Москит хмыкнул:
— Хватит блажить, Кузнец. Любой бродяга тебе скажет, что это штука для сталкера практически бесполезная. Не всякий монстр теплокровный, да и излучений тут полно всяких, ни черта не разберешь. Кровосос вообще вон с температурой окружающей среды бегает, пока свежатинки не попробует. Тогда да, пару часов сверкает в инфре, как новогодняя елочка. Но как переварил — опять стал невидимым. Даже военные сталкеры, у которых со снаряжением полный порядок, недолго бродили с тепловизорами. Быстро сообразили, что только лишний груз таскают…
После небольшой паузы, во время которой Денис переваривал информацию, ведущий продолжал:
— И тогда уж сразу, пока ты новую идею не родил. Прикреплять фонарик к стволу, как в боевиках показывают — в нашем случае развлечение для полных идиотов. Луч света в темноте всякую мерзость приманивает. Слетаются, как мотыльки. Так что держи лучше ушки на макушке и ствол под рукой. И датчики движения настрой на максимальную чувствительность. Впрочем, толку от тебя…
На следующем повороте трубы стало совсем темно. Москит и Скай вышли вперед, датчики движения у них на запястьях непрерывно постукивали. Ровный, как метроном, звук успокаивал расшатанные нервы, однако внезапно его размеренная пульсация ускорилась.
— Что-то есть, — тихо сказал Скай. — Двадцать семь метров.
— Оно за поворотом, — шепотом отозвался Москит.
Сталкеры синхронно передернули затворы.
— Движение!
— Вижу.
— Идет к нам!
— Вижу!
— Слишком быстро! Это Альбинос!
— Твою же мать, а!
Скай вдруг сорвал с подвязки рюкзака коротенькую трубку, дернул за свисавший с ее торца шнур и швырнул трубку вперед. С шипением и треском вспыхнул оранжевый огонь на конце фальшфейера. Сливной тоннель озарился ярким мерцающим светом, над головами людей задергались гротескные тени.
Денис хотел съязвить что-нибудь на тему фонарика для полных идиотов, но не успел, потому что из-за угла внезапно вылетела молниеносная тень.
Мутант передвигался так быстро, что сливался в сплошную полосу собственных отражений, словно на плохой фотографии с большой выдержкой, и разглядеть его в подробностях было невозможно. Моргающий свет фальшфейера делал его движения еще более дергаными и изломанными, как будто в лучах стробоскопов танцевал фокстрот гальванизированный труп. Однако огненное свечение на мгновение ослепило обитателя катакомб, и он замер в конце коридора, выпрямившись во весь рост, — двухметровое двуногое чудовище, отдаленно напоминающее человека.
Москит, Скай и Ксанта сразу распознали его как подвид одной из самых опасных тварей Зоны — кровососа. Только пигмент кожи у этой твари был не серый, как обычно, а бледный, с синими прожилками, как у древнего старика. С плеч и бедер подземного монстра свисали свалявшиеся в колтуны пучки грязно-синей шерсти — то ли собственной, то ли космы какого-то местного мха. Четыре коротких щупальца вокруг рта хищно извивались, исследуя воздух в поисках добычи. На кистях и груди кровососа пузырилась кровавая пена — хладнокровная тварь стремительно разогревала мышцы перед атакой.
Денис видел кровососа впервые и заметно испугался. Пальцы его застыли в миллиметре от переключателя.
— Альбинос! — гаркнул Скай, дернул стволом и нажал на спуск.
В узком замкнутом помещении грохот АКМК ударил по ушам, словно боксерская перчатка. Рикошеты визгливо чиркали по стенам. Ксанта так и не поняла, попала ли хоть одна пуля в цель, однако разъяренная стрельбой тварь внезапно угрожающе вскинула руки, взвыла дурным голосом и бросилась вперед.
— Стелс! — закричал Москит. — Режим стелс! Да стреляйте же, вашу мать!
Приближающийся Альбинос замерцал, словно изображение на неисправном мониторе, и вдруг пропал, будто его выключили. Ошарашенные Кузнец и Ксанта изумленно таращились в полумрак, потеряв цель, так и не сделав ни одного выстрела, в то время как оба проводника лупили длинными очередями в пустое пространство в конце коридора — и пару раз оттуда донесся болезненный всхрюк, на уровне глаз чудовища мелькнуло что-то полупрозрачное.
