– В борьбе с риксами, – продолжал Зай, – мы не станем наносить удары по кораблям и тыловым базам. «Рысь» предназначена для того, что нам не удалось сделать во время Первого вторжения. Для того, чтобы принести войну к мирам риксов.

– Лаурент…

Этот «серый» воин знал, как такое происходит. Он понимал ужасные подробности того, как это будет сделано.

– Как они когда-то принесли войну на наши планеты.

– Постой.

Сказав это слово, Нара поднесла руку к запястью в поисках лечебного браслета. Но она сняла его, как только они вошли в дом, и теперь была беззащитна перед собственными мыслями.

Но он все равно сказал об этом вслух.

– Мой корабль предназначен для уничтожения миров, Нара.

Она ощутила кисловатый привкус во рту, сглотнула слюну, встала и вышла на балкон. Поручень как бы сам лег под ее пальцы, она удержалась и не упала. Глубокий вдох.

Морозный воздух прояснил ее мысли. Эта беспомощность была так глупа.

– Дом.

– Да, госпожа? – прошептал дом в ответ в области вторичного слуха Нары.

– Доставь мне мой браслет. Срочно.

– Будет исполнено.

Лаурент подошел к ней.

– Нара. Прости. Ты бы все равно услышала об этом.

– Просто мне стало плохо из-за того, что я так долго не принимала свое антиэмпатическое лекарство.

– Прости.

Он обнял ее и прижал к себе, чтобы согреть. Теперь жуткая чернота внутри него почти не ощущалась. Господи, куда же он ее ухитрился спрятать?

– Ничего страшного, Лаурент. Такое порой бывает со мной, когда я приезжаю сюда. В столице я всегда ношу лечебный браслет, потому что там такие огромные толпы народа. А здесь я про него забываю.

Он вздохнул.

– Понимаю.

Он понимал, что она солгала.

– Лаурент…

– Да?

Она вдруг заметила маленького дрона-слугу, который катился вдоль поручня, сжимая ее лечебный браслет. Сделав еще один глубокий вдох, Нара избавилась от панического страха.

– Ты сделаешь это?

Нара наклонилась и взяла у дрона браслет.

Лаурент сжал ее плечи, и она ощутила идущую в его душе борьбу, сражение со всем тем, что было вложено в него годами воспитания, обучения. Все это – и картина вращавшейся внизу планеты, девственной и беспомощной.

– Надеюсь, не придется, – ответил он.

Ее пальцы сжали браслет, и дрон откатился назад. Но Нара пока не ввела себе лекарство.

– Не надо, – попросила она.

Он оглянулся – так, словно тут, в спальне, мог стоять Император и подслушивать их разговор. Но на самом деле, оказывается, возле камина появились роботы-слуги. Их маленький отряд сосредоточенно трудился. В отблесках пламени они были похожи на безумных насекомых, строящих миниатюрный город.

Лаурент Зай сдержанно кивнул и прошептал:

– Хорошо, не буду. Обещаю тебе.

«У нас четыре дня на обещания», – сказал он час назад.

Нара сдвинула браслет на запястье, так и не включив инъектор, и сглотнула подступивший к горлу ком. Боже, как у нее пересохли губы.

– Что ж, пообедаем? – предложила она.

2

АЛХИМИК

«Больше всего воин должен желать смерти».

Аноним 167
БОЕВИК

Второе «рандеву» прошло значительно удачнее. Х_рд успешно перепрыгнула с флаера-разведчика на дирижабль, и через несколько часов дирижабль поднял ее на высоту около восьмидесяти километров.

Рикс-боевик смотрела вниз, на центр связи. С такой высоты его территория выглядела не больше ладони. Дирижабль, медленно поднимаясь, увеличился в размерах раза в четыре. Х_рд прижалась губами к маске дыхательного аппарата. За время подъема значительно упало давление. В ушах у рикса звенело, а в левом глазу через час после начала набора высоты лопнул кровеносный сосуд. Риксы-боевики могли выдерживать самую разную степень разреженности воздуха, но такая, как сейчас, х_рд встретилась впервые со времени учений по отработке действий при получении кораблем пробоины. Здесь, в мезопаузе, отсутствовал всякий ветер, но было невероятно холодно. Защитный костюм, который, как и дыхательный аппарат, х_рд в свое время прихватила, подбирая выброшенные из сверхзвукового лайнера вещи, был неплохо утеплен и спасал от обморожения, и все же х_рд жалела, что лишилась собольей шубы. Ну, ничего, скоро она согреется.

