– А теперь еще тише, – процедила Шейли сквозь стиснутые зубы.

– Тише! – заартачился Айвен. – Да пусть сюда топает хоть вся их треклятая стая!

– Оо-ой! – воскликнул Пайкел.

Сошедшиеся во мнениях братья повернулись к Шейли и обнаружили, что эльфийка, прижавшись спиной к углу стены и вскинув лук, глядит куда-то за их спины.

– Твое желание может исполниться, – объяснила она. – Сюда идут гоблины под предводительством огра.

Айвен и Пайкел кинулись в угол, к эльфийке, кивнули друг другу, словно пришли к молчаливому соглашению о том, как вести следующий бой. Айвен нагнулся, сгорбившись, и на этот раз Пайкел взлетел ему на плечи, прислонился к камню и поднял одну руку, намеренно ухватившись за край стены и выставив пальцы на обозрение приближающимся врагам.

Айвен мотнул головой Шейли, чтобы она отступила на пару шагов.

Огибающий угол огр ожидал – судя по размещению руки дворфа – встретить высокого противника. А Пайкел, когда нападающий монстр показался из-за поворота, ринулся вниз, и летящая дубина врага бессмысленно врезалась в голую стену.

А топор Айвена уже погрузился в бедро врага, разрубая мышцы и сухожилия.

Не в состоянии остановить инерцию движения, раненый огр продолжал поворачивать, оказавшись спиной к Шейли. Стараясь затормозить, он дважды дернулся, когда стрелы эльфийки вонзились ему под лопатки, а потом, споткнувшись, повалился назад. Одна стрела сломалась под чудовищным весом, но вторая, вошедшая в тело под таким углом, что ударилась об пол вертикально, глубоко погрузилась в плоть, проткнув сердце, и острие ее проклюнулось спереди, высунувшись из груди огра.

К тому моменту, когда гоблины, держащиеся в двух шагах от своего вожака, обогнули угол, их предводитель был уже мертв.

Впрочем, первые гоблины даже не успели осмыслить сего факта. Пайкел, прижимавшийся к стене, взмахнул дубинкой, звучно чмокнув ею по голеням врагов, и оба монстра растянулись на земле – прямо у ног Айвена. Яростно рубящий топор рыжебородого дворфа быстро покончил с ними.

Остатки отряда развернулись и побежали – типичный пример верности гоблинов.

– Они вернутся, – мрачно сказала Шейли.

– Ага, и тупые гоблины услышат шум потасовки и прибегут с другой стороны, прихватив толпу родичей! – согласился Айвен.

– Так что твое желание вполне реально, Айвен, – отозвалась эльфийка. – Вскоре нас может окружить весь гарнизон Замка Тринити, зажав, как в тисках.

Шейли подошла к углу и выглянула из-за него, потом пробежала вперед, вглядываясь в даль в поисках какого-нибудь бокового туннеля, надеясь на что-нибудь, что помогло бы им выбраться из этого тесного пространства.

Пайкел, уже осознавший их крайне затруднительное положение, не участвовал в дискуссии. Он ползал на коленях вдоль стены, бодая лбом все кажущиеся многообещающими камни.

– Что он делает? – спросила Шейли, озадаченная явно нелепыми действиями Пайкела.

Дворф как раз уперся в очередную глыбу. Услышав слова эльфийки, он повернулся к Айвену, улыбаясь до ушей, и взвизгнул.

– Тут есть проход! – заорал Айвен, падая на колени рядом с братом, и оба дворфа запустили мозолистые пальцы в щели по краям выбранного камня, раскачивая его.

– Рядом с коридорами всегда прокладывают потайные туннели, – объяснил Айвен сомневающейся Шейли. – Откачивать воду на случай затопления.

Острые уши эльфийки уловили звук приближающихся с обеих сторон шагов.

– Поторопитесь, – попросила она дворфов, а сама подбежала к стене и схватила факел.

Затем Шейли бросилась назад, за угол, и помчалась в обратную сторону, окуная огонь во все попадающиеся на пути купели и сбрасывая со стен остальные факелы. Весь коридор позади нее вскоре наполнился ядовитым серым дымом, клубящимся в смрадной тьме. В этой плотной пелене Шейли благодаря своему чувствительному к теплу зрению различала рдеющие точки глаз гоблинов.

– Упрямцы, – пробормотала она и побежала в другую сторону, повторяя свои действия.

