- Соотечественник? - удивился разведчик, - а я-то, глядя на кольты, подумал о диком западе...
- Да бросьте, право слово. Фокусник я. Гипнотизер цирковой. А что револьверы... Ну не идет винтовка к моему костюму. Богуславский Анатолий Юрьевич, - протянул руку тот, - будем знакомы.
Кирсан ее пожал:
- Кирсан Ладынцев, отчества не помню. Бывший разведчик, а потом студент. Закончить университет не успел.
Гипнотизер оказался интересным и остроумным собеседником, и разведчик быстро забыл о спорящих командирах, тем более что новый знакомый осветил расклад гораздо быстрее и полнее:
- Вариантов несколько, но все эти бедняги боятся, по большому счету, одного. Умереть и не попасть в райский город. Помнящим еще полбеды, а непомнящий может в следующем цикле появиться черт знает где, проваландаться и остаться с носом.
- А почему бы вам их не загипнотизировать и не приказать перестать валять дурака? - в шутку предложил Кирсан.
- Да не получится, молодой человек. Вы наивно полагаете, что гипнотизер может повелевать людьми? Я тоже так думал. Гипноз в отрочестве привлекал меня возможностью, среди прочего, внушать девушкам, что они от меня без ума... Дурак был, ничего не смыслил. Нельзя заставить человека под гипнозом сделать то, что он не сделал бы в своем уме. Знаете, какая наибольшая проблема у гипнотизера, работающего в цирке?
- И какая?
- Выбор добровольца из числа зрителей. Человек должен желать принять участие в загадочном эксперименте, а вот скептиков надо уметь просекать с ходу и отсеивать. Скептически настроенный неверящий или просто западлист, который хочет сорвать сеанс гипноза - истинный кошмар гипнотизера-фокусника. Все хорошо удается, если гипнотизируемый сам помогает гипнотизеру. Если сопротивляется - плохо дело.
- Надо же, - хмыкнул Кирсан, - я-то думал, загипнотизировал девушку - и делай, что хочешь. Хоть стриптиз станцевать прикажи.
- Ничего подобного. Если дама раскрепощенная - то нет проблем. Если из приличной семьи с пуританскими взглядами - все гораздо сложнее. Хотя и тут можно схитрить, убедив ее, что она находится не на манеже цирка, а у себя в ванной комнате за запертой дверью и собирается принять душ. Подобное поведение - раздеваться перед душем - совершенно естественно, такая команда не вызывает никакого сопротивления, а прямой приказ 'разденься' выполнен не будет и все пойдет наперекосяк. Вот вы думаете, я жену неверную как на тот свет спровадил? Загипнотизировал во время обеда, предложил набрать полный рот компота, а затем сказал, что она, страдая насморком, только что пробежала три километра - при ее-то девяноста килограммах - и теперь страшно задыхается. Вот она и вдохнула компотик.
Кирсан подпер скулу кулаком. Как можно использовать талант гипнотизера? Наверняка как-то можно.
- То есть, если мы схватим людоеда, вы его не сможете загипнотизировать?
- Невозможно, даже если бы он меня понимал. Проблема в том, что людоеды не могут быть поняты ни нами, ни варварами, как гипнотизировать, если он меня не поймет? И я повторяю, для сеанса гипноза нужен положительно настроенный доброволец.
- Хм... А меня загипнотизировать возможно?
Богуславский кивнул:
- При условии, что вы сами этого хотите - легко. Даже без трюков с маятником и прочей ерундистикой.
Разведчик закрыл глаза, мысленно укладывая разрозненные детали в единый четкий план. Архимед обещал перевернуть Землю, если ему дадут точку опоры, а он, Кирсан, попытается перевернуть ад, потому что недостающая опорная точка, необходимая для того, чтобы похерить и без того шаткое равновесие этого противоестественного мирка, у него теперь есть.
- Ради любопытства, Анатолий Юрьевич. Как вам тут, в аду?
Гипнотизер вздохнул.
- Если б знал - ни за что жену бы не гробил. Порой кажется, что сил терпеть больше нет, но что остается? Даже убить себя мы не можем.
