Даже с учетом угара при огневом рафинировании, я как минимум теперь смогу удвоить количество единорогов и соответственно построить вторую расшиву, тем более что времени в запасе еще достаточно. Впрочем, будет ли в этом нужда, зависит от исхода переговоров. Но пока в соляные амбары идти было рановато, прошелся еще по торгу и не зря -- набрел на мужика продававшего серу. Та же история с качеством: сера была с песком, приставшими осколками кирпича, явно сбитая с трубы медеплавильной печи. Цена была не сказать что дорого, но и не совсем бросовая, потому видать и задержался купец на торге.
Перебрал несколько кусков, прикинул выход в чистом виде -- дороговато, но если расплатиться товаром, то смысл есть, тем более что сера мне и сейчас не помешает, хотя всю партию брать не стоит. В селитряницах селитра пока не полностью созрела, а швейцарским способом из мочи получили не так много. Серы же на пуд пороха нужно всего четыре фунта, так что даже если ее выход после отгонки будет не более половины, все равно трех пудов хватит за глаза. Только дюжину пудов пороха вручную качественно не перетереть, это не полфунта -- руки отваляться: придется часть меди временно пустить на пороховые бегуны или пресс, все одно купленный металл чистить нужно, вот и будем делать это в два этапа, разница в угаре несущественная получится.
Однако только за товар купчина серу продавать отказался напрочь, посетовав, что и так издержался, а когда все распродаст неведомо, так что ему бы деньгами, хоть рубль с полтиной. Торговались четверть часа и в итоге сошлись, что я беру половину партию, за которую даю запрошенные полтора рубля серебром, остальное товаром: топорами, лопатами, косами.
...
Прежде чем перейти к делу, я показал Строганову наши изделия, причем не только продукцию наших кузниц, но и масляную лампу, благо один экземпляр я прихватил с собой. После демонстрации Григорий поинтересовался ценой, однако, услышав ответ, охнул и сказал, что за такие деньги охотников купить найдется немного. Я развел руками, мол, медь да олово дороги, да и мастеров к литейному делу гожих кроме меня никого и нет, так что пока дешевле никак не выйдет. А вот ежели с железа делать начнем, да с хоть дюжину человек на замену себе обучу, так и цена будет иная.
Сынок Аникея Федоровича оказался настырным и тут же начал меня выспрашивать. Интересовался, из железа буду ковать, как у нас принято, али лить как англичане и немцы, и сколько стоить будет. Да нельзя ли заранее сговориться, если в цене сойдемся, чтобы все как есть продавать только им, а другим бы купцам сего товара не продавать. Ох и хватка у парня, сходу для своей семейки монополию на торговлю выбивает! А ведь я могу и наказать за жадность, пусть не сразу, но если договор хитро составить, да увязать с обязательством выкупа всей партии по оговоренной цене, то посадить Строгановых в лужу при желании можно запросто.
Потому как кроме технологии литья, которая масштабируется относительно слабо, есть еще технология штамповки и большая часть деталей ламп можно изготавливать по ней, причем за счет уменьшения толщины стенок изделия их материалоемкость снизиться в разы и соответственно упадет себестоимость, хотя для железа не так уж и критично. Года через три-четыре вполне сможем освоить, чай не тазы, аршинной ширины катаного листа не требуется. Кстати, можно и вообще без листа обойтись поначалу, горячей ковкой в форме. В общем, грех упускать такую возможность накинуть поводок на ушлую семейку, тем более птичка сама летит в сеть.
Поторговался немного, чтобы не спугнуть и в итоге клиент клюнул. Сговорились, что дорогие лампы с бронзы, меди али серебра и тем паче золота я волен, продавать сам, а вот железные да чугунные скупают Строгановы, причем берут все, сколько есть по обговоренной цене. Литые светильники оценили в пятнадцать алтын, кованные же в десять алтын. Цену на стекло обсудили отдельно, впрочем, узнав про возможность использования слюды, Григорий настаивать на фиксированной цене в этом случае не стал и оставил на мое усмотрение, тем более что торговля стеклами для ламп под его монопольное право не попадала. На последнем я настаивал особо и тут уступок он от меня добиться не смог. Договор в двух экземплярах тут же настрочил Заболоцкий, после чего перешли к основному делу.
