— ?Ммм… В общем не очень. Он привлекает слишком много внимания. Почему бы вам не примерить вот этот?
Кэсси сняла свой браслет, чтобы надеть на руку простой обруч, и передала его мне. Когда браслет лег в мою ладонь, я с удовольствием ощутила его тяжесть. Мне ужасно захотелось надеть его на собственную руку.
— ?И ничего на шею? — спросила Кэсси, защелкивая золотой обруч на обнаженном запястье.
— ?Нет, с таким воротником — ничего, — уверенно ответила я. Мое внимание привлекал браслет, который я держала в руке. — Достаточно обручей в ушах. Но вам нужно приподнять волосы по бокам.
Кэсси взяла у меня серьги и приложила к мочкам ушей.
— ?Видите? Безупречно, — сказала я.
— ?Да, вы правы. Это безупречно. Заверните их.
Она вернула мне серьги и протянула руку за браслетом. Мне и самой было странно от того, с какой неохотой я отдала ей браслет.
— ?Я вам расскажу, как он мне достался, — сказала Кэсси, заметив мои колебания. — На самом-то деле, если честно… я как раз поэтому и пришла. Можно мне присесть тут ненадолго? — Она глубоко вдохнула, явно сильно нервничая, и я встревожилась. Что тут происходит? — То, что я хочу вам рассказать, прозвучит довольно странно, так что вы уж наберитесь терпения. Речь пойдет о… о своеобразном приключении.
По моему телу прокатилась горячая волна.
— ?Я очень люблю путешествовать, но боюсь летать, — поспешила предупредить я. — К тому же я ведь единственная владелица бизнеса, так что мне трудно бросить все…
— ?Я говорю не о путешествии, хотя и поездки могут иметь место… — Голос и манеры Кэсси становились все более и более уверенными. — И возможно, вы скорее все поймете, если я расскажу вам о собственных приключениях.
И тут она начала рассказывать мне о себе, о том, как смерть мужа почти семь лет назад полностью перевернула ее жизнь. Не потому, что она так уж любила мужа, а потому, что вдруг осознала, чего была лишена долгое время, и от этого она грустила еще сильнее. И долгие годы подряд она чувствовала себя как бы онемевшей с головы до ног. Я прекрасно понимала это ощущение, и так ей и сказала.
— ?Да. Матильда говорит о некой «ауре печали», которая окружает некоторых людей. Она говорит, что сразу ее видит. И вокруг вас она увидела такое облако. Я подобным даром не обладаю, но уверена: вы знаете, о чем идет речь.
Понятия не имею почему, но мне вдруг захотелось излить душу перед Кэсси, и я сделала это без труда. Возможно, дело было в ее спокойствии, в ее сочувственном взгляде… Но я вдруг обнаружила, что рассказываю ей о предательстве Люка, о его книге, о том, как они с Шарлоттой разбили мое сердце, и теперь я не могу доверять не только мужчинам, но и женщинам тоже. Кэсси слушала молча, терпеливо, и я видела, что она все понимает.
— ?А теперь скажи: зачем ты пришла на самом деле? — наконец спросила я.
— ?Чтобы сделать тебе предложение. Но, чтобы принять это предложение, тебе придется довериться не только мужчинам, но и многим женщинам.
И тут Кэсси наконец произнесла это название — С.Е.К.Р.Е.Т. — и изложила невероятную идею общества: организовывать осуществление сексуальных фантазий, чтобы помочь женщинам почувствовать себя неотразимыми снова… а в каких-то случаях — и впервые в жизни.
— ?С.Е.К.Р.Е.Т., — сказала она, — открыл мне ту часть меня самой, о которой я до того и не знала. В твоем случае, думаю, речь идет скорее о пробуждении того, что всего лишь дремлет… Я права?
— ?Да… И уже почти восемь лет, — ответила я.
— ?О! Это очень долго. У меня не было секса пять лет, и я считала, что это ужасно!
— ?Что? Ох, нет! Нет-нет! Секс у меня был, просто не слишком хороший и с не слишком привлекательным человеком. Я имела в виду, что уже почти восемь лет я не чувствовала настоящей страсти, настоящей связи с мужчиной.
Кэсси поморщилась и кивнула. А потом подробно рассказала о том, как женщины, состоящие в обществе, добиваются пробуждения страстей.
