действительно, — произнёс он после небольшой паузы. — Очень полезная вещь.

Марко вернул артефакт. Я спокойно повесил его на место. Оценщик позвал Амели сверить опись, и я воспользовался тем, что внимание окружающих переключилось на трофеи.

— Ту вещь я оставил на севере, — негромко сообщил я Марко. — Спрятал надёжно. Решил, что таскать её через заставы и по городу неразумно.

Он несколько секунд смотрел мне в лицо. Я смотрел в ответ с выражением человека, который наконец прислушался к хорошему совету.

Рассказывать святому отцу о не-боге я не собирался. И уж тем более — о том, что тот способен менять опознаваемые Системой названия артефактов.

Марко мне помогал. Много и часто. Но из этого совершенно не следовало, что ему нужно знать все мои секреты.

— Благоразумное решение, сын мой, — наконец ответил он.

По голосу было непонятно, поверил он или просто предпочёл закончить разговор. Меня устраивали оба варианта.

— Его преосвященство сегодня занят, — продолжил Марко уже обычным тоном. — Принимает важного гостя из Вальмонта. Поэтому все дела и оформление бумаг по фактории придётся перенести на завтра.

Я мысленно посчитал дни. Наш задаток за «Звезду» действовал ещё три дня. Но покупать корабль, не поговорив с епископом и не убедившись, что все бумаги в порядке, я не собирался.

— Тогда сегодня отдохнём, всю ночь плыли, — ответил я. И специально для Амели добавил: — Не переживай, завтра всё сделаем.