– Весьма отрадно слышать. Мы должны закончить собственное судно первыми, чтобы оно встало крепостью между их броненосцем и нашим уязвимым флотом.
Остановив экипаж, извозчик спустился с козел, чтобы распахнуть перед пассажирами дверцу.
– Вот они, мастерские.
Клерк проводил их в контору, где дожидался Томас Фитч Роланд, владелец «Континентальных мастерских».
– Мистер Роланд, – начал Бушнелл, – позвольте представить мистера Густава Фокса, заместителя министра военного флота.
– Добро пожаловать, мистер Фокс. Полагаю, вы прибыли поинтересоваться, как продвигается постройка плавучей батареи капитана Эрикссона?
– Меня это и в самом деле весьма интересует.
– Работа идет согласно плану. Плиты для киля уже прошли прокатный стан. Но вы должны понимать, что судов подобного типа еще ни разу не строили. И хотя мы уже начали сборку корабля, мистер Эрикссон все еще трудится над чертежами. Потому-то я и просил комитет мистера Бушнелла о небольшой отсрочке.
– Не вижу особых трудностей, – ответил Бушнелл. – Я всегда полагал, что три месяца от замысла до воплощения – срок весьма краткий. Вы уверены, что дополнительных десяти дней будет достаточно?
– Эрикссон утверждает, что корабль будет спущен на воду через сто дней, а на моем веку он еще ни разу не ошибался.
– Вот уж воистину добрая весть. А теперь – не позволите ли нам взглянуть на это замечательное судно?
– С этим возникают небольшие сложности. Корпус все еще строится, и в настоящий момент увидеть можно очень немногое. Я полагаю, что если вы взглянете на чертежи, то немножко лучше постигнете суть этого выдающегося изобретения. – Он разложил на столе большие листы. – Дно сделано из броневых листов и достигает ста двадцати четырех футов в длину и восемнадцати в ширину. Оно укреплено стальными уголками и деревянными шпангоутами, поддерживающими настил палубы, каковая намного обширнее – полные сто семьдесят два фута длины и сорок один фут ширины. И бронирована, тяжело бронирована сверху и по бокам, броня опускается ниже ватерлинии. Расположенные в трюме двигатели приводят судно в движение посредством винта. Все это служит одной-единственной цели – доставить эту орудийную башню к месту боя.
– Ничуть не сомневаюсь, – сказал Фокс, вертя чертеж так и эдак. – Но, должен признаться, моих технических познаний маловато, чтобы оценить мастерство конструктора. Очевидно, корабль сделан из стали и усилен деревом. Но разве сталь не тяжелее воды? Неужели он не утонет, когда будет спущен?
– На сей счет не опасайтесь. Сейчас на плаву целый ряд железных кораблей, в том числе и боевых. У французов есть такой и у британцев – тоже. Корпус наверняка выдержит огромную огневую мощь батареи, а новые машины доставят ее к месту битвы.
– Тогда мы должны увидеть саму батарею и человека, который ее сконструировал.
По всему огромному зданию эхом перекатывался лязг металла о металл. Над головами покачивались тали, доставляющие броневые листы к месту сборки растущего корпуса корабля. Следуя за Роландом, они прошли в глубину цеха, где мало-помалу обретала форму круглая орудийная башня. Высокий седовласый мужчина с обширными бакенбардами надзирал за сборкой небольшого парового двигателя. Хотя Эрикссону уже исполнилось без малого семьдесят, сила этого человека оставалась феноменальной; он легко поднял и поставил на место коромысло, весившее более девяноста фунтов. Кивнув гостям, он вытер ветошью испачканные смазкой руки.
– Итак, Бушнелл, вы пришли поглядеть, на что тратите флотские двести семьдесят пять тысяч долларов? – Хотя Эрикссон стал американским гражданином много-много лет назад, он до сих пор не утратил явного шведского акцента.
– Совершенно верно, Джон. Вы уже знакомы с мистером Фоксом?
– Встречался. В приемной министра военного флота. И он самый тот человек, которого я хочу видеть. Я хочу свои деньги!
– Боюсь, ассигнования не входят в мою компетенцию, мистер Эрикссон.
