— Зачем? Мы уже всё сказали друг другу. В конце концов, мы развелись и уже чужие друг другу люди. Хватит. Хватит меня мучить…

Снова хочется плакать. Да сколько ещё этих слёз во мне?

— Аня… Я люблю тебя. Да, дурак, поздно это понял, но мы ещё можем всё вернуть…

Боже, как же я долго ждала этих слов. Ещё несколько месяцев назад, тогда, когда уходила из дома Савельева, я ждала их и осталась бы, простила, если бы он их сказал.

Но сейчас…

Какой в них смысл, если я боюсь снова довериться, боюсь, что обманет, снова начнёт изменять. Я больше не выдержу…

— Поздно… Олег, слишком поздно…

— Нет, Аня, я не верю, что твоя любовь прошла.

Да что же такое? Сколько этому твердолобому можно повторять одно и то же? Не разлюбила. Но какое это имеет значение? Я не хочу входить в эту реку второй раз, одного хватило, больно до сих пор.

Делаю ещё одну попытку освободиться и в этот раз мне везёт, Олег ослабляет объятия и, как только я оказываюсь на свободе, сразу же бросаюсь по лестнице на второй этаж виллы.

К чёрту! Три дня? Отлично просижу в какой-нибудь из комнат, пережду, а потом улечу домой.

Так, я думала, когда бежала по лестнице, но, оказавшись на втором этаже, я просто застыла и открыла рот от увиденного.

— Олег! Что здесь происходит? Где блин, двери?

Олег

Смотрю, как Аня сбе́гает на второй этаж, и не могу сдержать улыбки.

— Если бы ты меня не любила, то и не плакала. Нет, Анюта, отсюда мы уедем только вместе.

Прошептал вслед пока ещё бывшей жене и, насвистывая себе под нос, прихватил чемодан любимой, пошёл за ней следом.

— Олег! Что за хрень? Где двери?

Закричала Аня, когда обнаружила мою небольшую шалость, — мне пришлось доплатить за это приличную сумму. Владельцы пошли мне навстречу и сняли все двери на вилле, оставили только входную и на дверях уборной, но и там у моей жены нет шанса скрыться, замков нет нигде.

— Их нет.

Коротко отвечаю, ставя чемодан рядом с одной из комнат.

— Обещаю, подглядывать не буду.

Поднимаю руки вверх и отхожу на несколько шагов.

— Ты голодная?

Аня сейчас меня была готова убить одним взглядом, но это не могло испортить мне настроение.

— Там холодильник забит твоими любимыми блюдами, я пойду разогрею, а ты пока располагайся. Можешь принять в душ.

И пока мне не прилетело чем-нибудь тяжёлым, просто сбега́ю по лестнице и иду на кухню. Спокойно грею обед и думаю, как подступиться к Ане.

Что бы такого сделать, чтобы она не устояла?

В голову лезли одни банальности вроде лепестков роз, романтического ужина при свечах и прочей романтики.

— Всё не то…

Еда уже вся стояла на столе, а Ани так и не было, я как идиот расхаживал по просторной гостиной, постоянно бросая взгляд на лестницу. И не смог сдержать вздоха облегчения, когда увидел Аню, она хмурилась и спускалась по лестнице.

Первый шаг сделан.

— Это ничего не значит, Савельев, я улечу через три дня в Россию.

Словно прочитав мои мысли, сказала Аня, но меня это не волновало. Не пущу. Если нужно будет, привяжу к кровати и буду ласками выбивать согласие на повторный брак.

Эта идея мне понравилась, и я поставил себе мысленную галочку.

— Я понял, главное, что ты не будешь голодать.

Мы вместе вошли на кухню и сели по разные стороны стола. Весь обед проходил в тишине, я практически не ел, больше смотрел на жену и не понимал, как мог раньше не замечать её красоту.

— Аня, раз ты решила всё-таки уехать через три дня, то тогда, может, погуляем вместе по городу? Просто жалко будет, если ты просидишь все три дня на вилле.

Она посмотрела на меня, и я видел борьбу. Аня хотела послать меня куда подальше, но в то же время ей было интересно, ведь она никогда ещё не была в Италии.

— Ань, ну хватит дуться, отпуск тебе пойдёт на пользу, да и я давно не был на море. Давай заключим перемирие?

