Она сконцентрировалась на работе, стеснение в груди и спазмы в животе исчезли; она все более уверялась, что преступление было призвано измучить и уничтожить Кларков. Но оставался один вопрос – оно было направлено против конкретно этой семьи или преступнику подошла бы любая? И, что еще важнее, кто станет следующей жертвой? Все в этом месте преступления так и кричало, что если они не поймают убийцу, скоро нечто подобное повторится. Такого рода ритуальные преступления редко бывали одиночными.

Джеззи остановилась, обдумывая эту мысль. Это же не могло быть его первое убийство? Все указывало на отработанный навык, а не на дебют. Но тогда почему об убийце не было известно раньше? Она попыталась припомнить, но не могла отыскать в памяти похожих преступлений, совершенных за последние несколько лет. Она решила обдумать это позже.

Обезглавливания встречались редко, и в таких местах, как Фолдхаус с его опрятными домиками, две подобные жертвы выглядели еще более пугающими. Но даже не это беспокоило ее больше всего. Было кое-что пострашнее, нечто заставившее Джеззи окунуться в воспоминания – общая обстановка. Прищепки для одежды были прикреплены к носам, ушам, губам и пальцам жертв. Из ушей торчали кухонные принадлежности – деревянные ложки и китайские палочки, а изо рта свисали спагетти, которые преступник то ли принес с собой, то ли взял из холодильника. Множественные порезы – зияющие раны – покрывали тела, рядом с извлеченным у каждой из жертв глазом лежал нож для удаления яблочной сердцевины. Сцену венчала опрокинутая банка с перемешанной с кровью фасолью.

Все указывало на то, что убийца потратил на жертв много времени, наверное, и до, и после того, как он их убил. При виде фасоли у Джеззи снова свело живот, и она чуть было не последовала за Куини прочь из дома. С самого детства она не могла есть фасоль. Один вид заставлял ее содрогнуться в рвотном позыве, а навязчиво-сладкий запах вызывал дурноту. Даже пройти мимо полок с фасолью в супермаркете уже было пыткой, хотя терапевт подначивала ее бороться с собой. Над бровями выступил пот, и Джеззи заставила себя сосредоточиться.

Она отвела взгляд от оранжевой массы, но увидела нечто похуже – убийца оставил послания на лбу каждой из жертв. «Это тебе!» на миссис Кларк и «С днем рождения!» на мистере Кларке.

На долю секунды Джеззи показалось, что эта сцена адресована ей лично, но разве такое может быть? В ее мозгу словно разжалась пружина, и мысли метнулись к человеку в черном с прямоугольным конвертом в руках – поздравительной открыткой – у двери ее собственного дома. Отмахнувшись от воспоминаний, она обдумала послание.

Наверняка оно предназначено дочери. Убийца знал, что Имоджен найдет своих родителей первой. И это выглядело совсем жутко.

И все же Джеззи видела разлитую фасоль и прищепки. Она помотала головой и вздохнула. На ее вопрос была всего пара логичных ответов. Либо послания были адресованы Имоджен, либо полиции, а может, какому-то человеку, связанному с убийцей. Дань уважения или что-то вроде того? Может, вся эта инсталляция призвана напугать достопочтенную публику, которая, как только история просочится в прессу, именно так и отреагирует? Слова, написанные кровью, звучали зловеще и угрожающе, и Джеззи стало жаль их дочь. Она по собственному опыту знала, что это событие изменит всю жизнь Имоджен Кларк. Разве может быть иначе?

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.