Тени поднимают город из праха и болота, затем он стоит некоторое время - несколько лет по местному исчислению - а затем законы ада берут свое, происходит обратный процесс упадка, тления, разрушения. В самом конце в городе вновь появляются Тени, чтобы ускорить последний этап - и горе тому случайному мародеру, которому не повезет им попасться. Этот город вскоре тоже исчезнет - есть шансы напороться на его строителей.
- Что они делают?
- Мало кто знает это. Те, которые погибают в объятиях Теней - возрождаются без памяти, забывают все напрочь, даже если они были помнящими. Существует мнение, что они портят наши души, превращают в демонов. Люди, принявшие смерть от Тени хотя бы пару раз, обычно становятся изгоями на десятки лет. Говорят, в людоедов и прочих 'внештатных сотрудников' ада превращаются тоже вследствие порчи. Хотя с людоедами как раз все намного проще и прозаичней.
- Поиск хоть какого-то удовольствия?
- Точно.
- Убитый людоед становится при перерождении снова нормальным?
Макс медленно покачал головой:
- В том-то и дело, что нет. Все людоеды - помнящие, им нельзя устроить то, что Святой называет 'обнулением'. То же самое касается и других нездоровых личностей... Каннибалы, маньяки, шизофреники - они тут уже не заключенные, скорее сотрудники, помогающие наказывать остальных добровольно, с радостью. Те людоеды, которые напали на селение, где нас держали - это орда, которая кочует между островами и вырезает всех остальных.
- Острова?
- Так условно называют места, заселенные людьми, вроде этого, где мы с тобой. На нашем острове - три крупных города, в двух из которых живут люди, несколько городов поменьше, а также мелкие села. Особо отчаянные умудряются отстроить поселения прямо в болоте. А вокруг всего этого - обширные пустоши, которые невозможно пересечь. Тут это болото, в других местах - ледяные просторы, безводные пустыни и так далее. Собственно, вот и ответ на твой вопрос, почему здесь так мало людей, если это ад. Пределов сего мира не знает никто, и таких 'островов' может быть как угодно много.
Кирсан обдумал услышанное.
- А откуда известно про другие места, если пустошь нельзя пересечь?
- Если ты дойдешь до некоторой границы 'острова', двигаясь от центра на условный север - попадешь на противоположную, южную сторону границы и, продолжая двигаться по прямой, опять выйдешь к нашему острову. Но есть некоторые люди, их называют болотоходцами. Они способны при определенной доле везения перебраться с острова на остров. Говорят, такое под силу лишь тому, у кого в душе - теневая порча. Так вот, орды каннибалов обычно кочуют по островам благодаря проводникам-болотоходцам, питаясь по пути слабейшими из своего числа.
- Хм. Если разбить орду - людоеды возродятся там же, где были убиты?
Вогель покачал головой:
- Нет. Каждый появится в своем, так сказать, порту приписки. И при первом же случае примкнет к новой орде. Каждая орда состоит из выходцев с разных островов, их объединяет только жажда крови и мяса.
- Получается, тут Тени заправляют вместо чертей?
- Не думаю. У них нет власти за пределами ими же созданных городов, и то, они присутствуют в них только во время стройки и в самом конце. Святой называет их субподрядчиками. А присматривает за ними Наблюдатель.
- Вот оно как, - с интересом сказал Кирсан, - а можно поподробней с этого места?
Немец усмехнулся:
- Да не вопрос. Те, которые его видели, говорят, что это тип с костлявыми руками, в капюшоне, под которым чернота и не видно лица, и сутане типа монашеской, под которой нет ног. Он так и висит над землей. Самое примечательное - при нем есть Гроссбух, в котором можно прочесть все про свои грехи.
- Чем дальше, тем интересней. И как заполучить этот... Гроссбух? Украсть?
- Зачем украсть. Он дает почитать всем желающим, которые сумеют до него добраться. Наблюдатель безобиден, в отличие от Теней, но, к сожалению, не отличается общительностью. Он здесь вроде инспектора, следит, чтобы тут все происходило согласно плану. Чей это план, кто тут главный - Наблюдатель не скажет.
