В больнице нас естественно к праваку не пустили, я сказал штурману, что попробую решить вопрос. Взял купленную красивую коробку конфет и обойдя по периметру всю больницу, попал в приемную глав. врача. Там поулыбавшись, вручив конфеты, попросил срочно позвонить во Владик по городскому на межгород. Пять минут, и на связи Лена. Прошу, чтобы Папик приехал завтра к вечером и с 19 до 21 часа ждал меня, где прошлый раз. Мне в общагу пока не звонить. Если меня не будет, подойдет человек, скажет «Лена-покажи колено» и пусть Папик возьмет то, что передадут. Но это на крайний случай.
Снова обошел все, ничего подозрительного не заметил. Штурман уныло сидит в коридоре и ест пирожное.
— Ну что?
— Да ничего тыщ майор… Похоже, его здесь и не было. А врачам сказали записывать данные тех, кто приходит.
— Шпионские игры?
— Тут вы правы. Кстати, хорошее название для фильма.
Едем обратно. Настроение не очень, еще и на выезде останавливают ГАИшники. Мы в форме, глянули и пропустили. Нужно будет Папику сказать, чтобы ночью не ехал. Машин мало, остановят и спросят «Что везешь, кума?…» И привет. Всем нам. из-за решетки.
В общежитии поразмышлял над информацией из иной реальности. В настоящее время принимают на вооружение систему поиска «Коршун». Переходят к РГБ которые принимают низкие частоты, производить анализ спектра подводного шума с помощью фильтров. ПЛА обладает индивидуальным шумом 1 Гц и он находится внутри широкополосного шума, то для его выделения необходимо использовать акустический фильтр, который будет пропускать шумы с такой же частотой, увеличивая тем самым соотношение «сигнал-шум» и создавая лучшие условия для обнаружения. Применение фильтров с различной частотой пропускания увеличивает время обработки. Считается, что оптимальная ширина фильтра должна соответствовать самой узкой полосе индивидуального тона ПЛ, которая, в зависимости от условий, изменяется от 0,01 до 1 Гц. Поскольку дискретные шумы для конкретных ПЛ оказались достаточно индивидуальны, то появился термин «акустический портрет». Шумы обтекания корпусов ПЛ располагаются в диапазоне частот 30–50 Гц. Часто бывало с нашими лодками, когда отслаивались листы резины с корпуса и начинали вибрировать.
Отдельные пики могут возникать при прохождении лопастей винта через расположенные перед ним вертикальный и горизонтальный стабилизаторы, из-за флуктуации кавитации. Выступающие части на корпусах ПЛ также приводят к возмущениям в плоскости вращения винта. Силы эти периодичны, и у ПЛ, имеющих 5–7 лопастные винты, распределены в диапазоне от 2 до 40 гц. В отдельных случаях при срыве потока с лопастей винта, в том числе и на малых скоростях, не исключается появление вихревого шума в диапазоне частот до 100 Гц.
Увеличение количества лопастей, это уменьшение оборотов и снижение порога возникновения эффекта кавитации.
То есть «низам» стали уделять большее внимание. Появились РГБ-75, которые обеспечивают прослушивание подводной среды в инфразвуковом и низком звуковом диапазонах частот. Диапазон от 2 до 60 Гц. Однако, расчет делался на уровни шумов, которые создает лодка на высоких скоростях При движении до 8 узлов, дальность действия РГБ-75 уменьшалось до нескольких километров.
Еще одно новшество, РГБ-15, позволявшие работать с ВИЗ (взрывные источники звука). Самолет после постановки РГБ-15, сбрасывает мини-бомбы, их отраженные после взрыва сигналы от подводных лодок и принимают буи. Проблема в ЭВМ. Для анализа, нужно быстродействие, которого БЦВМ «Аргон» дать не могла. Пришлось увеличивать ее размеры. По этой причине все это хозяйство никак не могло бы разместиться в Ил-38, а только в здоровенном Ту.
Принятие «сырой» системы с большим количеством отказов — вот что получили в итоге. Несомненно, это был шаг вперед, но ожидаемого не получили.
Если не изменяет память, в 1986 году происходило совещание у министра авиационной промышленности. Где было принято решение о дополнительных испытаниях и доработке «Коршун». А причина — неверная модель оценки шумов подводных лодок противника. А отсутствие вычислительной техники с высокими характеристиками это следствие.
