– Сними штаны, – спокойно произнес я. Даже слишком, учитывая, что у меня на уме. Нижняя губа мужчины отвисла от шока.

– Что?

– Ты его слышал, – крикнул кто-то сзади. Глаза предателя заметались, прикидывая есть ли у него иной выбор, кроме как подчиниться. Он поступил мудро: схватился за пояс дешевых джинсов, расстегнул их и бросил на пол. Мужчина дрожал, но твердо стоял на месте.

– Полностью. – Я не обращал внимания на то, что мы в комнате, где куча людей.

– Простите?

Я раздраженно вздохнул, потянулся за пояс и достал один из пистолетов, прикрепленных на всякий случай. Оттянул затвор и зарядил патронник. Кажется, это заставило парня подчиниться. Едва он увидел оружие, как начал реветь и скулить, капля мочи упала на бетонный пол. Рабочие вокруг напряглись, но стояли на месте. Не зря, ведь с растущим раздражением я бы сейчас перестрелял что угодно, просто ради острых ощущений. Подозрения подтвердились, когда мужчина обнажился. Нам сообщили, что кое-кто сегодня особенно нервничал на рабочем месте. Он именно тот, кого мы ищем.

– Я… я могу объяснить.

– Правда, что ли? – приподнял я брови, сложив руки на груди в ожидании объяснений, как это оказалось у него в интимной зоне.

– Ну, эм… – заикаясь, начал лепетать он.

Если бы у него действительно был внятный аргумент, он бы уже его выдал. Я не стал тратить время на этого жалкого человека. Прежде чем он успел выдавить еще хоть слово, я спустил курок.

Грязные глаза распахнулись, шок исказил черты лица в тот самый момент, когда пуля вырвалась из ствола и вошла в лоб.

Кровь расплескалась, и тело рухнуло назад на стол. По всему помещению пронесся коллективный вздох.

Я сунул ствол обратно в кобуру на спине, скрытую под пиджаком.

– Кто-нибудь, приберите здесь.

Люди вокруг начали двигаться и принялись за дело. Подойдя к переднему ряду, я прочистил горло, чтобы заглушить смятение в зале. Бросил взгляд на Хейза, на лице которого сияла садистская улыбка.

– Мы не будем терпеть воровство, обман и предательство. Это не входит в часть нашей деловой морали, – заявил я, повернувшись к оставшимся в живых лицам, полным ужаса. – Платим щедро. Не правда ли? – Я наклонился к молодому парню в первом ряду.

Он боялся смотреть на меня, словно я мог убить его одним лишь взглядом.

– Да, сэр, – прошептал он.

– Я не безрассудный человек. Если возникнут трудности, обращайтесь ко мне. Но я не потерплю, – я махнул рукой в сторону парня, за которым уже прибирали, – предательства.

Хейз встал рядом со мной, как бы поддерживая сказанное.

– Если вы не согласны с моими методами, – продолжил я и указал на дверь, – если хотите присоединиться к противоположной стороне, уходите. Никто вас не держит.

Поколебавшись, один парень в третьем ряду вышел из строя и пробормотал под нос:

– Да пошло все к черту. Беккет не…

Я не расслышал последней части, да это и не неважно. Он уже пересек черту и тем самым подписал себе приговор.

В одно мгновение я выхватил пистолет и всадил в его лоб пулю прежде, чем он успел понять, что произошло.

Его тело глухо ударилось о бетон, и в тот же миг, когда по залу прокатились возгласы, наступила такая гробовая тишина, что, если уронить булавку, будет слышно.

Я снова убрал оружие.

– Ясно выразился?

Вам когда-нибудь доставляли столько удовольствия, что вы ни о чем другом думать не могли, только бы вернуться в то блаженное состояние? Я о том самом состоянии, когда не просто на седьмом небе, а едешь на поезде наслаждения. Член, от которого между ног все ноет, невероятный опыт и дикое желание повторить снова. Даже самые обычные бытовые дела перерастали в потенциальные мечты. Мою посуду: а что, если меня возьмут сзади? Принимаю душ – прижмут к стене? Забираю почту: может, прям тут, на улице? Я просыпалась, думая о толстом сочном члене, и засыпала, желая материализовать его в свою прожорливую дырочку.

