— Самооценка у вас совершенно здоровая.

— Никогда не жаловался.

— Но вынуждена вас разочаровать, встреч я не ищу.

Он заказывает кофе, а я прошу воду.

Мы стоим рядом у стойки, и я снова бросаю взгляд на его руки. Не знаю, почему именно на руки. Наверное, потому что стараюсь не смотреть на лицо.

— Так имени и не будет? — раздаётся над уходом.

Он ещё и высокий, кстати.

— А зачем оно вам?

— Чтобы пригласить вас на ужин.

— Можно приглашать без имени.

— Хорошо. Незнакомка! Поужинаете со мной?

— Нет.

— Почему сразу нет?

— Потому что я только что рассталась с мужчиной и совершенно не собираюсь немедленно искать следующего.

Улыбка его медленно тает, Максим смотрит внимательнее.

— Я не предлагал вам себя в качестве вашего следующего мужчины.

— Тогда зачем ужин?

— Потому что мне нравится с вами разговаривать. Мы бы хорошо… пообщались.

— Мы разговаривали минут пять от силы. Как вы смогли определить, что вам это понравилось?

— Мне хватило и пяти.

На это у меня ответа не находится, и Максим забирает кофе, который ставят ему на стойку.

— В восемь буду в ресторане у пирса. Если передумаете — приходите.

— А если не передумаю?

— Поужинаю один. Мне не привыкать.

— Ой, да ладно уж…

— Мне нет надобности набивать себе цену. Говорю, как есть.

Я смотрю ему вслед и понимаю, что уже знаю, где буду в восемь.

И это меня раздражает.

Глава 4

Я, конечно, немного опаздываю. Минут на двадцать… специально, естественно.

Ресторан стоит прямо над водой. Деревянная терраса уходит в море, под ногами тихо плещутся волны, а на горизонте ещё сияет узкая полоса заката. Небо над ней розовое, а чуть выше тёмно-синее. Вечер стремительно крадёт остатки сумерек.

Максим сидит за столиком у края настила.

Один… как и говорил.

Увидев меня, не улыбается победно, чего я опасалась мысленно… А просто встаёт.

— Добрый вечер, — вежливо кивает.

— Я пришла поесть.

— Конечно. Тут очень хороший выбор блюд.

— Не к вам пришла… просто больше свободных столиков не вижу, — приподнимаю бровь.

И Максим молча оглядывает почти пустую террасу.

Я прикусываю губу, чтоб не засмеяться, а он включается в игру.

— Да… народу сегодня действительно много.

Максим отодвигает для меня кресло.

И я сажусь. А за ужином всё-таки называю имя.

Фамилиями мы, естественно, не делимся.

Не знаю, как у нас получается общаться так свободно, ведь мы такие разные, и он старше меня. Наверное, потому что мы оба приехали сюда ненадолго и настоящее осталось где-то за несколько тысяч километров от этого прекрасного места.

Он рассказывает, что ему сорок один.

— Серьёзно?

— Это комплимент?

— Я думала, тридцать девять, — шучу я.

И смеюсь… и он тоже смеётся.

А потом я зачем-то уточняю, что мне двадцать пять.

Мы уже незаметно перешли на «ты». Максим медленно кивает.

— Понятно. Тебя смущает? — спрашиваю я.

— Что? Разница в возрасте? Честно… не замечаю я, — признаётся он. — Но так то меня многое должно было бы смущать.

Я опускаю взгляд и смотрю на бокал.

— Например? — спрашиваю аккуратно.

— Например, то, что я уже второй вечер пытаюсь придумать причину, почему мне не стоит тебя целовать.

Я перестаю улыбаться… и даже не дышу от чего-то. Вокруг продолжают разговаривать люди, звенит посуда, а с моря налетает вечерний бриз, чуть прохладный и освежающий.

Максим смотрит на меня так спокойно. Без улыбки.

И я понимаю, что сейчас могу встать и уйти. Вернуться в свой номер, включить кондиционер, написать Миле отчёт о том, как прошёл день, лечь спать.

Правильный вариант для спокойного вечера.

Но нет… я этого не делаю. Напротив, зачем-то провоцирую Максима новым вопросом.

— И что в итоге? Придумал причину? — спрашиваю я.

— Даже несколько.

