Я вскинула на Адамса взгляд.

Почему?

Потому что один из них мой информатор, а другого я нарекла убийцей, но я и так собиралась сдать «травокура». И вообще, был ли смысл притворяться, что я их узнала? Ни за что не поверю, что у копа охренеть какое острое зрение и в то, что он издалека разглядел кепку «Снаффа». Но, есть одна вещь, которая меня по-настоящему радует – Адамс никогда не узнает о том, что «Маркер» работает на меня. Пусть он видел нас вдвоем, это ничего не доказывает.

Пока я лично не скажу, что парнишка, мой информатор, ничего не случиться.

ГЛАВА 21

– Я не особо-то на них смотрела. – Доев круассан, я откинулась на спинку дивана, довольно потирая живот. Взгляд Адамса тут же приварился к месту, которое я гладила, отчего я почувствовала себя некомфортно. Поборов очередную волну дрожи, я схватила стаканчик с кофе, делая глоток. – Ты забываешь, что я журналист. Меня занимают события, а не мальчики. Это, скорее они заинтересовались мной. – Проговорила я самой себе, припоминая, как липкий взгляд «Снаффа» лип к моей заднице. – И не упомянула я их, только потому, что была занята, думая о мотивах убийцы.

– То есть, в тот день, ты их впервые встретила и лично не знаешь. – С подозрением, подытожил коп.

– Верно.

– Но, парень в кепке ошивался рядом с тобой. Ты видела фотографию и могла указать на него.

– Я же сказала, что плохо запомнила его лицо. А бейсболка, – я выдохнула, – знаешь, сколько таких любителей головных уборов?

– Мы говорим о конкретном человеке. – Ага, о том, которого ты и без меня прекрасно рассмотрел, но почему-то выносишь мне мозг расспросами. Почему бы ему не допросить мать «Снаффа» и не поинтересоваться, где торчит ее любимый сынок? Или выйти на его друзей? Я – то здесь причем? Скажи я, что узнала «травокура», это что-то бы изменило? Старуха бы осталась жива? Нет. Ситуация изменилась, и теперь, парень занял роль не преступника, а жертвы. – Странно то, что его лицо ты плохо запомнила, а тело Фармер описала детально. – С издевкой, проворчал Адамс… намекая на мою хреновую ложь?

– Я не описывала тело Фармер.

– Не вслух, но знаешь, как она выглядела.

– Потому что у меня была фотография.

Коп сузил глаза, опустив руку и положив ее себе на бедро.

– Ах, да. Твои «гоблины» были на месте преступления, еще и снимок сделали. Могу я взглянуть?

Оттого, что я покажу ему отправленное «Маркером» фото, не сделает Адамсу погоды, как и не поставит парня в рисковое положение. В сведениях файла значиться только время и дата получения файла. Вытащив из кармана халата сотовый, и выискав в «галереи» нужную фотографию я отдала копу мобильник. Он долго смотрел на экран, после поводил по нему, приблизив изображение.

– Во сколько, говоришь, информаторы нашли тело Фармер?

– В два тридцать ночи. – Выдохнула я, наблюдая за сосредоточенным лицом копа. – Но, фото я получила после полудня.

– Понятно. – Он отдал мне телефон. – Перекинь мне ее. – Адамс успел что-то разглядеть, чего я не увидела? Но, что? Я вижу только тело, траву и больше ничего. Мысленно выругавшись, я отправила файл на номер копа. – А теперь, покажи лицо второго парня. – Достав из кармана куртки фотографию, он протянул ее мне. – Его-то, ты точно хорошо разглядела.

Намекает, что успел увидеть, как я беседую с «Маркером»? Я точно знаю, что мудак не мог видеть больше положенного. Когда мы с информатором приехали в Брентвуд, он не показывался среди полиции, а значит, заметил нас только тогда, когда шел к своей машине. Или Адамс пытается подловить меня на реакции? Хорошо, что он не стал свидетелем, как я обняла парня, перед тем, как поехала в полицейский участок, а то потом придумывай отговорки, с чего я вешалась мальчишке на шею. Успокаивает то, что мой указующий перст не приведет Адамса к реальному умозаключению и для него, он останется всего лишь другом «Снаффа»/воспитанником миссис Аспен и просто парнем из Брентвуда.

