Первоначально он не хотел играть снова. Но деньги нужны были позарез. И он не мог забыть Люси.

Ждать целый день — слишком долго.

ГЛАВА 9

Кейл целеустремленно пробивался сквозь толпу народа, до отказа забившую Пенни Палас в этот вечер. В этой массе он казался щепочкой в бурном море.

Он не стал задерживаться около уже знакомых ему автоматов, и направился туда, где надеялся получить все.

В новой игре выигрыш колебался от 1:5 до 1:100. Внешне игра была устроена просто, но Кейл, кое-что все-таки узнавший о работе отца, знал, что за этой простотой скрываются хитроумнейшие ядерные устройства. Внутри пластикового шарика вращался небольшой, около дюйма в диаметре, стальной шарик, все быстрее и быстрее, и, наконец, набирал такую скорость, что пробивал стенку шара, вырывался наружу, подобно лучу света, свернутому неизвестным способом в кольцо, а потом вырвавшемуся на волю.

И тут, пролетев всего три фута, он останавливался и падал вниз, на дно, усеянное отверстиями каналов. Иллюзия была такова, что каждому игроку казалось, что шарик летит в его канал. Но это было не так. Выигрыш доставался лишь угадавшему.

Так Кейл впервые выиграл за одну партию 37 кредитов. Он был в восторге. Он поставил сразу на четыре канала, проиграл, но поставил еще раз и выиграл 90 кредитов. Так целый час он выигрывал в среднем один раз из пяти. Это было необычайно много даже для него. Теперь он ставил на канал по десять кредитов.

У него не было времени считать деньги. Время от времени он кидал накопившиеся монеты в разменный автомат и прятал полученные чеки во внутренний карман. И так много раз.

Временами он пытался остановиться. «У меня уже около 3 000 кредитов. Хватит, не нужно больше выигрывать за один раз, — думал он,

— я могу прийти еще несколько раз».

Но игра заворожила его. Каждый раз, когда он так думал, шарик снова раскручивался, и он снова автоматически кидал деньги в каналы. Если он проигрывал, он хотел отыграться.

Если же он выигрывал, то ему казалась чудовищной мысль уйти отсюда, когда ему так везет.

«Хорошо, вот проиграю десять раз подряд, десять… раз… подряд…» — думал он. И ощущал во внутреннем кармане пачку чеков тысяч на сорок. Теперь он кидал в каналы не монеты, а чеки. Он не считал, сколько. Да это и неважно. Машина играла честно.

Игра опьянила его. Иначе нельзя сказать. Он не чувствовал себя, играя, как в тумане. Кейл начал понимать, что другие игроки заметили, что ему везет, и ставят на те же каналы, что и он. Но это его не тревожило. Он уже не мог уйти. Бессмысленно стоял он, ожидая начала игры. Но однажды оно затянулось. Он не понимал, что причиной послужил он, пока к нему не подошел какой-то толстяк и не сказал, масляно улыбаясь:

— Поздравляю, молодой человек. Мы рады вас видеть. Сегодня вам везет. Но другим леди и джентльменам мы должны сообщить неприятную новость: правила нашего заведения, утвержденные нашим правительством и самой Императрицей, диктуют нам требование к «счастливчикам», как мы их называем. Этот молодой человек — яркий пример. Поэтому все прочие играющие должны сделать свой выбор раньше, чем это сделает он. Машина сработает соответствующим образом. Не рекомендую подражать ему. Теперь это бесполезно. Желаю вам счастья, и в особенности вам, молодой человек.

Улыбаясь, он отошел. Машина закрутилась. Но после третьей игры подсознание снова просигнализировало ему, что он снова стал центром внимания, хотя не должен теперь быть им. Нужно убраться отсюда поскорее, решил он. Но едва он отвернулся от стола, как попал в объятия прелестной девушки, поцеловавшей его в губы.

— О, сделай меня такой же счастливой, ну, пожалуйста, сделай! — шептала она.

Он высвободился из ее объятий, но забыл свое намерение. Новоприбывшие игроки пропихивались к столу, расталкивая тех, кто пришел раньше. С сопротивлявшимися жестоко расправлялись.

Кейл уже забыл о своем решении. Вокруг толпились десятки женщин, тянувших к нему руки, целующих его, едва он поворачивал голову, кружащуюся от запаха духов.

