Поль д'Ивуа

«Невидимый враг»

Часть первая

КОРСАР ТРИПЛЕКС

Глава 1. В адмиралтействе

12 августа 189… года началось очередное собрание Комиссии «Б», учрежденной при английском адмиралтействе. В августе дома лондонской знати пустеют. Банкиры, сановники, лорды — одним словом, все, кого коснулась волшебной палочкой фортуна, уезжают на дачи к морю. От Брайтона до мыса Корнуолл, от острова Уайт до мыса Рат все морские купальни, озерные станции и водные курорты кишат радостными семьями, жаждущими отдыха и чистого воздуха. Многих не пугает и переезд через море. В Остенде, Дюнкерке, Булони, Мейвиле, Дьеппе, Трувиле, в Бретани, Дофинэ, Оверни и в Тарнских ущельях с первым прилетом осенних птиц появляются клетчатые пары джентльменов и матросские шапочки молоденьких белокурых мисс.

Вот почему Комиссия «Б» собралась только в числе трех человек. Но эти трое стоили целой армии. Они никогда не отдыхали и без устали ткали ту огромную паутину кабелей и телеграфных проводов, которой англичане думают опутать весь мир.

Итак, председатель лорд Стэм и члены комиссии баронет Геликс и сэр Торпедо сидели за работой. Перья их громко скрипели, и из-под них выходили те краткие приказания, которые, облетая весь земной шар, смущают людской покой.

Время от времени то один, то другой из джентльменов поднимал голову и бесстрастно спрашивал:

— Какого вы мнения об устройстве небольшого возмущения в Меконге для отвлечения внимания французов от Нигера?

Или:

— Не послать ли пять тысяч скорострельных ружей туземцам Камеруна, а то Германия уж слишком рьяно занимается нильским вопросом?

— Мы согласны, — всегда был ответ.

— Олл райт!

И заседание продолжалось.

Вдруг открылась дверь, и в залу быстро вошел курьер адмиралтейства.

Члены комиссии оставили свою работу и беспокойно посмотрели на прибывшего. Нужно было случиться чему-нибудь очень важному, чтобы вопреки всем обычаям комиссию побеспокоили во время заседания.

На бархатной подушечке, которую держал курьер, лежало распечатанное письмо.

— Что это, Симми? — неуверенно спросил лорд Стэм.

— Письмо, полученное Ее Величеством королевой. Ее Величество направляет это письмо для подготовки ответа, наиболее соответствующего интересам Англии.

— Хорошо… Давайте его сюда. Можете идти…

Курьер, поклонившись, вышел.

Благородный джентльмен развернул письмо и медленно прочитал его вслух. Чистейший английский склад речи не оставлял никакого сомнения в национальности отправителя. Вот, что он прочел:

«11 мая 189… года.

Ваше Высокочтимое и Высокомилостивое Величество! Я знаю, что Вы добры, что Вы не способны причинить кому-либо зло, но министры Вашей Милости смотрят на дело иначе. Они громко заявляют: „Народ благоденствует!“, но народ тихо отвечает: „Неправда!“.

Я взываю к правосудию по поводу недостойных деяний, совершенных, конечно, помимо Вашего одобрения и могущих запятнать славное царствование Вашего Величества.

Об одном из этих деяний я должен молчать, о другом скажу.

Я буду говорить о главном начальнике полиции английских земель, омываемых Тихим океаном (Австралии, Малакки, Борнео, Новой Гвинеи, нескольких архипелагов, Новой Зеландии, Тасмании, китайских и японских факторий, западных частей американских владений и Канады), сэре Тоби Оллсмайне, пребывающем в Сиднее в своем отеле на Парамата-стрит. Этот человек сам должен сидеть в тюрьме, а не заключать в нее других. Ваше Величество, Вы узнаете правду, если назначите серьезное расследование. Я надеюсь получить ответ, но считаю своим долгом предупредить Вас, что, оставаясь почтительным слугой Вашего Величества, в случае молчания в течение трех месяцев я сочту себя оскорбленным в своих правах. Сохраняя полное уважение к закону, я вспомню, что я — свободный гражданин, и объявлю Вашей предательской администрации войну. И тогда берега Тихого океана будут трепетать при одном звуке моего имени.