- Если бы вам предложили окончательную смерть, полное небытие как выход отсюда - вы бы согласились?
- Не раздумывая. Мечты, мечты...
Кирсан мрачно усмехнулся:
- Что ж. Может быть, мне удастся предоставить вам такую возможность. Не спрашивайте ни о чем, позже сами все увидите.
Он спрыгнул с контейнера и решительно подошел к столу.
- Минуту внимания, господа, - громко сказал он, - я знаю, как разбить орду легко и быстро. Мы скоординируемся с варварами и сделаем это сообща.
Несколько десятков пар глаз, командиров и зрителей, сошлись на нем.
- Ну и как же ты собрался с ними координироваться? - спросил скандинав.
- И вообще, что это за кретин и откуда тут взялся? - подхватил другой, и разведчик узнал в говорившем того самого лидера страдальцев, не так давно на его глазах бросившегося в толпу мертвецов.
- Я нашел способ обойти барьер непонимания между нами, - не моргнув глазом, сказал Кирсан.
- Правда? - ухмыльнулся Святой, - давай, удиви нас.
- Легко. Барьер работает, когда два человека, которым не положено понимать друг друга, пытаются донести до собеседника какую-то мысль. И наоборот, когда говорит япошка с викингом, их слова становятся понятными друг для друга, если так задумано. Но когда человек не пытается ничего ни до кого доносить, божественный переводчик не работает. Для экономии божественной силы, так сказать. Когда мой товарищ пел песенку по-немецки или просто ругался - его слова мною были услышаны как есть, по-немецки. Я рискну высказать предположение, что и барьер тоже не будет действовать, если человек не станет пытаться целенаправленно донести до кого-то информацию. Именно желание что-то сообщить и есть тот критерий, по которому определяется, надо ли включать переводчика или барьер.
- Ну и как тогда общаться с варварами, если нам все-таки надо с ними скоординироваться?
Кирсан повернулся к новому знакомому.
- Анатолий Юрьевич, ваш выход. Сцена ждет вас. Он гипнотизер, - сказал разведчик остальным, - и с его помощью я собираюсь попытаться пообщаться с кем-то из варваров. Мы пойдем к варварам - у вас же тут пакт о ненападении, да? - Анатолий Юрьевич загипнотизирует меня и прикажет повторять за ним все слова. Я буду повторять за ним, находясь в бессознательном состоянии, и надеюсь, что барьер не сработает. Среди варваров лишь должен быть человек, понимающий по-русски: он будет слышать мои слова как есть.
Все начали переглядываться.
- А ведь это может сработать, даже если и не сработает, все равно стоит попробовать, - сказал Святой. - Анатолий Юрьевич, вы сможете его загипнотизировать и зачитать по бумажке текст, чтобы Кир его повторил?
- Легко, - кивнул тот.
- Решено. Мы отправляемся к варварам, - тоном, не допускающим возражений, подытожил Игнат.
По стопам Люцифера
Варвары здесь, в центре, оказались точно такими же, как и в разоренном людоедами поселке. Такими же, по большому счету, как и люди в любом другом селении. Те же серые, изможденные, усталые лица с погасшими, пустыми глазами. Солдаты в грязных мундирах разных армий и эпох, штатские всех типажей, женщины, от неприметных мышек до некогда роскошных дам - довольно типичный набор узников этой противоестественной юдоли скорби и печали.
'Диалог' был краток: Святой помахал белым флажком, стоя перед решетчатыми воротами чужого поселка, из толпы, нацелившей на незваных гостей стволы, вышел странный тип в немецкой офицерской шинели и советской фуражке и выжидающе уставился на парламентера.
Кирсан подошел к воротам и показал ему одолженную у кого-то споротую с рукава трехцветную эмблему российского флага. Офицер в ответ указал пальцем вначале на свою фуражку, потом ткнул себя в грудь.
По знаку разведчика подошел гипнотизер и поставил перед воротами специально принесенный стул.
- Можем приступать.
Кирсан сел на стул, поймав на себе недоуменные взгляды варваров, Анатолий Юрьевич встал перед ним и сбоку, чтобы все видели, что он делает, и достал из внутреннего кармана часы на цепочке.