Но к тому времени, как она вернулась к дворфам, враги подошли уже совсем близко. Один гоблин даже высунулся из-за угла – и тут же рухнул со стрелой в глазу.

– Поторопитесь! – хрипло прошептала Шейли и закашлялась – едкий дым все же настиг ее.

– Сама поторопись, – рявкнул в ответ Айвен.

Дворф притянул эльфийку к полу и практически запихнул ее в отверстие, уходящее вниз грязным желобом. Следующим плюхнулся Пайкел, хихикая и пристраивая позади себя свою дубинку и топор Айвена.

– Что он делает? – спросила Шейли, но Пайкел лишь прижал корявый палец к губам: и прошипел:

– Тсс!

Айвен приник к стене, зажмурившись, чтобы красноватое свечение глаз не выдавало его. Позади него шаркали гоблины.

С другой стороны приближался второй отряд врагов.

– Их больше, чем мы думали! – взревел Айвен по-гоблински, хрипло вереща и каркая, как они.

Гоблины рядом с дворфом встревожились и вскинули оружие, пристально вглядываясь в сбивающую с толку дымку.

– Бей их! Убей их! – рявкнул Айвен, и клич его подхватили едва ли не все гоблины обоих отрядов, рванувшись навстречу друг другу.

В одно мгновение обе группы сошлись, колотя друг друга, ведь каждый считал, что рубит чужаков, вторгшихся в Замок Тринити.

А Айвен спокойным прогулочным шагом дошел до потайного туннеля и остановился перед отверстием. Пайкел высунул руку, но Айвен медлил, решив насладиться зрелищем до конца. Наконец терпение Пайкела иссякло, и он просто схватил Айвена за обе лодыжки, рывком свалил его и втащил в туннель.

Затем Пайкел вскарабкался на спину своего лежащего лицом вниз брата и высунулся из отверстия, чтобы достать извлеченный из кладки блок и вернуть его на место. Но теперь замешкался зеленобородый дворф, захваченный свирепостью схватки; он даже захихикал, когда мимо прокатилась отрубленная гоблинская голова.

Никогда не упускающий возможности дать сдачи, Айвен повторил поступок брата – дернул его за ноги и проволок по грязи.

Вскоре трое друзей нашли выход из этого туннеля, по которому приходилось передвигаться ползком, и оказались в другом каменном коридоре, в стороне от битвы. Айвен и Пайкел возглавили «шествие», на их чумазых лицах застыло решительное выражение.

За несколько последних минут Шейли не раз ошеломленно качала головой, наблюдая за способом передвижения дворфов: они сметали и уничтожали все на своем пути, включая и парочку не ожидавших нападения гоблинов. Однако теперь эльфийка не просила их вести себя потише. Она знала, что их побег – всего лишь временная отсрочка, и не имеет значения, украдкой они станут пробираться или нет, все равно рано или поздно придется встретиться с организованной обороной.

Эльфийка улыбнулась, радуясь, что оказалась рядом с буйными Валуноплечими. Она уже видела братьев в таком же состоянии духа в Шилмисте. Что ж, пусть враги наступают, решила она. Придется им встретиться с охваченными жаждой боя храбрецами, крепышами дворфами!

Айвен и Пайкел слегка притормозили и притихли, когда троица приблизилась к лестнице, убегающей куда-то вверх и начинающейся там, где коридор разветвлялся в четыре стороны: отличное место дли засады. Сверху неслось пение, производимое грохочущим голосом великана. Коридор позади и два боковых прохода казались пустыми, так что боевые друзья осторожно пересекли открытое пространство.

Все считали, что их путь лежит вверх по лестнице, но даже отсюда они видели, как притоптывает сапогами великан на ступеньке. Гигантский монстр продолжал фальшиво напевать, видимо даже не подозревая о незваных гостях Замка Тринити.

– Взбирайся побыстрее, – только и бросил Айвен Шейли, после чего подмигнул брату, и оба дворфа кинулись к лестнице, причем бас великана служил им прикрытием, заглушая тяжелые шаги, заставляющие стонать дерево.

Шейли нервно огляделась, думая, что ситуация не слишком хороша. Однако она тут же услышала радостный рев дворфов и глухие удары топора Айвена и дубинки Пайкела о ноги великана. А потом земля содрогнулась – это монстр скатился с лестницы.