Паттер начинает дрожать в руках, если вы стоите с подветренной стороны от такого кэдди. При этом их опыт и квалификация настолько велики, что они, глядя на еще летящий мяч, уверенно говорят, что он потерян, и твердо знают, что ваш пат на 20 метров в самом конце повернет на 3 сантиметра влево. Они делают ставки между собой на игры, которые сами же и обслуживают, и подчас некоторые их советы могут быть намеренно неправильными. Тем не менее в их отнюдь не юных глазах запечатлена мудрость, которую они обретали долгими годами, наблюдая, подчас с улыбкой, за игрой японцев или янки, застрявших, на свою беду, в глубоких бункерах или в заросших травой дюнах. А вот в глазах американского кэдди вы обнаружите лишь отголоски детства, проведенного перед телевизионным экраном. Такой «помощничек» сначала выдаст вам восьмой айрон для удара на 150 ярдов, будто вы какой-нибудь Фред Каплс, а в конце раунда предложит вам третий айрон и порекомендует сделать удар панчем.

Я не знаю, насколько успешным окажется движение «назад к кэдди» и помогут ли его «экологические преимущества» восстановить исчезающие тропические леса Амазонии. Возможно, все будет происходить с точностью до наоборот, и движение заглохнет, вследствие чего так приятно жужжащие маленькие гольф-машинки, не умеющие хихикать и не ожидающие чаевых, рано или поздно превратят все гольф-поля от Пеббл Бич до Шиннекок Хиллс в заезженную пустыню. В общем, держите руку на пульсе. Что же касается меня, то до тех пор, пока мои колени окончательно не сдадутся, я продолжу носить свою сумку сам. Гольф – это такой тип страдания, для которого общество совсем не обязательно.

Давайте примем как данность, что большинство играющих в гольф мужчин и женщин имеют время и деньги для досуга, что они преуспели в своей жизни и живут вполне комфортабельно. Руководитель слышит в основном слова одобрения от своих подчиненных, судья властвует над людьми, актриса, выйдя на пенсию, получает положительные рецензии от своей горничной и третьего мужа. Однако в большинстве своем мы (включая самого шестидесятилетнего автора, который тоже относит себя к этой удобной категории) на самом деле не знаем, насколько хороши в том, что делаем, хотя воображаем, что делаем все как минимум неплохо. Окружающий мир старается нам польстить, и только гольф способен составить по-настоящему нелицеприятную картину наших деяний. Только на поле для гольфа обратная связь мгновенна и беспощадна:

как ни хмурь брови, а придется вытаскивать мяч из кустов, и сколько ни говори красивых слов, а изволь вытаскивать утопленный мяч из воды. Как ни крути, а мяч, который при пате только погладил края лунки, все равно в нее не попал, что бы потом вам ни написали в счетной карточке. А еще вы обречены выслушивать критические замечания по поводу вашей игры и свинга. Какое другое четырехчасовое времяпрепровождение может обернуться для финансового магната таким обилием горьких разочарований или вызвать половую дисфункцию у плейбоя, пораженного градом неосуществленных желаний? Гольф бьет точно в цель. Уже по звуку и полету мяча становится ясно, насколько мы хороши, а хороши мы, увы, нечасто.

Оправдание недостатками физического развития не проходит. Мы никогда не прыгнем выше Майкла Джордана и никогда не перебегаем Монику Селеш, однако любой из нас, кто хотя бы несколько лет играл в гольф, пусть редко, но делал идеальные удары. Возможно, у кого-то они получались такими же длинными, как у Джона Дали, – прямо по центру, или к флагу, или в лунку. Мяч со свистом срывался с клюшки, вгрызался в грин с обратным вращением или скакал вниз по фэйрвею с топ спином[54]. И получалось это легко, совсем без усилий. Так почему бы каждый раз не делать то же самое? Ведь мы уже продемонстрировали, что физически это возможно, и если повторить успех не удается, значит, причина в личности того, кто бьет по мячу. Просто внутри нас, где-то в самой сердцевине нашего «Я», живет ощущение, что, в сущности, мы плохие, и каждая неудачная игра свидетельствует о том, что избавиться от этого ощущения невозможно. Сократ устами своего представителя Платона говорил, что из понимания добра автоматически следуют добрые дела. И все равно в ходе игры мы по примеру персонажей Достоевского, словно извращенцы, предаемся самоистязанию, кляня себя за собственное несовершенство.

Возьмем, к примеру, две самые распространенные ошибки – удар сверху и поворот головы. Обе они – продукты беспричинного волнения. В первом случае это страх оттого, что мяч куда-то денется, если мы хоть на мгновение замешкаемся. Вторая ошибка тоже вызвана страхом – на этот раз оттого, что мяч потеряется, если наша голова останется неподвижной. В результате мы становимся свидетелями сотен ударов в землю, топов, слайсов, шанков. Из собственного опыта мы знаем, что головка клюшки набирает идеальную скорость, когда ладони спокойны, руки пассивны, выход из замаха замедлен, а если отведешь взгляд, то контакта с мячом не будет. Тем не менее наше примитивное внутреннее чутье вкупе с необузданными желаниями и вбросом адреналина позволяет нам легко обуздать с трудом приобретенную мудрость. Примитивное мужское начало, идущее еще от Адама, требует убить этот мяч и заодно посмотреть, куда он полетит. А все оттого, что нам не хватает глубоко посеянного зерна веры, которая делает свинг плавным, а движение частей тела – гармоничным.

Правильный свинг – это паутина, нити которой, вопреки здравому смыслу, скреплены крохотными кусочками веры. Сгибать ноги в коленях, слегка приседая перед мячом, не кажется естественным. Наоборот, кажется, что из-за этого теряется сила прямых ног. Для нас, американцев, привыкших метать томагавки, кажется противоестественным делать удар низким и бить как бы изнутри. Нам хочется ударить сверху и хрястнуть как следует, чтобы мяч улетел в соседний штат. А что уж говорить о переносе веса на левую ногу, который ощущаешь либо легким нажатием на правую, либо движением левого бедра, либо тянущим движением вниз прямой левой руки, словно тянешь за веревку. При этом появляется такое чувство, как будто мы собираемся прыгнуть с обрыва в бесплотный воздух. Нет уж, спасибо. Лучше уж мы твердо упремся в правую ногу подальше от края обрыва и с усилием черпанем мяч на двадцать метров сильно влево.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.