— Не имею представления. Вы-то как себя чувствуете? — заботливо спросил я, имея в виду, что всего час назад Перебатько можно было заподозрить в чем угодно, но только не в матримониальных устремлениях.
— Пустое, — махнул он рукой, — здоров как бык!
— Между прочим, это вы у Анны пытались отобрать дачу! — напомнил я.
— Неужели? Выходит эта дача её! — радостно воскликнул генерал. — Тогда совсем другое дело!
— Ах, простите меня, я оставила вас одних, — воскликнула горькая вдова, появляясь в гостиной. — Такой увлекательный сериал! Вы, надеюсь, одни не скучали?
— Конечно, скучали, — тотчас приосанился Перебатько, — не часто встретишь такую интересную женщину! Я как генерал...
— Так вы генерал?! — воскликнула прекрасная Анна, ласково улыбаясь. — Обожаю военных! Вы, наверное, очень импозантно выглядите в форме!
Мне показалось, что я становлюсь лишним, и я отправился к Даше. Однако ей было не до меня, она приводила себя в порядок после наших передряг, и заперлась в ванной комнате. Слоняться по чужой квартире был неловко. Я устроился в её комнате и взял какую-то книгу, посвящённую творчеству великого актера, и начал рассматривать фотографии.
— Интересно? — спросила внучка, войдя к себе и плотно прикрыла за собой дверь. — Не хочешь принять ванну?
— Хочу, — ответил я, стараясь не смотреть на нее. Даша была в короткой рубашонке, едва прикрывавшей талию. — Там генерал клеит твою маму, — порадовал я дочь.
— Ничего, она сумеет за себя постоять, — ответила она, забираясь в постель, — скорее мойся, так хочется спать...
Я намек понял и не заставил себя упрашивать. Когда вернулся спустя несколько минут, то застал подругу под одеялом, она крепко спала, зарывшись лицом в подушку. Мне не осталось ничего другого, как последовать ее примеру.
Проснулись мы рано. В квартире было тихо. Я оделся и вышел из комнаты. На кухне за столом сидел генерал в одних трусах и пил кофе.
— Доброе утро, — сказал я, удивившись его вольному поведению в чужой квартире.
Генерал небрежно кивнул.
— Как спалось на новом месте?
— Нормально, — ответил он и вдруг зычно крикнул, — Анюта, поди сюда!
Тотчас появилась улыбающаяся хозяйка, тоже очень легко одетая. Генерал притянул ее к себе, фамильярно хлопнул по мягкому месту и усадил на колени. Дашина мама хихикнула и состроила мне глазки. В мое время мамы, да, пожалуй, и дочери, при посторонних вели себя не так откровенно, и я немного смутился. Перебатько весело мне подмигнул и засунул руку под символический халатик. Мне пришлось отвернуться и заспешить:
— Не буду вам мешать, потом поговорим.
— Погоди, — остановил меня он, — ты, правда, хочешь встретиться с Моргуновым?
— Хочу, — подтвердил я, глядя в сторону, чтобы не видеть происходящего. Вел себя генерал слишком вольно, я бы даже сказал, по-хамски. Впрочем, Дашину маму это не смущало. Вероятно, после сериала о сперматозоиде ей было море по колено.
— Баш на баш, ты меня устроишь к своему бурятскому шаману, я тебе организую встречу с Иваном Тимофеевичем. Согласен? — предложи он, открыто лаская хозяйские «первичные половые признаки».
О шамане я ему соврал, чтобы объяснить свою «моложавость», но тогда же оговорился, что тот умер.
— Шамана уже нет в живых, — уныло сказал я, ретируясь к дверям.
— Найди его учеников, нам с Анютой запас молодости не помешает! Правда, Анюта? Как тебе сегодня ночью, понравилось?
— Еще как понравилось! Ты, Саня, просто супермен! Он такой ненасытный! — добавила она, обращаясь ко мне. — Всю ночь мне спать мешал!
Слушать эротические намеки престарелых любовников мне не хотелось категорически.
— Хорошо, потом все обсудим, — быстро сказал я, выскакивая из кухни.
— Что это с тобой? — спросила Даша, когда я вошел.
— Ничего, — ответил я, — что-то мне у вас здесь не нравится.
— Да? — рассеяно сказала она. — Сейчас звонила Джил, просила передать, что тебя разыскивают друзья. У них какие-то серьезные проблемы.
