А когда она схлынула, Королева исчезла. Забрав с собой и смертельно раненую волшебницу.
Линн слушала рассказ тётушки Фло, одновременно с этим поедая с ложечки растёртое в пюре яблоко, что заботливо скармливал ей непривычно серьёзный дон Карлос. И что-то до боли знакомое было в этой картине - только наоборот.
- А дальше? - девушка улучила момент между двумя ложечками и подала голос.
- А дальше… - тётушка Фло покачала головой. - Дальше тебя срочно привезли в Сарнолл. Эккер с Карлосом подняли на уши весь город, и таки выдернули из постели лучшего целителя, да притащили сюда, завернув в плащ и перекинув через седло на манер похищенной невесты. А барон пригрозил ему всеми некромантскими карами, если тот не сумеет вернуть тебя в норму, и чтобы даже следов не осталось.
- Ну, и? - нетерпеливо пискнула Линн, скосив глаза на замотанную пряно пахнущим компрессом левую руку.
- О-о, - чуть насмешливо протянула неслышно вошедшая в комнату… ах, да - Шалика. - Потом события окончательно стали достойны пера борзописца, сочиняющего душещипательные дамские романы.
На дородного, ещё не так давно весьма уверенного в себе целителя просто невозможно было смотреть без улыбки. Маленький круглый пузанчик в нежно-зелёного цвета ночной сорочке, из-под которой смешно выглядывали нелепо покрытые от холода пупырышками босые ноги. И в довершение всего - длинный ночной колпак. Ну скажите на милость, смогли бы вы относиться к такому коротышке серьёзно?
- Я вас таки уверяю, - голос у ван Занна оказался бархатистым, внушительным и солидным, столь сильно отличающимся от внешнего облика, что эффект это производило просто неописуемый. - Такие раны, нанесённые с помощью магии, в моей практике почти не встречались.
- Жизнь девушки и её здоровье вне опасности? - раз, наверное, уже десятый уточнила тётушка Фло, что сидела у постели бесчувственной Линн и втихомолку заливалась слезами.
- Шёб мне не жить, клянусь моей матерью! - с жаром воскликнул маленький целитель, осторожно накладывая на обожжённую до кости девичью кисть охлаждающий компресс из листьев риневела. - Но если вы хотите моего совета…
Дальнейшую историю Линн слушала широко раскрыв глаза от изумления. Будучи от роду ни разу не читавшей рыцарские, а равно и дамские романы - ввиду трудного детства, как говоривают в иных местах и в иные времена - она только успевала хлопать ресницами.
Оказывается, у чернокнижника тоже имелся недюжинный талант ходить эльфийской быстрой тропой. Да такой, что не успело солнышко спрятаться и уйти на ночной отдых, как дон Карлос, везущий на коне почти бездыханную Линн с кое-как перевязанной рукой, и ведущий коня в поводу Валле уже вышли из лесу в виду городских стен Сарнолла. Гостиницу, имеющую несчастье обосноваться вблизи ворот, попросту взяли штурмом и выкинули оттуда всех постояльцев вкупе с хозяевами, прислугой и прочими поварятами. Те пытались что-то вякать, однако чернокнижник без лишних слов нечто такое пошептал - от чего перепуганные граждане удирали поддерживая испачканные портки.
Как дон Карлос со шпагой в руке вытащил из постели лучшего целителя города. И при этом вид имел такой грозный, что стражники старательно прятались по подворотням, тщательно отворачиваясь и отводя глазоньки. Как ван Занн, быстро осмотрев пострадавшую, заявил, дело, мол, плохо. Но… вот тут за едва одетого целителя принялся грозный некромансер, коему уж и вовсе самой природой велено наводить страху на людей.
Однако ж, у коротышки ван Занна со страху мозги сработали как надо - и он сообщил, что тут надо бы эльфов или святых братьев. Уж больно пакостной магией девицу прищучило. Дальнейший допрос показал, что ближайший остроухий обретается на другом краю города. И причём никто иной, как посланник - сиречь лицо насквозь официальное и неприкасаемое. За эльфом поехал барон собственной персоной… ну, дом посланника обещают в ближайшее же время отремонтировать. А насмерть перепуганный эльф, коего суровый чернокнижник вытащил из постели, которую тот делил сразу с двумя несовершеннолетними соплюшками, вовсе не обладал талантами к целительству.
