В какой-то момент Кокон замер. Щупальца, поулчив необходимое, шмыгнули обратно.

Лепестки с влажным, мясным хрустом поползли в стороны. Изнутри попер густой, тяжелый дым, смесь розового и черного. В этом мареве полыхнули два глаза. Голубые, яркие и такие наглые, что мне сразу захотелось отвесить их хозяйке подзатыльник. Раздалось низкое, до кишок пробирающее «Р-р-р-ря-я-я-я-я-я!». Тётка Рита на этих звуках издала тихий писк и окончательно сползла по стенке в обморок.

Из дыма медленно выплыла белая Призрачная Пасть. Она предельно аккуратно, кончиками клыков, держала косметическое зеркальце с LED-подсветкой.

Следом из дыма вынырнула ножка. В туфельке. Идеальной такой туфельке станного зеленого оттенка.

— Яр, ты чего телишься? Я тут переродилась, вообще-то. Второй уровень Желудка! Где моё шампанское? — донесся знакомый капризный писк.

Дым рассеялся.

Я скептически оглядел эту картину маслом: Диана стоит посреди раздолбанной ванной. И нет, слава всем силам, она не голая. Душевное здоровье стаи спасено.

На Мелкой красовалось какое-то дикое дизайнерское извращение. Облегающее, хищное платье, сотканное из живых, переливающихся черных лепестков. Тонкие лозы корсетом перехватили талию, а подол из листьев тихонько пульсировал. Словно дышал.

Выглядит, должен признать, красиво. Как только Диана шевелится, по ткани сразу бегут искры.

Цветок-мутант вынырнул из-под ее подола, взял у Пасти зеркальце и передал хозяйке.

Диана с восхищением принялась рассматривать свое отражение. Критично прищурив глазки, поправила что-то там у себя в макияже.

Я руки на груди скрестил.

— Так. Во-первых, какого хрена ты вообще мою ванную заняла? Мне где теперь кровь смывать? Во-вторых, с фига ли от тебя разит так, будто ты парижский бутик ограбила?

Диана хлопнула зеркальцем. Цветок-мутант радостно клацнул зубищами и нырнул ей под подол.

— Аллилуйя, братик! Мой Желудок наконец-то обновился! — она от избытка чувств покрутилась вокруг своей оси. Живое платье зашуршало, как разозленная змея. — Прошу любить и жаловать! Навык второго уровня: «Ботанический Кутюр»! В гробу я видела ваш вонючий человеческий полиэстер!

Она брезгливо пнула кучку старого шмотья на полу.

— Демоническая Ткачиха в здании! Могу жрать ауры, жрать артефакты и плести из этого добра симбиотический шмот! Оцени лук! — она провела ладошкой по бедру. — Основа — та огненная стерва с ворот!

— Я вообще-то тут стою, — раздраженно произнесла Анжелика. Но на платье Дианы она поглядывала с интересом.

— Добавила ошметки того ледяного кретина из столовки, — продолжала Ди вдохновенно. — Бам, встроенный климат-контроль! А если кто лапы потянет к моей заднице, то подол сам откусит грабли по самый локоть! Круто же, скажи?

За спиной громко сглотнула Диана-Водная. Её глазищи просто впились в Дианино платье.

О, чую чистейшую женскую зависть. Даже страх сдался перед мощью хтонической высокой моды.

— Это… прямо из магии соткано? Вместо шелка? — севшим голосом прошептала Андреева.

До Дианы-Волчицы только сейчас дошло, что тут вообще-то зрители. Взгляд сеструхи хищно прошелся по Анжелике и Диане-Лужице. Мелкая брезгливо цокнула языком.

— Ой, ну и видок у вас, невестушки. Чисто бездомные с теплотрассы. Яр, ты вообще их не кормишь и не одеваешь? Какой ты после этого Альфа? Позор семьи.

Она потерла ладошки со своей фирменной маньячной ухмылочкой.

— Короче, девочки, не боитесь, всё путём! Сейчас я вам такой моднявый прикид выращу на грядках, весь Северогорск слюнями подавится. Сырье только нужно. Ну там, мана, страх чужой, побрякушки какие…

Ноздри Дианы внезапно раздулись. Она перевела взгляд на Риту, та всё ещё валялась на полу и судорожно стискивала свою шкатулочку с цацками.

