Де Киверкур говорил так, будто пытался убедить сам себя.
- И у нас у всех разная артиллерия. 155-мм на "ЛаМотт-Пике", у нас 140-мм и 100, у других в основном 100-мм. Действия по отдельности облегчат пристрелку и другие проблемы от разнобоя калибров.
И я знаю, о чём думает Беранже, подумал Бабино. Он может быстро появиться на своём крейсере, первым открыть огонь и претендовать на любые победы. А если что-то пойдет не так, он заставит нас подойти на выручку. Но озвучивать такие мысли было бы в лучше случае неуместно. Бабино увидел, как капитан смотрит на него, и понял, что де Киверкур точно знает, о чем он подумал.
- Мы должны идти на назначенную позицию? Мы приближаемся к якорной стоянке и рассвет не за горами.
Де Киверкур встряхнулся.
- Да, командуйте.
"Таюр" и "Марн" уже ушли, направляясь к каналу, который вел к стоянке с севера. Затем "ЛаМотт-Пике" резко набрал ход и свернул вправо. Остались "Дюмон д'Юрвиль" и "Адмирал Шарнэ", направляющиеся прямо в устью бухты. Бабино посмотрел на восток, и увидел, как тьма плавно переходит в густо-фиолетовый оттенок. Скоро рассвет. В едва проглядном мраке он смог рассмотреть два силуэта возле острова Ко Крабунг, и разобрал отличительную черту их конструкции - большую дымовую трубу на миделе.
- Капитан, два торпедных катера. Рядом с островом Нагам.
- Я вижу их, Лоран. Курс 90. Приготовьтесь открыть огонь по ним, как только выйдем за островá Лао Я в середине бухты. Прикажите "Адмиралу Шарнэ" следовать за нами.
"Дюмон д'Юрвиль" шёл параллельно курсу "ЛаМотт-Пике", но неуклонно отставал от крейсера. Глядя на прокладки на карте, Бабино понял, что Беранже на борту "ЛаМотт-Пике" не может увидеть торпедные катера - для него их закрывает остров Ко Вай.
- Капитан, линия огня чистая. Уверен, тайцы сейчас кочегарят вовсю, поднимая пар, - он посмотрел ещё раз. В тусклом предрассветном свете дымные следы были едва видны. Разумеется, ведь оба кораблика пока не двигались. Три 140-мм пушки "Дюмона д'Юрвиля" грохнули, отправив первые снаряды в сторону тайских кораблей. Это был залп у предела дальности, и дал явный недолёт, как и следующий. Только третий изобразил нечто, похожее на накрытие.
Передняя 76-мм пушка на одном торпедном катере открыла огонь. Бабино догадался, что она целилась по вспышкам, но не попала даже близко. Следующий залп "Дюмона д'Юрвиля" лёг вокруг вокруг катеров. Они наверняка получили повреждения от осколков. Орудия выстрелили снова. На этот раз случилось прямое попадание. Оранжевое пламя сильного пожара начало распространяться от середины корпуса.
- Почему, чёрт подери, не стреляет "Адмирал Шарнэ"? - капитан де Киверкур был в ярости. Французские силы достигли внезапности, но только его корабль стрелял по оказавшемуся беззащитным врагу.
- Лоран, свяжитесь с ними и прикажите открыть огонь по торпедным катерам.
Бабино схватил ратьер и отбил сообщение. Пока он это делал, тайский торпедный катер получил ещё попадания и определённо тонул. Его спутник начал медленно двигаться, стреляя из трёх 76-мм пушек, но там, куда падали снаряды, не было вообще ничего. Сигнальная лампа на "Адмирале Шарнэ" заморгала. Бабино принял передачу и её содержание заставило его открыть рот от удивления.
- Господин капитан, при всём уважении, "Адмирал Шарнэ" говорит, что "Капитан первого ранга Беранже не ставил вас во главе этого подразделения, поэтому мы будем согласовывать свои манёвры с приказами Беранже".