— Что там еще могло случится! Не знаешь, как мне с ними связаться?
— Через Джил и свяжись, ты уже совсем встал или еще приляжешь? — загадочно улыбаясь, предложила она, отбрасывая одеяло. — Извини, я вчера тебя не дождалась...
Соблазн прилечь был, но я удержался и, стараясь ее не обидеть, сказал:
— Давай чуть позже, сначала нужно узнать, что там случилось. Позвони Джил, я с ней сам поговорю.
Не знаю почему, но здешняя эротическая атмосфера начала меня напрягать. Всё здесь происходило как-то слишком просто и откровенно. Никто ничего не скрывал. Всё-таки разные культуры не всегда совмещаются и у каждого времени свои представления об отношениях между людьми.
— Возьми, — сказал Даша, протягивая свой телефонный гребень.
— Здравствуй Юля, — сказал я, услышав знакомый голос, — как ты?
— Тебе звонил какой-то приятель, — не здороваясь, ответила она, — просил передать, что ты им всем нужен. Сказал, чтобы ты срочно приехал.
— И больше ничего не передавал?
— Нет, — ответила она и отключилась.
То, что она сказала, звучало как-то странно. Я не знал, куда уехала наша компания и где ее искать. И немного удивился тому, что Юля разговаривал не в своей обычной манере, а торопливо, холодно и почти официально.
— Ну, что? — поинтересовалась Даша. — Какие-то неприятности?
— Может быть, может быть, — ответил я, думая, что в этом случае можно предпринять. Единственной зацепкой оставалась квартира Льва Николаевича, других ориентиров я просто не знал. — Мне нужно кое-куда сходить.
— Мне пойти с тобой? — потягиваясь и сдерживая зевок, спросила она.
— Не стоит, лучше отдыхай. Я вернусь, как только освобожусь, — пообещал я, направляясь к выходу.
— Как знаешь. Будешь уходить, захлопни за собой дверь, — прячась под одеяло, сказала Даша, потом добавила, как говорится, со значением в голосе. — Будь осторожен.
Занятый своими мыслями, я, скорее всего не обратил бы внимания на тон, с которым говаривали обе женщины, но меня вдруг будто что-то подтолкнуло.
— Что-нибудь случилось? — спросил я, останавливаясь в дверях.
— Нет, нет, все в порядке, — быстро ответила она, незаметно делая предупреждающий знак.
Я её понял и кивнул. Похоже, что мои подвиги пока не кончились. Причем обходиться предстояло без посторонней помощи, Даша была напутана. Здесь явно что-то происходило и, вне всякого сомнения, касающееся меня. Я повесил на грудь броневой щиток, засунул за пояс кинжал, надел простреленный плащ, застегнулся на все пуговицы и пошел на кухню к генералу. Дверь была прикрыта, я распахнул ее без стука. Перебатько с хозяйкой сидели друг против друга, с сосредоточенными лицами. Романтическим отношением и недавней фривольностью между ними и не пахло.
Кажется, мое появление их не обрадовало, и на меня они посмотрели со скрытой тревогой.
— Что-нибудь случилось? — спросил я генерала.
— Нет, а что должно было случиться? — вопросом на вопрос ответил он, расплываясь в фальшивой улыбке. — Все прекрасно!
— Я так не думаю, — серьезно сказал я, — и если вы темните...
— Ну, зачем вы так! — явно волнуясь, воскликнула Анна. — Никто вас не собирается обманывать. Правда, Саша? Вы, кажется, собрались уйти?..
— Да, — сказал я, — но сначала мне нужно переговорить с генералом с глазу на глаз! Вы не могли бы оставить нас наедине.
Выставлять хозяйку с ее собственной кухни было наглостью, но мне так не нравилось поведение новых знакомых, что я спокойно переступил через вежливость и приличия.
Анна дернулась, но ничего не ответила, вопросительно посмотрела на генерала. Похоже, ночные страсти их сильно сблизили. Он поморщился как от чего-то горького и примирительно сказал:
— Ладно, Анюта, выйди, видишь человек не в себе.
Хозяйка пожала плечами и, независимо взмахнув полами прозрачного халатика, вышла.
Мы остались вдвоем. Александр Богданович по-прежнему сидел в одних трусах и это его, похоже, не смущало.