С полным уважением и верностью к Вашему Величеству.

Триплекс, в скором времени корсар, если Вам так будет угодно».

Председатель закончил. Все молча переглянулись, не зная, как отнестись к дерзкой выходке неизвестного корреспондента.

Наконец, лорд Стэм понял, что он как председатель должен говорить первым.

— Не находите ли вы, — сказал он, — что это письмо написал какой-нибудь безумец?

— Мы тоже так думаем, — дружно ответили Геликс и Торпедо.

— Олл Райт! Значит, решаем оставить письмо без последствий?

— Да.

— Более того, письмо помечено одиннадцатым мая. А сегодня у нас уже 14 августа. Таким образом, указанный в письме срок истек.

— Совершенно верно.

Председатель, довольный решением вопроса, взял синий карандаш и написал на письме обычную фразу: «Оставляю без последствий, по единогласному мнению присутствующих членов комиссии».

Но в тот момент, когда он жирной линией подчеркивал написанное, дверь отворилась, и снова вошел курьер Симми. На бархатной подушке теперь лежало несколько бумаг.

— Каблограммы, — сказал он.

И, положив депеши на стол, курьер вышел.

На лицах присутствующих отразилось изумление. Таких случаев, чтобы заседание было нарушено дважды за один день, прежде не бывало в практике комиссии.

Забыв всю свою флегму, все потянулись за депешами, взяли по одной, пробежали их глазами и вскочили с мест.

— О! Это очень важно! — в один голос вскричали все трое.

Лорд Стэм взял ластик и тщательно стер только что написанную резолюцию на присланном королевой послании.

— Нет, этот Триплекс вовсе не тупоголовый безумец, — пробурчал он.

— Вовсе нет! — подтвердили Геликс и Торпедо, склонив головы.

Председатель несколько удивленно посмотрел на своих сотрудников. Как могли они подтвердить его замечание, если он прочитал телеграмму про себя? Но, увидев в их руках бумаги, он шлепнул себя по лбу.

— Депеша прислана в трех экземплярах, так?

— Именно так.

— В трех… ввиду исключительной важности.

— Совершенно исключительной…

— Она помечена вчерашним числом, 13 августа.

— Точно.

— Отправлена из Викхэма, провинции Квинсленд в Австралии?

— Тут вы ошибаетесь, — возразил баронет Геликс. — Эта депеша из Эссингтона в британской Колумбии, из канадских владений.

— Что вы говорите? — вскричал председатель.

— Позвольте, — вмешался сэр Торпедо, — по-моему, вы оба ошибаетесь. Депеша из Сингапура, того, что близ полуострова Малакка.

— Взгляните сами: Уикхэм.

— А здесь: Эссингтон.

— На моей депеше ясно обозначено: Сингапур.

Все трое опять поднялись с мест и ошеломленные, сбитые с толку, стали передавать друг другу телеграммы. В конце концов они в изнеможении упали в свои кресла и схватились за головы.

— Вы что-нибудь понимаете? — пролепетал председатель.

— Ничего.

— Ведь невозможно же, чтобы один человек в один и тот же день, в один и тот же час был сразу в трех местах, отстоящих на тысячи миль друг от друга?

— Физически невозможно.

— Однако, эти депеши не лгут.

— Нет, они передают точные сведения.

— Постараемся успокоиться, коллеги, и разобраться во всем этом.

И, пододвинув к себе бумаги, до такой степени взволновавшие комиссию, председатель проговорил уже более спокойным тоном:

— Я должен перечитать их громко и внимательно.

Усевшись поглубже в кресло, он начал чтение.

— Первая каблограмма: Уикхэм, Квинсленд, 13 августа, во время отсутствия гарнизона, находившегося на маневрах, злоумышленники взорвали форт Уикхэм. На развалинах найдена приколотая перочинным ножиком карточка с надписью: «Триплекс, корсар (с 11 августа)».

Лорд Стэм взял следующую депешу.

— Вторая каблограмма: Эссингтон, канадские владения, 13 августа. Вовремя отсутствия гарнизона, участвовавшего в большой охоте, злоумышленники взорвали форт. На развалинах найдена карточка, проткнутая гарпуном: «Триплекс, корсар (с 11 августа)».