Я листала анкеты в приложении знакомств, но ни один из парней не вызывал во мне того трепета, по которому я сходила с ума. Я даже подняла возрастное ограничение, молясь, что вдруг наткнусь на того парня из бара. Не то чтобы я привыкла гнаться за кем-то столь отчаянно, но время от времени приходилось идти на крайние меры. И только мысль о той ночи, переплетенной с безумным удовольствием, заставляла меня сделать почти все, лишь бы снова словить тот кайф.

Прошла неделя. Семь рабочих дней на нескольких подработках и жизни с идиотскими соседями, а я ни разу не встретила таинственного мужчину. Каждую ночь я протирала столы и поглядывала на угловую кабинку, где он обычно сидел, и думала, куда, черт возьми, он запропастился. Не потому, что я влюбилась или что-то в этом роде. Я всегда четко разграничивала личную и рабочую жизнь. Похоже, он не хотел видеться. Стал реже появляться в баре: сначала пару раз в неделю, а потом и вовсе пропал.

Мне даже не нужно было знать его имени, анонимность меня устраивала.

Хочет ли он снова встретиться? Сидит ли в тюрьме за то, что избил того придурка?

Но мне оставалось только сводить счеты с приложением для знакомств, надеясь, что случайный мэтч сможет утолить голод.

– Уйдешь пораньше? – спросил Джек, опираясь локтем о стойку. – Довольно пусто, похоже, никто больше не придет.

Я выпрямилась и окинула взглядом зал.

– Решай сам, ты босс. Сорок пять минут никак не повлияют на мой пустой кошелек, а шансы, что кто-то тут оставит чаевые, нулевые.

– Ладно, иди. – Он кивнул в сторону кухни. – Могу позвать кого-нибудь, если потребуется.

– Спасибо. – Я спрыгнула со стула, взяла бутылку воды и поместила ее на полку среди остальных.

– Увидимся завтра, Джун. – Джек кинул тряпку через плечо.

Он хороший парень. Немного неловкий в вопросах менструации, но какой мужчина не таков? Он любезно взял меня, когда мне понадобилась еще одна работа, и давал подстраивать график, когда две другие смены брали верх. Этот захудалый бар – настоящая дыра, но это моя любимая работа, а я повидала немало, уж поверьте. Серьезно.

Я вышла за дверь, встретив шагающую пару, которая чуть не сбила меня с ног. Они висели друг на друге, шепча глупую сладкую чушь о любви. Я покачала головой и повернула в ту сторону, откуда они шли, – район Хейвен, известный добротным количеством баров, где можно спокойно выпить на улице из открытых бутылок. Будешь в Хейвене – тебя не поймают. Выйдешь за его пределы – примут за распитие алкоголя.

Я достала телефон и отправила сообщение потенциальному любовнику, написав, что закончила раньше и могу встретиться скорее. Очень надеялась на встречу, ведь я была готова оттрахать последнего партнера из списка в надежде выкинуть член таинственного незнакомца из головы.

Могла бы написать Коре и потусить с ней, но у меня крутилась навязчивая мысль, и я не хотела беспокоить подругу, чтобы потом бежать на встречу с каким-нибудь чуваком. Я собиралась увидеться с ней завтра, так что этой ночью решила ехать в одиночку.

– Извините, – сказала я группе парней у входа в бар, – можно пройти? – Они не шевельнулись, и я повысила голос: – Отойдите.

Их глаза расширились, они еле пробормотали «извините» и сдвинулись.

– Сучка, – донеслось от кого-то из них.

Я остановилась, перебирая в голове разные сценарии. Их пятеро, я одна. Они в стельку пьяны, а я слишком трезвая. Я могла бы одним ударом в горло уложить парочку из них, прежде чем остальные успели бы вмешаться. Но это бы создало хаос и, возможно, загубило мои шансы на вечер. Я вздохнула и выбрала более безопасный путь.

Ухватив ручку двери, я резко распахнула ее, врезавшись в одного из придурков.

– Ой, – сделала я виноватый вид, будто случайно. И тут же, не удосужившись выслушать их дикие возмущения, шагнула в шумный бар.

Я протиснулась через толпу, оставив идиотов позади, и молча молилась, чтобы парень, с которым я назначила встречу, не оказался таким же козлом.