— Они убедительные?

— Нет… я слишком хочу это сделать.

И он целует меня не в ресторане… Коротко и сладко… наклоняясь через стол.

И я тянусь и отвечаю ему… даже не против воли… а потому что я так хочу.

А после мы долго бредём вдоль моря. Я снимаю босоножки и несу их в руке, остывший песок холодит ступни. Ночь тёплая, звёзды над водой яркие, на берегу нет почти никого.

Мы разговариваем обо всём, кроме того, что ждёт нас дома.

Максим не спрашивает про моё прошлое, про Дениса.

Я не спрашиваю, есть ли у него кто-нибудь.

Эти вопросы могут принести дополнительные переживания. Не хочу я ничего лишнего знать о нём.

С другой стороны, отсутствие этих вопросов могло бы насторожить.

Но не настораживает.

Возле лестницы к отелю я останавливаюсь.

— Мне сюда.

— Я видел утром, из какого корпуса ты вышла.

— Да ты сталкер…

— Нет… просто ты меня привлекаешь. Уже поздно это отрицать.

Я улыбаюсь, а он касается моего лица. Проводит большим пальцем по щеке легко и невесомо, и в низу живота становится тяжело. Всё моё тело, каждое нервное окончание в нём загорается предвкушением.

И вот он убирает волосы, которые ветер бросил мне на губы. И моя улыбка исчезает, когда его пальцы задерживаются у моей щеки.

— Ася.

— Что?

— Если скажешь, что не хочешь, я уйду.

Я смотрю на его рот и понимаю, что не скажу я этого… не скажу.

— А если нет?

— А если нет… — повторяет он и целует меня.

Сначала медленно, словно даёт возможность передумать… но я не передумываю.

Обнимаю его за шею сама, чувствую под пальцами короткие волосы на затылке, и Максим сразу притягивает меня ближе. И вот я уже прижимаюсь всем телом. Мягким и податливым вдавливаюсь в его твёрдое и накаченное.

Кайф… сладко-то как… до дрожи… и пальчики на ногах поджимаются… и сердце в груди замирает и ухает… а голову наполняет туман возбуждения.

У Максима тёплые ладони. Одна ложится мне на спину, другая остаётся на шее, и поцелуй становится совсем другим.

Я четыре года целовала только Дениса, знала его наизусть.

Но рядом с Максимом мне не нужно знать его привычки, чтобы от одного поцелуя дрожали руки и ноги превращались в желе.

Когда Максим отстраняется, я ещё несколько секунд стою, прижавшись лбом к его подбородку.

— Вот теперь, — говорю тихо, — у нас появилась проблема.

Он усмехается.

— У меня она появилась вчера… прям с того момента, как тебя увидел.

А потом мы долго смотрим друг другу в глаза… словно продолжаем разговор, но уже без слов.

И в итоге Максим берёт меня за руку, крепко переплетает наши пальцы и уводит меня за собой.

А я и не сопротивляюсь… не хочу… не стану…

Я лишь предвкушаю и первый раз в жизни делаю что-то без оглядки на будущее и последствия.

Глава 5

Мы проводим вместе пять дней.

Не все в постели, кстати.

И именно эти дни делают наш роман куда серьёзнее, чем я собиралась допустить.

Утром он ждёт меня на завтраке. Днём мы уезжаем из отеля в маленький приморский город. Узкие улочки поднимаются от гавани вверх, белые стены домов увиты цветами, на балконах сушится бельё, из открытых окон пахнет домашней едой.

Вечером мы сидим на моём балконе. Море внизу почти чёрное, на воде дрожит дорожка лунного света. Максим держит мою ступню на своих коленях и лениво проводит пальцами по щиколотке.

Я рассказываю ему про Дениса.

Не всё, но достаточно.

Максим слушает молча.

— И что? — спрашиваю, когда заканчиваю.

— Что?

— Ты ничего не скажешь?

— А что я должен сказать?

— Обычно люди говорят, что он козёл. Хотя из мужской солидарности ты, вероятно, так не скажешь.

— Ну я могу, но зачем? Ты и без меня это знаешь.

Я смеюсь.

— Очень поддержал. Спасибо.

Он поворачивает голову.

— Я могу сказать другое, если хочешь.

— Ну скажи, я послушаю.