С надеждой смотрел на бывшую жену и мысленно умолял ответить согласием.

— Ладно, Олег, я не против погулять, только держи себя в руках, больше не нужно меня обнимать и целовать. Мы всего лишь бывшие, и между нами ничего не будет.

Не знаю возможно я и сам это всё себе надумал, но в момент, когда она это говорила, глаза отражали совершенно противоположное.

— Хорошо, Аня, приставать больше не буду.

Пусть пока так, завтра будет новый день, и я всё равно сделаю ещё одну попытку добиться расположения.

После еды Аня сразу же поднялась на второй этаж, ссылаясь на усталость. Конечно, мне хотелось побыть с ней, просто поговорить, узнать, как она жила все эти месяцы, каким образом очутилась в офисе Титова. Короче говоря, вопросов было очень много, но решил не наседать, уверяя себя, что времени для общения у нас будет предостаточно.

Время шло, а Аня так и не выходила из комнаты, когда на Сан-Ремо стали сгущаться сумерки, я всё-таки не выдержал и, подойдя к спальне, отодвинул шторы и заглянул внутрь. Анна лежала с закрытыми глазами, одна рука была закинута за голову, а вторая лежала на груди. От одного вида бывшей жены в коротких шортиках и маечке на тонких лямках во рту собралась слюна и если бы я её не сглотнул, точно она начала капать прямо на пол.

Бросив ещё один взгляд на Аню, я переборол себя и снова спустился на первый этаж. Возбуждение дошло до максимума, яйца болели и просили о разрядке. За то время, как я стал свободным, мне много раз приходилось снимать напряжение вручную, но сейчас, когда желанная женщина находилась совсем рядом, одна лишь мысль вызывала протест.

Я хотел Аню.

Прикрыв глаза, в голове, начали всплывать картинки последней нашей близости. Тогда впервые я трахал свою жену при свете и видел её полностью, до сих пор помню, как она смотрела на меня расфокусированным взглядом и сама подмахивала бёдрами, насаживаясь на член быстрее.

— Блядь…

Скинув одежду прямо в гостиной, в одних боксерах, прошёл на задний двор и с разбегу нырнул в бассейн. За весь день вода нагрелась и сейчас была тёплой, словно парное молоко. Переплыв весь бассейн, три раза, почувствовал вре́менное облегчение и, выбравшись из воды, лёг на один из шезлонгов.

Прикрыв глаза, думал, что когда снимал эту виллу, представлял, как мы с Аней будем плавать в этом бассейне вместе, дурачиться, плескаться, кормить друг друга фруктами, а потом заниматься сексом прямо на зелёном газоне или на одном из этих шезлонгов. От этих мыслей член снова встал по стойке смирно, опустив руку, я сжал его и поморщился.

— Друг, у нас есть два пути, либо сами, либо терпим.

Усмехнулся и вздрогнул, почувствовав прикосновение к своей ладони. Открыв глаза, я не мог поверить, что передо мной не мираж.

Аня сидела на краюшке шезлонга, в откровенном бикини. Я не включал подсветку бассейна, но и света из гостиной хватало, чтобы рассмотреть каждый миллиметр желанного тела.

— Аня…

Прохрипел, когда она убрала мою руку с паха и заменила её своей ладошкой. Член в трусах призывно дёрнулся, Аня сглотнула и посмотрела прямо мне в глаза.

— Я помогу…

Сказала и высвободила мой член из плена мокрой ткани. От её прикосновений к горячей и чувствительной коже члена мурашки пробежали от макушки до пальцев ног, я прикрыл глаза и не мог сдержать стон.

Это просто блаженство…

Проскочила мысль, а в следующую секунду, подумал, что я, скорее всего, умер и наконец-то попал в рай.

Аня выпустила из своих волшебных ручек мой член и нагнувшись прикоснулась к головке губами, несмело прошлась языком по всему стволу, а потом начала посасывать, выбивая из моего рта громкие стоны.

Всё закончилось очень быстро, я еле успел отстраниться, чтобы бурно кончить прямо на грудь любимой женщины. И было в этом что-то первобытное, будто пометил, присвоил.

Мы оба тяжело дышали и смотрели друг на друга, просто не могли поверить в то, что сейчас произошло. Аня первая пришла в себя, опустив глаза, она посмотрела на свою грудь всю в белёсых подтёках спермы.