Annotation

Есть новообретенная сила в руках и ногах, есть верные друзья-соратники рядом, любимая работа - даже целых две, и внятные цели на ближайшую жизнь. Но Тимуру Сороке - парамедику и внештатному военкору Русского Легиона - этого явно недостаточно. Просто тянуть лямку и наслаждаться жизнью в перерывах между боями? Это не в его натуре! Доминион - явно не то, чем кажется, да и Система из инфернального врага вдруг начинает казаться чем-то гораздо более простым и понятным. Но как разгадать тайну, если контракт подписан, присягу никто не отменял, и коли легат говорит "надо!", Восьмой экипаж отвечает - «есть!»

Космос.Today III

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Космос.Today III

Глава 1

Обнаруживается хозяин гостиницы

Где-то в глубине представительства Доминиона зазвенел зуммер, ворота цокольного этажа поднялись, из сияющего слепяще-белым светом туннеля вышли командиры экипажей в сопровождении разведчиков. На контрасте с матово-черным геометрическим зданием казалось, будто открылся портал в другое измерение, не меньше.

Нефоры держались напряженно, настороже: цепкими взглядами осматривали окрестности, пальцы легионеров лежали на спусковых крючках. После того, что случилось с гостиницей «Космос», такие предосторожности не казались мне лишними. По всему выходило: тут, на Убахобо, да и вообще — в Доминионе, в Легионах происходило что-то еще, не связанное с освобождением миров рефаим от влияния Системы. Просто нас, нижних чинов, если можно так выразиться, держали на информационной диете.

«Каждый солдат должен знать СВОЙ маневр!» — именно так, с акцентом на «свой» произносил эту суворовскую фразу легат Верхотуров. Я смотрел пару его интервью для пресс-службы и видео публичных выступлений. Вялотекущая грызня между Легионами с подлянками и подставами для друзей-врагов? Противоборствующие группы внутри Доминиона? Агентурная сесть Системы — что-то вроде терминаторов Т-1000, которые внедряются в общество, чтобы уничтожить изнутри? Какие-то другие, неизвестные нам инопланетяне? Беспредельщики? Террористы? Сектанты?

Гадать было бессмысленно. Но после смерти Сомова и пожара в гостинице, к которой вел след — в совпадения я верить отказывался. С другой стороны — легату, Доминиону, галактике и всей Вселенной наплевать было на всё, во что верил или не верил отдельно взятый Тимур Сорока. Не те масштабы. Важные дяди, небось, не лаптем щи хлебают! Что-то там себе соображают, предпринимают меры, держат на контроле и ставят галочки где надо.

Славин, который возглавлял процессию, сказал что-то и погрозил пальцем. Под куполом Убахобо шлемы мы не надевали — предпочитали алые легионные береты, так что сути его реплики мы не услышали. Командиры рассмеялись и направились к машинам. Я смотрел на Багателию: он нес в руках матовый черный контейнер кубической формы — точно такой же, как и у остальных. Каждому из пяти экипажей достался совершенно одинаковый на первый взгляд груз. Наниты?

Одиссей Хаджаратович, Бошетунмай и Хриплый подошли к нашему «мастодонту», Бляхер открыл створки задней двери медэвака, я мигом распахнул крышку одной из медкапсул. Именно здесь, в высокотехнологичном саркофаге, в полной безопасности, должен был находиться драгоценный контейнер.

— Ора, я хочу, чтобы вы понимали, — проговорил Багателия, когда груз закрепили внутри, медкапсулу закрыли наглухо, и все мы собрались внутри медэвака. — Пять контейнеров, совершенно идэнтичных, одинаковых на вид. И на вэс тоже. Но! В каком из них находятся наниты — мы понятия не имеем, швахама? Может быть — в одном. Может быть — в трех. Или во всэх! Это знает только Доминион и командование. Сэйчас мы разделимся, у каждого экипажа — свой маршрут, свое время отбытия из Аньямы. И свои точки, которые прэдстоит посетить. Мы ведь приехали за медикаментами, помните?