Когда работы по приготовлению оружия были завершены, Макс сказал:
- Значит, делаем так. На первом этаже зомби по меньшей мере сорок, я их видел, когда ходил за водой. Может, больше. Прямо сейчас все они прямо под нами, точнее, под тобой и твоей подружкой, которые из них чьи - сами уже разбирайтесь. Я спущусь осторожно вниз, чтобы не привлекать их внимания, осмотрюсь и подам сигнал - свистну. Вы должны будете быстро добежать до лестничной клетки и спуститься. Я, если что, прикрою. После этого делаем ноги и не останавливаемся, пока не доберемся до нашего поселка, впрочем, главное - выбраться за город, там мертвяки за нами не погонятся.
- Ты уверен?
- Разумеется. Мертвецы никогда не встречаются за пределами городов.
Кирсан чуть подумал. Город ведь не тот, где их с Игнатом подстерегла засада.
- Постой, Макс. Меня схватили не здесь, в другом городе, не таком заброшенном, как этот. И зомби, которые за мной гонялись, были там. Получается, в каждом городе есть кадавры, которым я чем-то не угодил?
- Странный ты парень. Я ведь уже говорил тебе - это мертвецы, умершие от твоих рук. В какой бы город ты не входил - они уже там и ждут тебя.
Разведчик покачал головой:
- Не может такого быть. Это какая-то ошибка.
- Буди свою подружку, - сказал Макс повернулся и пошел к лестнице, отодвинул баррикаду, затем обернулся: - я тебе секрет открою. Все так говорят поначалу - что это ошибка. Что они не должны были попасть в ад. Я и сам так думал. Но - нет никаких ошибок. Увы и ах - тот, кто выносит нам приговоры, всеведущ и непогрешим.
***
Все получилось по плану: они выбрались из здания, опередив мертвецов на десять метров, и принялись увеличивать разрыв. Макс сказал, что дорогу знает, главное - пересечь город теней, ни с кем не повстречавшись, а потом лес и болота, благо, подходящей одеждой разжились. Двенадцать километров до следующего, нормального города, где Кирсан повстречал Святого, а там уже и аванпост, и до поселка рукой подать.
Что было не очень хорошо - кадавры оказались резковаты на ноги, они, шатаясь и хромая, гнались следом, и чтобы не дать себя догнать, приходилось шагать энергично.
Кирсан оглянулся через плечо. Что ж их так дохрена-то? Всеведущ и непогрешим, да? На его, Кирсана Ладынцева, руках - оппа, вот и фамилия внезапно сама собой вспомнилась - нет столько крови.
Впереди внезапно показалась человеческая фигура, за нею еще две. Сгорбившиеся, ссутулившиеся люди в лохмотьях наподобие монашеских сутан медленно шли навстречу по улице. Оружия вроде нет, но у того, что в центре - жердь с поперечиной типа креста. Инквизиция, что ли? Макс не стал сбавлять шаг, разведчик шел рядом, на всякий случай закрыв собой немку, которую вел за руку, большим пальцем взвел курок пистолета. Он уже собрался было предупредить монахов, но передумал: шаркающая походка покойников сквозь туман слышна очень хорошо, они и так знают.
Вблизи троица произвела очень тягостное впечатление. Безучастные, посеревшие лица, губы, беззвучно шевелящиеся в молитве или причитании, погасшие глаза. Двое дрожат, но тот, что в центре, производит впечатление непоколебимости.
- Там целая толпа сзади, - бросил им Макс, проходя мимо.
Кирсан, разминувшись, обернулся. Все трое медленно шли навстречу выплывающим из тумана зомби, и разведчик расслышал слова псалма.
- И когда пойду я долиной смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной...
- Твой жезл и Твой посох - они успокаивают меня, - подхватили молитву двое других, и затем три голоса окрепли, звуча как один: - Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих...
Разведчик окликнул Макса:
- Мы разве не поможем им?
- Мы не можем им помочь. Никто не может.
- Но они же собираются...