Даже рукой он не мог пошевелить, чтобы не коснуться женской плоти.

… Счастье не изменило ему. Он наслаждался далее каждым выигрышем. Но независимо от того, проиграл он или выиграл, женщины заключали его в объятия, целуя сочувственно или вознаграждающе.

И тут, когда он достиг предела счастья, двери Пенни Паласа захлопнулись. К нему снова подошел толстяк и сказал резким тоном:

— Хватит. Пора кончать с этой чепухой.

Кейл смотрел на него с растущим чувством тревоги.

— Я думаю… — протянул он, — я пойду, пожалуй…

Кто-то ударил его по лицу, очень сильно.

— Еще, — сказал толстяк, — он еще не понял.

Второй удар был сильнее. Туман рассеялся, и Кейл понял, что ему угрожает смертельная опасность.

— Что случилось? — спросил он, запинаясь. Он бросил взгляд на окружающих, только что рукоплескавших ему. Они поддержат его…

Он бросился на толстяка. Но его сразу остановили, грубые руки выпотрошили его карманы.

— Не будьте дураком, — донесся откуда-то голос толстяка. — Вы сами виноваты. Таким игрокам здесь нет места. Для таких случаев специально наняты тысячи людей, за десять кредитов каждый. Это в десятки раз меньше, чем может потерять игорный дом. В другой раз будете осторожней. Если он у вас будет.

— Что вы хотите сделать?

— Увидите. Давай, ребята, волоките его в грузовик, и снова откроем заведение.

Кейла протащили через какой-то темный коридор, какую-то комнату. И снова не он решал свою судьбу.

ИНТЕРЛЮДИЯ

Макаллистер очнулся и обнаружил, что лежит на тротуаре. Он встал. Парк и город исчезли. Вместо них появилась длинная улица с магазинами в каждом доме. На него таращились какие-то люди. Чейто голос сказал:

— Да это тот самый репортер, который вошел в оружейный магазин!

Он вернулся в свое время. Возможно, в тот же день. Он повернулся и пошел прочь, успев еще услышать, как тот же человек продолжал:

— Он явно не в себе, ребята. Сдается мне…

И все. Он усмехнулся:

— Не в себе. Они никогда не поймут, что случилось. Но должны найтись ученые, которые во всем разберутся. Главное, что я не взорвался…

Он пошел быстрее и скрылся из поля зрения толпы. Люди постепенно расходились, потеряв предмет интереса. Макаллистер завернул за угол и забыл о них.

— Нужно что-то делать.

Он не сразу понял, что это его слова. Делать? Но что? Хорошо, он дома. Нужно найти ученого… Это все можно сделать. Но кого? Он вспомнил своего знакомого, старого физика, профессора городского колледжа. Он повернул к телефонной будке и автоматически пошарил в кармане в поисках монеты. Но тут же понял, что одет в спецкостюм, а деньги внутри. Он оглянулся и замер в недоумении. ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?

Это был другой город, огромный и сияющий. Была ночь. Он стоял посреди проспекта, казалось, уходящего в бесконечность. Дома и сама улица излучали свет, потоки света.

«Значит, это снова эра Ишер? Может быть. Тогда это значит, что они снова забрали его. Они все-таки люди и постараются спасти его. Наверно, у них прошло уже несколько недель», — подумал он.

Он нашел оружейный магазин. Окликнул какого-то прохожего. Тот остановился было, но, словно передумав, пошел дальше, не замечая Макаллистера. Он не стал его догонять.

И тут он осознал, что кроме этого человека на улицах никого не было. Город был пуст. До рассвета оставался еще час. Но не это беспокоило его. То, что он считал оружейным магазином, вблизи оказалось совсем другим. Магазина же нигде не было.

Но скоро утро. Люди выйдут на улицы. Его осмотрят величайшие ученые этой эпохи, и не в спешке и в суете, а спокойно, в огромных лабораториях. И тут наступил СКАЧОК.

Он был в центре бурана, неистовый снежный вихрь бил ему в лицо. Но он остался спокоен.

Гигантский город исчез, вместе с его сияющими домами и сверкающим проспектом. Вместо него был пустынный мир. Вдали, сквозь метель, просвечивали черные силуэты голых деревьев. Было утро. Он невольно двинулся к ним, но не смог преодолеть ураган. И зачем? Несколько минут он пробыл в далеком будущем, здесь пробудет еще несколько.