— ?Мы организуем осуществление сексуальных фантазий. Твоих фантазий. Девяти фантазий, если быть точной. Ты проходишь через них в течение года и по завершении каждого Шага получаешь вот такую подвеску. — Кэсси показала на свой браслет. — А Шаг десятый — это тоже своего рода решение: ты либо остаешься в обществе, как это сделала я, либо идешь дальше своей дорогой и, может быть, завязываешь серьезные отношения, если оказываешься готовой к ним. Поняла?
Я перебрала подвески на браслете Кэсси, добравшись до той, на которой на одной стороне была римская цифра X, а на другой — слово «Выбор».
— ?Я сделала все Шаги, и это освободило меня от множества вещей, и прежде всего от страхов и сомнений в себе. Но остаться в обществе или нет — это свободное решение, и только таким оно может быть.
— ?Тайные сексуальные фантазии? В Новом Орлеане? — переспросила я, с трудом сдерживая смех. — Извини, Кэсси, но это самая большая чушь, какую только я слышала в своей жизни.
С одной стороны, мне хотелось встать и позвонить в полицию, чтобы эту женщину выставили из моего магазина. А с другой — я словно приклеилась к стулу, раскрыв во всю ширь глаза, уши и сердце.
— ?Знаю, что это звучит нелепо. Но уверяю тебя: это лучшее из того, что только могло со мной случиться. А от тебя только и нужно, чтобы ты или приняла, или отклонила предложение.
— ?А ты его приняла? — (Кэсси кивнула.) — В прошлом году? — (Она снова кивнула, и на этот раз уголки ее губ тронула улыбка.) — И ты в реальности пережила девять сексуальных фантазий с девятью разными мужчинами?
— ?Именно так, — ответила Кэсси, похоже сама удивляясь этому ничуть не меньше, чем я.
— ?И ты приняла решение остаться в этом… обществе, чтобы помогать другим женщинам?
Лицо Кэсси чуть заметно помрачнело, глаза потемнели.
— ?Вообще-то, нет. Я решила покинуть С.Е.К.Р.Е.Т., потому что… потому что влюбилась. В одного своего старого друга. Но… как говорится, всему свое время и место. В общем, все рухнуло. И мне только и осталось, что сохранить членство в этом обществе.
— ?Ох… Мне так жаль…
В комнате повисло тяжелое молчание, и мы обе задумались над всем, что только что прозвучало.
— ?Святое дерьмо! — только и смогла пробормотать я. — Но почему именно я?
— ?Всему свое время и место. Мы увидели тебя, заметили. И… ну, думаю, мы, скорее всего, правы: тебе это нужно.
Я окинула взглядом переполненный вещами, чересчур организованный кабинет.
— ?Наверное, это так, — признала я. — Но почему ты думаешь, что погружение в дикие сексуальные фантазии все исправит?
— ?Это не исправит все. Но тут вот какой фокус: исправится одно, а потом уже возникает нечто вроде лавинообразного эффекта в твоей жизни. По крайней мере со мной произошло именно это. Я не должна говорить тебе больше, чем уже сказала. Остальное, если тебя это заинтересовало, услышишь на собрании Комитета. Год назад я даже в глаза посторонним почти не могла смотреть, не говоря уже о том, чтобы просто поболтать с каким-нибудь незнакомым симпатичным парнем. А теперь — полюбуйся! Я делюсь своими самыми интимными тайнами с совершенно незнакомой женщиной! — Она посмотрела на часы. — Мне пора на работу.
Я вдруг перепугалась. Мне показалось, что, если Кэсси сейчас уйдет, я могу никогда больше ее не увидеть.
— ?Да, но что… что я должна сделать?
— ?Тебе стало интересно?
— ?Да! Нет… Немножко. Ох… Мне нужно обо всем этом подумать.
— ?Не спеши. Если ты решишь принять предложение, позвони мне. Я все устрою. А потом… все и начнется.
Что должно было начаться, и как, и с кем, и где? И как часто? И в какое время дня? Чокнутый контролер внутри меня нуждался в тщательном рассмотрении плана… Мне необходимо было знать все пути отступления и обсудить оборотную сторону вопроса, все взвесить, измерить и уравновесить… Вот так же в детстве я стояла на краю каждого бассейна и каждого озерца куда дольше, чем другие дети, нахмурив брови и погрузившись в глубокие размышления. А видно ли дно? А достану ли я до него? Если нет, я и прыгать туда не буду… И вот теперь я услышала довольно странное предложение от уверенной, свободной женщины, которая утверждала, что некогда была такой же растерянной и смущенной, как я…