Бабино покачал головой. Это казалось невероятным, но капитан "Адмирала Шарнэ" был на самом деле прав. Капитан первого ранга Беранже разделил эскадру на три дивизиона, не назначив никого командовать ими. Может быть и прав, но требуется невероятная мелочность, чтобы вести себя так посреди битвы. Мысли Бабино прервались аплодисментами с мостика. Орудийные расчеты "Дюмона д'Юрвиля" работали со скоростью, которой никогда не достигали раньше. Второй тайский торпедный катер тоже получил попадания, и его ответный огонь стал редким. Как раз в этот момент 155-мм снаряды "ЛаМотт-Пике" упали туда, где горел первый торпедный катер.
Если он ещё не утонул, то сейчас точно утонет. Бабино на самом деле сочувствовал кораблю. Он безнадежно отставал от крейсера и сторожевиков, лупивших его, а там даже пар поднять не успели, чтобы сбежать. В этот миг он перевернулся и ушёл под воду. Неважный вариант гибели. Ну, по крайней мере, в бою. Другой торпедный катер находился не в лучшем состоянии, и утонул, едва "ЛаМотт-Пике" перенёс огонь на него.
- Курс 50, - приказал де Киверкур. Он надеялся, что "Адмирал Шарнэ" последует за ими, так как впереди был вход в бухту, и там мог вновь завязаться бой.
- Капитан, "Адмирал Шарнэ" сообщает, что мы находимся под атакой третьего торпедного катера, приближающегося с севера. За ним следует торговое судно.
- Что? - де Киверкур нахмурился. - Торговое судно?
Любые вопросы прекратились, когда "Адмирал Шарнэ" открыл огонь по новым целям. Бабино посмотрел в ту сторону. Корабли было трудно разглядеть во мраке и тенях от близких островов, но он мельком увидел и в свете разрывов. Две трубы на миделе. Внезапно он понял, что происходит, и отбил приказ: "Прекратить стрельбу, эти корабли - "Марн" и "Таюр"!
К разочарованию Бабино, сторожевик продолжал стрелять. Силуэт "Марна" исказился алой вспышкой разрыва и оранжевым пламенем пожара. Корабль осветился, и это сделало его принадлежность очевидной. К счастью, "Адмирал Шарнэ" задробил огонь.
Таиланд, между Ко Крабунгом и стоянкой Ко Чанг, броненосец "Тонбури"
- Начинайте! - прорычал капитан второго ранга Луанг. "Тонбури" был единственным дизельным кораблём флота. Это означало, что только он способен дать ход немедленно. Нападение произошло на несколько минут раньше, чем ожидалось. Ещё четверть часа, максимум полчаса, и четыре торпедных катера были бы под парами. Столкнувшись с ними, французская эскадра оказалась бы в жалком положении. Но не хватило всего нескольких минут.
Флот все ещё поднимал пары. Судьба двух торпедных катеров, погибших у острова Нагам, показала, что произойдет с другими кораблями, если французская эскадра доберётся до них. На стоянке оставались ещё два торпедных катера, два флотских танкера, несколько транспортов и минный заградитель. "Тонбури" должен защитить их, пока не началась бойня. Луанг был в бешенстве от того, что близнец "Тонбури", "Аюттхайя", отсутствовал.
Луанг почувствовал вибрацию под ногами, когда дизели начали двигать броненосец.
- Штурман, держите нас на мелководье. Всё для того, чтобы французы оставались подальше.
- Торпеды! - донёсся панический крик с дозорной площадки. Восточная часть неба стала намного ярче, тёмно-фиолетовый сменился на светло-голубой, так как солнце неуклонно приближалось к точке, где оно выглянет из-за горизонта. Белые полосы на воде были хорошо видны. Тонбури двигался, но ещё слишком медленно. Торпеды нацелены идеально. На мгновение Луангу показалось, что его задача по защите остальной части флота закончится, едва начавшись. Затем следы прервались фонтанами взрывов. Торпеды уткнулись в мель.
- Вот ещё одна причина остаться на мелководье.
Исчезновение смертельной угрозы и то, что шутки капитана всегда были к месту, вызвало взрыв смеха на мостике. Но броненосец теперь отчётливо выделялся на фоне предрассветного неба, а французские корабли терялись в темноте западной стороны горизонта. Тем не менее, вспышки их орудий давали достаточно света, чтобы разглядеть очертания.