Режим стелс, вспомнила девушка. Атакующий кровосос способен становиться невидимым для сталкера. До сих пор было неясно, как он это делает, — ученые склонялись к мысли, что он просто наносит специфический пси-удар и зрительные нервы перестают передавать в мозг его изображение. Однако подтвердить или опровергнуть эту гипотезу было сложно, потому что ни один живой кровосос в руки ученых еще не попал.
Пустота в середине коридора взвыла. Москит со Скаем продолжали зигзагообразно поливать проход свинцом, и мутант наверняка поймал уже несколько пуль, однако его невероятная живучесть и регенерация позволяли ему продолжать атаку в такой ситуации, когда другой хищник уже давно отключился бы от болевого шока и страшных повреждений.
Кузнец протиснулся к Москиту и, видимо сориентировавшись, в чем дело, тоже открыл пальбу в пространство. Несколько одиночных выстрелов канули впустую, он потянул рычажок автоматической стрельбы, и в этот момент что-то полупрозрачное и мутное мелькнуло рядом с его головой. Чудовищный Альбинос выбрал себе первую жертву.
С самого начала схватки в голове у Ксанты судорожно бился ставший уже привычным за последние дни барабанный бой. Голова вдруг стала пустой и огромной. Девушка отстраненно почувствовала, как резко начало утормаживаться время. Она отчетливо видела, как медленно, словно улитка, в затворной раме автомата Дениса ползет торчащий наружу затвор, как из ствола тугим облачком вырывается вытесненный пороховой газ, как в замедленной вспышке из автоматного дула выпрыгивает пуля, вторая, третья… и все они уходят в противоположный конец коридора, мимо чудовищной фигуры, которая неторопливо поднимает руку и протягивает ее к горлу бывшего морпеха…
Ужас и ненависть захлестнули Ксанту. Она хотела броситься к Дениске и отпихнуть его в сторону, но словно завязла в огромной прозрачной капле смолы. Ее тело, в отличие от сознания, по-прежнему подчинялось законам того, человеческого мира, где вылетевшую из автоматного ствола пулю увидеть невозможно, а могучий кровосос в несколько раз быстрее самого тренированного морпеха.
Ксанта представила, как Дениска вдруг вздрагивает, бессильно обвисает на пробивших его насквозь когтях огромного зверя, голова парня запрокидывается, и из судорожно сжатого рта толчками выплескивается кровь…
В голове что-то щелкнуло, и чудовищное напряжение разрядилось невероятной силы криком, заполнившим ее черепную коробку, все ее естество:
— Не-е-е-ет!!! Стой, мр-р-разь!!!
Несмотря на то что из ее горла не вырвалось ни звука, чудовищная тень вдруг замерла с протянутой к Кузнецу рукой, уставившись на нее. А потом девушка поняла, что в самом деле оглушительно кричит. Действительность вернулась к привычной скорости, пространство снова наполнилось автоматным грохотом — только теперь проявившийся во всей своей угрожающей красе свирепый мутант нависал над Денисом, не двигаясь с места. Его омерзительные щупальца нервно шевелились, едва не касаясь лица парня.
Москит и Скай пришли в себя практически одновременно и в упор расстреляли застывшего мутанта. Два АКМК рявкнули дуэтом, и уродливая морщинистая голова твари разлетелась на куски. Обезглавленное тело пошатнулось, сделало шаг назад и опрокинулось навзничь в холодную жижу, подняв тучу брызг.
Так и не выстреливший по чудовищу Кузнец судорожно щелкал флажком режима огня, пока Ксанта не положила ладонь ему на локоть.
— Все, — тихо сказала она. — Хватит, Дэн. Все закончилось.
От звука ее голоса он словно очнулся.
— Что за… мерзкая тварь? — неуверенно спросил он.
— Это кровосос. Только не обычный, а подземный. И теперь, кстати, мертвый, — удовлетворенно сказал Скай, меняя опустевший магазин. — Не всегда удается так запросто положить хозяина подземелий. Москит, а ты вот говорил, что никакого Альбиноса нет, байки кабацкие.
Москит даже не стал огрызаться. Он стоял вполоборота, не опуская автомата, и с нескрываемым удивлением смотрел на Ксанту.