Но заверение барона, что он забудет о кое-каких вовсе не невинных забавах эльфа с малолетками - а насчёт этого и в Крумтовском законодательстве имеются весьма недвусмысленные статьи - возымело действие. И посланник с весьма похвальной шустростью припомнил, что да - обретается тут неподалёку в лесах некий друид, невесть за какие грехи изгнанный из Круга лесных братьев.
О подробностях вскоре вернувшийся барон хмуро помалкивал, равно как и притащенный за жидкую бородёнку замшелый дедуган, оказавшийся тем самым друидом. Однако ж, дело своё старый пенёк знал на совесть, благо грозный чернокнижник пообещал ему за хорошую работу не только жизнь, но и ещё притащить из преисподней рог от какого-то тамошнего демона с заковыристым названием, обладающий жутко таинственными, хоть и насквозь незаконными свойствами.
Из комнаты, где происходило само священнодействие, друид обоих мужчин выпер, так что сам процесс остался неизвестным. А друид молчал куда там тому немому - словно воды в рот набрал. Так что у Линн рука будет в полном порядке, и даже без шрамов…
"Хоть какая-то приятная новость" - подумала девушка, пока волшебница переводила дух и запасалась воздухом для дальнейшего повествования. - "Но что-то тут всё равно не то"
Из дальнейшего рассказа тётушки Фло выяснилось, что пока друид пел свои пляски с бубенцами да травки курил, чернокнижник рванул обратно на место происшествия…
- Быть может, обойдёмся без банальной уголовщины, барон? - господин Эккер смотрел хмуро, но активных действий предпринимать что-то не порывался. Знает, старый жучара, за кем тут сила…
Хмурый и мрачный чернокнижник прижимал почтенную волшебницу к стенке кареты, словно ухватистый кавалер смущённую девицу - правда, совсем с иными целями. В непосредственной близости от её горла блестел немалой величины меч. А горящий взор чёрного колдуна прямо-таки лучился недоверием.
- Вы бы, голубь мой синеухий, отвели в сторонку ту каргу в чёрном да челядинцев её - ни к чему лишние свидетели, право… Зачищать ведь придётся. А с вами потом разговор отдельный будет.
Едва изрядно недовольный колдун повиновался, как барон заговорил вновь, и уж в голосе его вряд ли можно было найти добродушие или усмешку. Придвинув ближе к лицу едва смеющей дышать почтенной волшебницы свой неярко сияющий магический светильник, он негромко выговорил примерно следующее:
- А вот теперь, любезнейшая моя тётушка, побеседуем всерьёз. И хочу я ни мало ни много, чтобы вы мне открылись. Если непонятно выражаюсь - открыли мне свой разум, вместе со всеми потрохами и тайнами, что там у вас есть. А я уж потом посмотрю, что с вами делать.
Однако волшебница была дамой ещё той, старой закалки, когда девицы не падали в обморок от одного лишь вида крови или направленного на них оружия. Осторожно скосив глаза в сторону острого стального жала, она сглотнула подкативший к горлу комок и как можно более твёрдым голосом произнесла.
- Предупреждали же меня насчёт ваших нравов… Как понимаю, на почтенное обращение с леди я рассчитывать не могу - но всё же, какие у вас основания для подобной грубости?
Еле заметная ухмылка скользнула по осунувшемуся от усталости лицу чернокнижника.
- Ну-у, тётушка - не ожидал от вас такой наивности. Брёвнышко на дороге, малость присыпанное пылью - любимая шутка знающих людей. Лошади переступят не сбившись с шага, а вот карета навернётся качественно и, что самое главное, быстро. Каюсь, проделывал подобные шуточки с врагами своими и Императора, было дело. Кроме того, те двое пальцем не тронули баронессу как-её-там. Не кажется странным?
Он усмехнулся этак нехорошо, а клинок в недрогнувшей руке то чуть прижимался, холодя нежную женскую кожу, то чуть отдалялся - словно забавляется, злодей.