К соляному договору мой собеседник подошел еще более обстоятельно, обсуждая не только главное -- количество, сроки и цены, но каждую несущественную мелочь. Это конечно похвально, но при всей дотошности пару моментов он прохлопал, и куда более важных, чем все остальное, потому как считать надобно и думать, а не важности на себя напускать перед "немцем"...
Когда в договоре написано что "немец" "обязуется привезти две тысячи пудов соли или более", а далее говориться об обязательстве противоположной стороны своевременно оплатить груз "как будет явлен", да еще и разгрузить это все "того же дни", то надо уточнять, а на сколько именно это самое "более" может быть. Потому как вместо двух тысяч пудов, по уговоренной цене соли в алтын за пуд, я могу "явить" и раз в восемь-девять больше, благо вторая расшива к сроку поспеет. Хотя я и сам бы в такое не поверил на его месте. Не делают пока таких кораблей на Руси, подобный тоннаж речных судов только в следующем веке востребован будет.
Но факт есть факт, на днях я по сделанной масштабной модели тщательно проверил реальное водоизмещение. В итоге оно оказалось на тысячу пудов больше предварительных расчетов, и с учетом распределения груза, припасов, людей и скотины, теперь каждое судно могло взять по девять тысяч пудов соли, да еще и место для серы оставалось. Так что, если я себе часть соли не решу оставить, на что имею право согласно договору, речь идет уже не о шестидесяти рублях серебром, а более чем о полутысяче...
Деньги-то такие у Строгановых есть, вот только кто же будет более двух пудов серебра "на всякий случай" в Нижнем Новгороде держать? Тем более что в этом году его мятежники взять пытались. Впрочем, никакими особыми бедами Григорию моя хитрость не грозит, "войду в положение", подожду, сколько нужно, да еще и уменьшу долю товара, подлежащую выкупу. Остатки же отправлю в Выксу, да в Рязань с Москвой. И лишний доход, и Аникеев сынок мне обязан будет, особенно если я о его проколе, отцу ничего не скажу.
...
С утра снова прошел на торг, но на этот раз я не столько смотрел товар, сколько искал людей для экспедиции за солью. В первоначальном варианте я рассчитывал нанять три десятка казаков в качестве возниц, но посчитав все детали, пришел к парадоксальному выводу, что при найме полусотни человек затраты будут меньше. И дело тут было вот в чем: если количество возов с шестнадцати увеличить до двух дюжин, то вместо пятидесяти с лишним дней нужное количество соли с Баскунчака мы успеем доставить за тридцать три, а увеличение скорости расшив на смешные три четверти узла сократит время пути по воде на восемь дней. Плюс разгрузка на Самарской Луке будет на пару дней короче. В итоге вместо почти трех с половиной месяцев, уложимся в два с половиной. Двадцать шесть дней экономии, или сорок рублей серебром.
При таких раскладах я в принципе мог бы обойтись и без Строгановых, но риск не успеть расплатиться вовремя со своими мужиками из-за отсутствия денег превосходил все разумные пределы. Конечно, в это время такое порой терпели, и даже государева казна порой задерживала жалование, но зачем мне снижать у людей мотивацию и безнадежно подрывать свою репутацию толкового хозяина? К тому же любой форс-мажор сдвигающий сроки недели на две-три мог привести к тому, что в Рязань или Москву дойти водой мы уже не успеем -- Ока покроется льдом. А своих лошадок у меня нет. Потому Строгановский аванс в размере пятидесяти рублей именно то, что страхует меня от этих неприятностей...