Мы покивали. Одиссей Хаджаратович быстро глянул на меня и продолжил:

— Наша точка — госпиталь. Заберем кое-кого до Драмсарая, у человэка досрочно командировка окончилась. Нэ смотрите так — поместимся! И препараты заберем, пару ящиков. Уасся, опять смо́трите? В мэдкапсулы положим, айей? Вы на броне сюда ехали — нормально было, чего теперь начинаете, мои золотые? На БДК отдохнете! Сорока, в госпиталь пойдем с тобой, остальные — на парковке, за старшего — Падаван.

Падаван кивнул. Он, как я понял, тоже имел звание центуриона, просто нефоры в основном плевали на иерархию с высокой колокольни: даже нашивки почти никогда не носили, не светили своими «галочками» на рукавах. Разве что на парадах и официальных мероприятиях. Нередко у них и декурион центурионами командовал, если того требовала ситуация, а соответствующие компетенции имелись только у конкретного человека.

— Поехали? — спросил Палыч. — У меня тут на навигаторе точка уже стоит.

— Поехали, раз стоит!

На сей раз на броне никто не сидел, мы теснились в медэваке. С другой стороны, «теснились» — это я погорячился. Помню, как-то с товарищами на восьмерых заталкивались в один фольксваген «Гольф» — вот это настоящие пятнашки! И какое удивление было у двух хамов на джипе, которые сами нас же подрезали и сами же решили бычить, и вдруг оказались лицом к лицу с восемью очень раздраженными мужчинами… В общем — в медэваке всем нашлось и место, и вода, и перекус. Мастодонт — машина вместительная!

А Яма, или — Аньяма, если угодно — город большой. До госпиталя мы добирались минут двадцать или тридцать! Наверное, под куполом (точнее, под целым их каскадом) тут жило тысяч двести рефаим, которых в свое время освободили от Системы. У многих в затылке — нерабочий имплант, без этой штуки в приличном системном обществе существовать было не принято. Но и после изгнания Системы с Убахобо удалять такое сомнительное украшение некоторые из эльфов не торопились: кто-то, например, работал напрямую с механизмами, как пилоты ОБЧР, другие боялись трогать — а ну, как центральную нервную систему повредит и имбецилом станешь? Ну да, можно подлечиться — но дорого же!

— Слушай, а бонусы у них тут ходят? — спросил я Лилу. — Или какая-то другая валюта?

— Ну, ты и вопросы задаешь! — удивилась девушка с фиолетовыми волосами. — Бонусы точно принимают, я тут себе как-то такой бодик купила классный и чулки, и…

Тут она покраснела, закончила скомканно:

— … в общем, наши бонусы точно они принимают. А есть у них своя валюта или нет — никогда не задумывалась.

— Есть, — сказал Хриплый, который внимательно слушал наш разговор, особенно — про чулки. — Называются вОлы. Но легионерам они не полагаются. Мы можем приобретать кое-что за бонусы, но в строго обозначенных магазинах и кафешках. Особенно не разгуляешься. К тому же — почти все из того же ассортимента, что есть на дредноуте. Кроме нижнего белья, похоже…

Машина в этот момент закачалась, явно нарезая какие-то хитрые маневры, пошла задним ходом и остановилась.

— Приехали, — сказал Палыч, который был удивительно немногословен.

— Сорока, на выход. Остальные — рассрэдоточиться вокруг машины. Внутри остаются Палыч и Раиса, — скомандовал Багателия. — Винтовку не бери, рэвольвера хватит, воевать там не будем.

Он-то выбрался из кабины, а я-то проталкивался между закованными в средний боевой доспех бойцами! Матерясь, похихикивая и комментируя варианты — к кому лучше поворачиваться задницей, а к кому — передницей, я все-таки выбрался из машины на свет Божий и на секунду залип: все-таки три светила в небе — это феерия. Небеса сейчас имели яркий янтарный, золотисто-оранжевый оттенок — Кеплер-Большой стоял в зените!