— Опа! Тетя Риточка! А ну-ка, иди сюда! — пропела Диана до тошноты ласково и шагнула к женщине. — Давай сюда шкатулку! И потей, потей активнее, родная, чем больше ужаса, тем лучше! Мне для стразиков на лифе нужен чистый кортизол! Я из твоей заначки невестам такие лабутены скрафчу, просто отвал башки!

Рита пискнула, засучила ногами, пытаясь отползти куда-то подальше, желательно сразу в закат.

— Ярослав! Убери эту тварь! Она ж меня на нитки порежет! — заголосила тетка.

Я просто лениво привалился плечом к косяку. Наслаждался зрелищем.

— Не жмоться, Рит. Искусство требует жертв. Отдавай шкатулку, пока Ди из тебя самой пуховик не сшила. Тебе золото уже ни к чему, мы в Стае теперь одеваемся строго от кутюр. Кутюр Бездны.

Диана с радостным визгом выдернула сундучок из слабеющих пальцев тетки. Платье на сестре аж плотоядно заурчало.

Хищные трусы и корсет учуяли добычу. И жадно облизнулись.

Я тяжело вздохнул, почесал живот и подвел черту:

— Так. Всё. Показ мод окончен, закрываем балаган и бегом на первый этаж. Там пельмени стынут, мать вашу. А если кто-нибудь из вас еще раз рискнет занять мою ванную под свои гребаные эволюции — клянусь, лично смою в унитаз. Ферштейн?

Кузены дружно и очень-очень быстро закивала головами. Диана демонстративно и нагло показала мне язык.

В общем, битва за ванную мне ещё предстояла знатная. Не на жизнь, а на смерть.

Я закинул в пасть последний пельмень и смачно щелкнул зубами.

Черный желудок забурлил, переваривая тесто и мясо. По венам разлилось тепло нормальной домашней жратвы. Я откинулся на спинку стула и похлопал себя по округлившемуся животу:

— Ну, благодать.

Сквозь приоткрытую форточку тянуло сыростью, и доносились голоса. Судя по редким фразам, там шла активная примерка. Ну или типа того.

— Девочки, руки подняли! — звонким командным голосом вещала Диана с улицы. — Водяная, не сутулься, а то лозы талию криво обовьют! Будешь как перекособоченный куст смотреться. А это фу, некрасиво.

— Оно щекочется! И шевелится… — жалобно пискнула Диана-Водная.

— Анжелка, булки не сжимай, стой ровно! — продолжала сестрица, игнорируя стоны. — Да не бойтесь вы так, курочки! Трусики Бездны самая экологичная и натуральная тема. Подумаешь, парочка зубастых пастей и тентакли… Им ваши дырочки вообще без надобности, честное-пречестное! Это ж вам не комиксы для извращенцев, которые так Яр любит читать, это высокая мода!

Я аж подавился воздухом. Что за гонево?

— Хватит жёнам лапшу на уши вешать, врунишка! — заорал я в окно. — Чтобы волк, и читал? Да я за всю свою жизнь максимум букварь открывал, и то ради картинок!

— А ты не подслушивай! — крикнула мне в ответ Диана. — А то укушу!

После чего снова обратилась к девчонкам:

— Короче, моим крошкам нужны только пестики, тычинки и кровь врагов Рода. Ваши попочки в безопасности, не переживайте. А теперь замрите. Анжелочка, я сейчас стразики из паники твоих бывших парней пришивать буду. Тут как раз куча хороших аур после дуэли в воздухе разлита. Закрой глазки, чтобы не слепило.

Услышав пассаж про дырочки и пасти, дед Корней натурально поперхнулся квасом. Старик раскашлялся, стуча себя кулаком по впалой груди. После чего трижды перекрестился дулом дробовика.

Дядя Боря молча плеснул себе еще корвалола, конскую дозу. В последнее время он хлестал его как работяга пиво после двенадцатичасовой смены на заводе.

Я лишь ухмыльнулся. Сестренка у меня та еще заноза, но хозяйственная, надо признать. В этом она пошла в Отца.

В воздухе витало все еще много дармовой маны, которую я намолотил во время дуэлей. И она всю эту расчлененку собиралась пустить в дело. В красивые, а самое главное, функциональные наряды.

Такое я исключительно одобряю. Семейные связи крепнут, самочки друг к другу притираются. Стая становится сильнее.

Впрочем, чего это мы все про цацки да про цацки? Пора переходить к суровой базе.

— Значит так, мужики, отвлеклись от кройки и шитья, слушаем меня, — я смахнул крошки со стола. — У нас актуальная проблема: купол во дворе.

Корней поскреб подбородок и нахмурился: