— Со мной никогда такого не случается. — Я улыбалась, положив ладонь поверх его сердца. — Как насчет слежки за Воганом?

— Это может подождать до завтра. — Дэймон склонил голову набок, и когда он снова заговорил, его губы касались моих волос. — Отдохни, Котенок. К утру меня здесь не будет.

Я закрыла глаза, чувствуя, как под моей ладонью его сердце учащенно билось в унисон с моим. Было ли всему виной недавнее исцеление… или же причина таилась в том, что мы находились так близко друг к другу?.. Я не знала. Но прежде чем мне удалось понять хотя бы что-то, я уже плыла на волнах самого глубокого и спокойного сна, о котором могла только мечтать за всю прошедшую неделю.

Глава 26

Раздраженный крик «КЭТИ ЭНН ШВАРЦ» сотряс воздух и растворился в сиплом мужском смехе, заставив меня пробудиться от крепкого спокойного сна. Мои глаза открылись, и мое все еще не прояснившееся сознание пыталось восстановить в памяти — когда в последний раз мама называла меня полностью по имени. Ах, да… это произошло год назад, когда я попыталась погладить детеныша опоссума, забравшегося к нам на балкон.

Теперь мама, одетая в больничную форму, застыла в дверном проеме с открытым от удивления ртом. Позади нее стоял Уилл, и на его лице блуждала подозрительно удовлетворенная ухмылка.

— Что? — пробормотала я. Моя твердая подушка переместилась в сторону, и я, взглянув вниз, почувствовала, как мои щеки вспыхнули. Дэймон все еще находился в моей постели, а я… полулежала на нем, и его рука, крепко обхватив мою талию, прижимала меня вплотную к его телу.

О-мой-бог-нет…

Вздрогнув от ужаса, я поспешно освободила руку, глядя извиняющимся взглядом на маму:

— Это не то, что ты думаешь!

— Правда? — Мама скрестила на груди руки.

— Они всего лишь дети, — прокомментировал Уилл с ухмылкой. — По крайней мере… они полностью одеты.

— Это не меняет сути дела, — отрезала мама, поджав губы.

Я начала было подниматься, но рука Дэймона сильнее сжалась вокруг моей талии, и он, перекатившись на бок, зарылся носом в мою шею. Желая провалиться сквозь землю, я уперлась рукой в его плечо, но не могла сдвинуть его даже на сантиметр.

И тут его глаза, открывшись, сузились:

— М-м-м, что происходит?

Я взглянула в сторону двери. Нахмурившись, он повернул голову и замер.

— О, вау… неловко. — Откашлявшись, он убрал свою руку с моей талии. — Доброе утро, миссис Шварц.

Моя мама натянуто улыбнулась:

— Доброе утро, Дэймон. Думаю, сейчас тебе самое время уйти.

Дэймон, как и следовало ожидать, не стал вступать в полемику и покинул нас так быстро, как это только было возможно в человеческой форме. После этого мама спустилась вниз, не сказав мне более ни единого слова. Понимая, что нарвалась на серьезные неприятности, я неохотно побрела на кухню. Проходя по коридору, я встретила босоногого Уилла. От одного его вида все внутри меня сжалось от неприязни и едкой досады. Очевидно, в этом доме я была не единственной, у кого в постели был парень.

Усевшись за стол, я наблюдала, как мама засыпала кофе в кофеварку.

— Мам, это, правда, не то, что ты думаешь. Поверь мне.

Она развернулась, уперевшись руками в поясницу.

— Я обнаруживаю парня в твоей спальне… в твоей постели. Что я должна, по-твоему, думать?

— Насколько я заметила, ты в своей спальне тоже была не одна. — Подойдя к кофеварке, я зафиксировала крышку, потому что мама постоянно забывала это делать.

— Юная леди, да будет тебе известно, что в этом доме я — совершеннолетняя и потому имею полное право делить постель с тем, с кем захочу.

Со стороны двери раздался смех Уилла:

— Должен не согласиться с этим твоим последним заявлением. Хотелось бы надеяться, что я — единственный, с кем ты делишь свою постель.

— Ууу… — простонала я, направившись к холодильнику за соком.

Сузив глаза, мама взглянула на Уилла, а потом снова переключила внимание на меня:

— Значит, вот чем ты занимаешься по ночам, пока я работаю, так, Кэти?