Получалось — хорошая платформа это Ил-38. Но в него не всунешь электронику с нужными характеристиками из-за габаритов. А когда что-то стало получаться, ПЛАРБ США получили ракеты, которые позволяли накрывать всю территорию СССР, находясь в районах прикрытых авианосными группировками и истребителями в Японии и на Аляске.
Приближается и катастрофа Ту-16 Каракозова. А там и май 1984-го, когда рванет хранилище боезапаса Северного флота. Взрыв по виду «гриба» очень будет напоминать ядерный.
И по Неудачину не получилось. Да, его на месяц отстранили от полетов, якобы по медицинским показателям. То практически день в день его катастрофы на Як-38, его насмерть сбивает грузовая машина в гарнизоне.
Может я взялся не за свое дело? И у смерти есть свой план, как в каком-то увиденном мной фильме, еще в той реальности?
В воскресенье были в компании в ДОФе. Там я сумел ускользнуть от наблюдения через окно на первом этаже. И с одним из АОшников перетащили гирокомпасы в кусты за Нижним городком. Там оставил его сторожить, а сам пошел по дороге встречать машину Папика. Все прошло нормально, главное АОшник не видел Папика и его «Москвич». Посоветовал ему отстояться в кустах, переспать в машине, а утром ехать во Владик. Так будет безопаснее. Попросил найти еще один телефон, на который я смогу звонить. На квартирный звонить — это лишний риск.
На следующий день нам довели итоги расследования катастрофы нашего Ил-38. Согласно телеграммы, проверяли топливную систему и все цепи проводок электропитания. Причина — короткое замыкание, приведшее к пожару.
Весь полк два дня был на стоянках самолетов, я занимался в классе эскадрильи, готовил отчет для штаба флота.
Заслушивание было назначено на 10.00 во вторник. Ехать будем на УАЗе командира вчетвером. Я, начальник разведки и штурман полка. Четвертый — наш инструктор по комсомолу. Прихватили с собой одежду для наших в госпитале. Что жены передали, то я и взял.
По поводу моего исчезновения из дома офицеров ничего не сказал, даже ухом не повел. Как будь-то, и не было ничего.
Во время поездки ничего важного не обсуждали, «И о погоде…».
В штаб флота прибыли практически вовремя. Нас разместили на втором этаже в классе подготовки к занятиям. Сказали развесить схемы и готовится к докладу. Развешивать мне было особо нечего. Это моряки любят свои «хоругви» размера два на три метра. А у меня скромненько. Говоря по нашему, формат А-1.
Кроме нас присутствовали офицеры от ПЛБ, разведки, штурманской службы и от операторов. В углу скромно сидел наш прикомандированный «комсомолец». Кстати, никто и не поинтересовался кто он и откуда. И в штаб его пропустили без пропуска.
Прибыл НШ ТОФ, вскочили — «Товарищи офицеры». Махнул рукой, все снова сели.
Вводную часть доложил капраз из оперативного отдела. Минут двадцать рассказал о своих проблемах. вообщем, я это слышал от него в прошлый раз.
Меня представил наш штурман полка.
Подошел к схеме, взял указку и начал доклад. О принципе нового способа поиска, эффективности, количестве обнаружений, поисковой производительности и расхода РГБ на одно обнаружение.
— А сколько людей похоронили на одно обнаружение? С места рыкнул нач. штаба.
— Извините товарищ вице-адмирал, я сам с ними в самолете был. Занимался поиском, а не груши околачивал.
— Не, ну гляньте на этого летуна…
— Я не летчик, я штурман.
— Да мне похеру кто ты, из-за твоих фантазий погибли люди!!!
— Разрешите продолжать, товарищ вице-адмирал?
— Ну давай. Птица. насрал так, что в Москве завоняло… Пробурчал он.
Я быстренько закончил и вернулся за стол.
Пауза затянулась минут на пять… Затем слово взял кап. два из отдела ПЛБ
(Противолодочной борьбы). Рассказал о статистике обнаружений, о достигнутых результатах по теме «Нетрадиция». Охреносоветь… они уже и тему открыли.