Я взяла фото в «Зиплоке». Придурок ручкой отметил каждого парня стрелочкой и подписал прозвища.

Что? Одна извилина и та плохо работает? Не можешь запомнить элементарные вещи?

Выдохнув, я притворно изучала лица мальчишек. На снимке, мой связной на год младше и без неизменного капюшона, в котором постоянно утопает.

– Похож на этого. – Я ткнула пальцем на «Маркера».

– Мг. Ты говорила с ним? Спрашивала о Фармер?

– Да, но он толком ничего не рассказал. – Пожав плечами, я положила снимок на стол. Ох, не нравится мне его открытая подозрительность. – Только то, что кто-то убил местную девушку. Никси. Я спросила, хорошо ли он знал Фармер, а парень ответил, что они пару раз переспали и на этом все. Мол, она со многими встречалась. – Я не лгала. Ведь это слова информатора.

– Понятно. – Задумчиво протянул Адамс. – Ладно. Давай съездим в Брентвуд и поговорим с матерью Сайфа. Уверен, она должна знать друзей своего сына.

– Окей, тогда я пошла собираться. – Поднявшись с дивана, я протопала в ванную, на ходу сдергивая полотенце с головы. Встав у зеркала и вооружившись феном, я врубила штуковину, обдавая себя горячим воздухом.

И на что только Адамс надеется? Матери «травокура», по словам старухи, по-прежнему глубоко плевать на своего сына, так с чего бы ей знать что-то о друзьях любимого чада? Все, что ее волнует, так это личная жизнь, а не проблемы «Снаффа». Не думаю, что копу удастся выяснить что-либо полезное для расследования. Единственное, что может всплыть, это адреса парней, но это при условии, что Бьянка хоть однажды интересовалась, куда уходит ее сынок. Нет-нет. Будь она хорошей матерью, то «Снафф» никогда бы не влетел в неприятности, не связался с дурной компании, как и не подсел на траву.

Боже… мне не дает покоя фотография, которую я отправила Адамсу. Зачем она ему на самом деле? Мне надо было рассмотреть ее на ноутбуке, а не через мобильник. Вдруг, там действительно есть что-то такое, что укажет на одного из мальчишек или… «Маркер» же не идиот, заснять Фармер и при этом, зацепить свои ноги?

Высушив волосы, я вернулась в гостиную, застукав Адамса за изучением моей квартиры. Хмм… он уже был здесь, с чего такое любопытство? Ничего же особенного. Минимализм в реальности и меня он вполне устраивает: у левой стены, диван, на котором я люблю валяться, когда обдумываю статьи. Кстати, предмет мебели, обшитый темно-серым бархатом, удивительно воздействует на мою мозговую деятельность. Выражаясь буквально: только лежа на нем, я могу сложить картинку в цельный паззл. Кофейный столик с кипой газет за прошлые недели. На той же стороне, ютиться мое рабочее место: ноутбук и незаменимый МФУ. У окна, книжный стеллаж. На полках, помимо томиков, пылятся виниловые пластинки Уолтера.

Давно надо от них избавиться. Проигрыватель, я ему уже починила… сбросив рухлядь с третьего этажа. Остается, отправить в мусор еще и это барахло.

По правой стороне, стенной шкаф – громадина, десять на десять футов,44 неплохо справляется с ролью перегородки, разделяя площадь на две зоны: спальное место и кухню. В островке между гардеробом и стеной, кровать.

Ииии… собственно, все. Конеееечно, родители хотели купить мне квартиру в самом центре Ди-Си, на последнем этаже, с выходом на крышу, откуда можно наблюдать за ночным городом или ту, где есть бассейн, но я наотрез отказалась. Я достаточно взрослая, чтобы себя обеспечивать. К тому же… папа с мамой могут в любой момент заявиться ко мне и увидеть, чем я занимаюсь с мужчинами… в бассейне.

Подойдя к шкафу, я стянула с полки джинсы и кофту. Из встроенного комода – нижнее белье.

Адамс выдохнул, обратив на меня все свое похотливое внимание. Ага. Именно похотливое. Судя по тому, как зажегся его взгляд при виде черных кружев, его голову едва ли занимало расследование.

Проворчав на французском, что он озабоченная скотина, я зашагала обратно в ванную комнату, чтобы переодеться.