Я вздохнула:

— Нет, мам. Я клянусь, что нет. Мы… готовились к тесту, а потом заснули.

— Вы готовились к тесту у тебя в спальне? — Она убрала с лица выпавшую из гладкой прически светлую прядь. — Я никогда прежде не устанавливала для тебя правил. Но вижу, что теперь мне стоит это сделать.

— Мам, — простонала я, бросив косой взгляд на Уилла. — Может, хватит уже…

— Больше никаких парней в твоей спальне. Никогда. — Она вскрыла упаковку со сливками. — И уж точно больше никаких парней, остающихся на ночь заниматься с тобой уроками в любой части этого дома.

Сев за стол, я сделала глоток апельсинового сока.

— Не могла бы ты перестать говорить о парнях во множественном числе?

Мама налила себе кружку кофе.

— Здесь постоянно пропадает Блейк. И есть еще Дэймон. Так что… да, у меня есть основания говорить о твоих парнях во множественном числе.

— Ни один из них не является моим парнем, — разозлилась я.

— И это меня должно как-то успокоить, если один из них находился в твоей постели? — Мама глотнула горячий кофе и недовольно сморщилась. — Милая, мне никогда раньше не приходилось из-за тебя волноваться. Но теперь я вижу, что ты можешь натворить глупостей.

Протянув ей сахар, о котором она явно забыла, я вздохнула:

— Не делаю я никаких глупостей. Между ними и мной ничего не происходит. Мы — всего лишь друзья.

Она проигнорировала мое последнее утверждение.

— У меня нет возможности часто находиться дома. Я должна тебе доверять. Пожалуйста, скажи мне, что ты… не забываешь о предохранении.

— Господи… мама, я не занимаюсь сексом.

Ее взгляд говорил о том, что она не была в этом уверена.

— Просто проявляй осторожность, хорошо? Тебе вряд ли понравится быть молодой мамой.

— О боже мой… — пробормотала я, зарывшись лицом в ладонях.

— Меня это очень беспокоит, — вздохнула мама. — Сначала был Дэймон. Потом ты, кажется, переключилась на Блейка, а сейчас…

— Я ни с кем из них не встречаюсь, — произнесла я, кажется, в сотый раз.

— Вы — двое… кажется, очень близки друг другу, — прокомментировал Уилл, прислонившись к раковине. — Ты и Дэймон.

— А это уже совсем не ваше дело, — огрызнулась я, раздраженная тем, что он присутствовал при столь личном и щепетильном разговоре.

— Кэти, — оборвала меня мама.

Уилл рассмеялся, постаравшись сгладить ситуацию:

— Нет, все в порядке, Келл. Она права. Это действительно не мое дело. Просто, я не мог не заметить, что между ними определенно что-то существует.

На какой-то момент его улыбка напомнила мне чью-то еще… Она была такой же фальшивой. Пластиковой. Как у Нэнси Хашер.

Я вздрогнула. У меня определенно развивалась паранойя.

— Мы всего лишь друзья.

— Друзья, которые держат друг друга за руки во время сна?

Я бросила взгляд на маму, но она была занята тем, что рассматривала внутреннюю поверхность своей старенькой кружки. Чувствуя себя так, словно оказалась выставленной на всеобщее обозрение, я неосознанно обхватила себя руками:

— Мне жаль, мам, что я тебя расстроила. Этого больше не повторится. Обещаю.

— Надеюсь. — Она вымыла кружку, все еще хмуря брови. — Внуки — это совсем не то, о чем я сейчас мечтаю.

Решив, что на этом разговор стоит закончить, я прошла мимо Уилла и отправилась в гостиную.

Вот это да, моя собственная мать полагала, что я вовсю занималась зачатием детей. Даже меня эта мысль беспокоила чрезвычайно.

Подобрав рюкзак с пола, я поволокла его к дивану и, когда подняла голову, увидела в коридоре маму и Уилла. Он что-то нашептывал ей на ухо, а она мелодично смеялась. И прежде чем я успела отвернуться, он начал целовать ее… но при этом его взгляд был прикован ко мне.

* * *

Прошло несколько часов, а Уилл все еще оставался в доме — моем доме. Не его. Неужели теперь именно так должны были проходить все субботы, на которых мама брала выходной? Неужели мне все время предстояло наблюдать, как они разгадывали кроссворды в промежутках между очередным объятием? Мне хотелось выцарапать себе глаза.