Рекогносцировочный приборчик, который она держала в руке, пискнул. Это был сигнал, посланный ей Александром. Еще чуть-чуть – и надо будет прыгать. Х_рд, правда, казалось, что центр связи немного в стороне от нее, но гигантский разум старательно высчитал направление и скорость ветра.

У х_рд мелькнула совсем не-риксская мысль: хорошо бы, чтобы Александр не допустил никаких ошибок.

После падения, которое должно было продлиться чуть больше двадцати минут, х_рд должна была приземлиться на площадку около десяти метров в поперечнике. Использовав метеоспутники, Александр загнал снежную метель на территорию центра и устроил, сугроб в ледниковой трещине тридцатиметровой глубины. Александр «приправил» метель десятками наноустройств, замаскированных под снежинки. Эти «снежинки» упали в сугроб и размножились в нем. За несколько последних дней колония наноустройств изменила структуру кристалликов льда, расширила сугроб, для пользы дела извлекла из почвы углерод и создала коллоидную пену, которая должна была мягко сжиматься после приземления х_рд. Снег разбух и превратился в холм, возвышавшийся на десять метров над окружавшим его ландшафтом. Следовательно, для постепенного смягчения удара при падении х_рд ожидало целых сорок метров мягкой пены.

Конечно, чтобы все прошло благополучно, она должна была приземлиться в самую середину «сугроба». Х_рд крепко сжимала в руке рекогносцировочный прибор. Он должен был навести ее на «цель».

Х_рд приготовилась, сглотнула слюну, чтобы унять боль в барабанных перепонках. Проверила, не сползли ли с плеч лямки ранца.

Затем она расслабила мышцы руки, которой держалась за гондолу дирижабля, и скользнула в пустоту.

Опять невесомость. Свободное падение – старый друг.

Медленно, постепенно начало нарастать трение воздуха. Открытым частям лица теперь доставалось и от этого, а не только от холода.

Защитный костюм, в который была одета рикс, предназначался для тушения пожаров на борту самолета. Несколько наноустройств, запрограммированных Александром и подложенных в аварийную аптечку, основательно поработали над костюмом, и теперь он должен был стать невидимым для имперских радаров.

По крайней мере, так все обстояло согласно прогнозам Александра.

Рикс свернулась клубком и стала следить за показаниями рекогносцировочного прибора. Альтиметр показывал, что пока скорость ее падения продолжает нарастать. На Легисе смертельно опасная скорость падения для человека составляла около шестидесяти метров в секунду. Насколько могла судить х_рд по показателям альтиметра, скорость ее падения значительно превышала этот показатель. Возможно, настоящее торможение и связанное с ним трение ожидало х_рд впереди, на тех высотах, где давление воздуха было выше.

Через пять минут после прыжка воздух начал согреваться. В первое мгновение у х_рд мелькнула неприятная мысль: не нагрелся ли костюм от трения. Но эту мысль рикс сразу же отбросила: нет, она не могла лететь настолько быстро. Нарастание температуры было связано всего лишь с разницей температур на границе между мезопаузой и стратопаузой. Через десять минут после начала падения температура воздуха начала постепенно падать. Х_рд преодолевала стратосферу и приближалась к холодному воздуху тропопаузы.

Медленно расставив руки в стороны, х_рд начала управлять своим снижением, замедлять его и смещаться к территории центра связи. Теперь он казался размером с суповую тарелку. Риксу то и дело приходилось сглатывать слюну, чтобы избавляться от боли в ушах. Она падала и не спускала глаз с рекогносцировочного устройства, при этом работая свободной рукой и обеими ногами и корректируя тем самым свой полет. Ее координаты незначительно отличались от заданных, но через несколько минут, после входа в тропосферу, воздушные течения должны были подтолкнуть ее к посадочной площадке.