– Так велите кому-нибудь заплатить! Мой добрый друг Корнелиус не получал ничего, хотя строит мой корабль! Он платил за броню из собственного кармана. Это ситуация, которая быть не должна. Военный флот заказывает эту батарею, значит, военный флот должен платить.
– Обещаю поговорить со своим начальством и сделать все, что в моих силах, чтобы загладить эту ситуацию. – Хотя это вряд ли даст какой-либо толк, подумал Фокс про себя. Военно-морское ведомство весьма прижимисто и ненавидит платить долги, если можно уклониться. – Но в данный момент мне страстно хочется узнать, как будет работать эта восхитительная башня.
– Она будет работать просто невиданно, уверяю вас. – Эрикссон любовно похлопал по вороненой стали, на время забыв о финансовых проблемах. – Убийственно и несокрушимо. Эта броня восемь дюймов толщиной, и ни одна из пушек, сделанных доныне, не сможет пробить своим снарядом такую толщу стали. Подойдите вот сюда… видите эти отверстия? Через них будут стрелять две одиннадцатидюймовые пушки Далгрена. Помните: это судно сконструировано для действий в береговых водах Юга, для проникновения вверх по тесным рекам в поисках своей жертвы. Поворачивать весь корабль, чтобы стрелять из пушек, как строят военные корабли сейчас, больше не потребуется. Таков плод моего гениального замысла, ибо вся эта стодвадцатитонная башня крутится!
Наклонившись, он провел ладонью по броневому брюху башни.
– Выровнено машиной, как видите. В море она будет покоиться на гладком бронзовом кольце в палубе, и ее большой вес обеспечит водонепроницаемость. Во время боевых действий башня будет приподыматься, опираясь вот на эти колеса. Внизу находится паровой движок, каковой будет крутить сей зубчатый венец, расположенный прямо под палубой и, конечно, управляемый рукояткой из башни. Ей потребуется меньше минуты, дабы совершить полный оборот.
– Это великая идея, мистер Эрикссон, – одобрительно кивнул Фокс. – Ваш броненосец изменит ход войны.
– Не броненосец. Он не носит броню. Он есть броня, – сердито возразил Эрикссон. – Вот чего вы, идиоты из военно-морского ведомства, не понимаете. Сие есть машина, творение инженера, движимое сталью и паром боевое судно. Рукотворный стальной корпус заполнен сложной машинерией, никоим образом не находящей подобий среди деревянных парусников прошлого. И однако же в спецификации, что прислана вашими людьми… минуточку… она у меня с собой. – Он вытащил из кармана помятый, сложенный несколько раз листок и вслух зачитал: – Они хотят, чтобы я… вот: «поставил мачты, реи, паруса и такелаж достаточных размеров, чтобы двигать судно со скоростью шести узлов в час при умеренном бризе». Невозможно! Движущей силой является пар, и только пар, как я многократно твердил в прошлом. Никаких мачт, никаких парусов, никаких веревок. Пар! А кретин, написавший это, демонстрирует свое полнейшее невежество по части мореходства словами «узлов в час»! Как вам известно, один узел означает, что судно покрывает расстояние в одну морскую милю за один час.
– Совершенно верно, – подтвердил Фокс и поспешил сменить тему: – Вы уже подобрали имя своей плавучей батарее?
– Я посвятил этому немало раздумий, учитывая, что несокрушимый и агрессивный характер данной конструкции убедит предводителей южных повстанцев, что их береговые батареи на реках более не являются барьером для проникновения наших войск. Сей бронированный пришелец, таким образом, преподаст им урок, станет для этих предводителей суровым ментором. Но есть и прочие предводители, каковые будут также устрашены и наставлены на путь истинный грохотом орудий сей несокрушимой железной башни. Даунинг-стрит вряд ли сможет безучастно взирать на сей последний довод янки, на сего ментора. По оной и многим сходным причинам я предлагаю назвать новую батарею «Монитор».[9]
– Блестящий довод, – отметил Бушнелл. – Я рекомендую его своему комитету.
– Поддерживаю, – подхватил Фокс. – Я также доложу об этом министру военного флота. А теперь прошу меня простить, джентльмены, мне необходимо удалиться на минуту-другую, чтобы обменяться парой слов о морских делах с мистером Роландом.
9
Среди прочих значений английское слово «monitor» означает «ментор, наставник».