Что ж, злорадно подумал Хэй, подкручивая верньеры настройки, это послужит им хорошим уроком. Учитывая габариты приближающегося объекта, Хэй решил выполнить полный залп: вряд ли на огроменную лабуду, размерами в пару-тройку гектаров, стремительно несущуюся по направлению к городу, произвело бы достаточное впечатление попадание одного единственного снаряда.
Получив подтверждение систем наведения о захвате цели, Хэй ругнулся на резкий сигнал и нажал кнопку запуска. Зенитная установка потонула в клубах дыма после схода ракет с направляющих. Запах отработанного топлива неприятно защекотал ноздри. Запершило в горле, и Хэй был вынужден откашляться.
Он, не отрываясь, смотрел на экран, где стремительно сокращалось расчетное время подлета. Всего десять секунд.
Девять…
Восемь…
Семь…
Секунды стремительно таяли. Хэй думал лишь о том, чтобы как можно большее количество ракет достигло обшивки вражеского корабля. Он не знал, какими защитными системами тот снабжен, будет ли нанесен хоть какой-то вред ракетным попаданием. Но если нет, то больше возможности спастись им не представится.
Только сейчас Хэй внезапно сообразил, что их убежище, эта крепость Охотников за живым товаром, невольничий рынок, никаким образом не сумеет защитить укрывшихся вместе с ним людей от атаки летательного аппарата чужаков. Он вспомнил ужасного размера дымящуюся воронку на месте Карса. То же самое видели люди из других мест Пустынных Земель.
Шесть…
Пять…
Хэй увидел на экране локаторной системы зенитного комплекса, что противник пытается уклониться от приближающихся снарядов. Аппарат отстрелил ловушки (точно, как и описывал подобный процесс Мардук), дал крен на крыло, стараясь уйти с траектории полета ракет. Но слишком большие габариты для маневрирования в атмосфере затруднили эту задачу. Хэй подумал, что этот летающий объект предназначен скорее для внеатмосферного полета. Интересно, какими соображениями руководствовался враг, когда отдавал приказ этому кораблю действовать не с орбиты, а в непосредственной близости от поверхности планеты.
Четыре…
Несколько ракет, увлекаемые отстреленными электромагнитными ловушками, изменили курс. Хэй выругался себе под нос, стараясь не слишком выказывать свое раздражение. Сейчас, он знал, многие глаза устремлены на него с нескрываемой надеждой, ведь оказался единственным, кто был более-менее готов управлять столь сложным агрегатом, как автономный стационарный зенитно-ракетный комплекс, снабженный собственной локационной системой.
Три…
Корабль открыл огонь, судя по всему. Потому что ракеты начали внезапно взрываться одна за одной.
Два…
Оставалось совсем мало времени. Но и так много. Хэю казалось в эти мгновения, что время остановилось. А ракет становилось все меньше. Из сорока выпущенных по цели оставалась едва ли половина — какие унеслись в неизвестность, увлекаемые за собой ловушками, какие были уничтожены метким огнем энергетических пушек вражеского летательного аппарата.
Один…
На экране застыла единица. Чрезмерно медленно отсчитывались сотые доли. Откровенно говоря, Хэй был сильно удивлен тем, что еще не все ракеты уничтожены. Видимо, противник растерялся. Значит, и этим, непонятно откуда свалившимся на их голову чужакам, свойственно ошибаться.
Ноль…
Ничего!
Время истекло, а отметка цели продолжала приближаться к городу. Похоже, больше никаких шансов. Через несколько минут от города не останется камня на камне. Да, даже камней не останется. Только здоровенная дырка в земле с оплавленными краями. И больше ничего.
Неужели конец?!
Отдаленная яркая вспышка на мгновение ослепила Хэя. Сердце радостно подпрыгнуло в груди. Там, на горизонте, маленькие черные точки, отправленные им с земли, нашли свою жертву. Они все-таки сумели добраться до своей цели и безжалостно жалили вражеский корабль, вырывая куски обшивки. И когда повреждения стали критическими, энергетическая установка вражеского корабля не выдержала запредельных перегрузок и взорвалась, залив ярким, ослепительным даже в дневном небе, светом далекие окрестности.
Отовсюду в крепости раздались возбужденные счастливые крики. Люди поняли, что неминуемая гибель в этот раз была отсрочена. Они ликовали.
Хэй неловко улыбался, чувствуя на себе восхищенные взгляды людей, для которых он еще несколько дней назад был просто случайным попутчиком, еще одним стволом в защите каравана беженцев.
Радость прервал тревожный сигнал системы слежения комплекса. Хэй вновь повернулся к экрану. Счастливый гомон вокруг постепенно затихал. Люди вновь были встревожены.
И не напрасно.
На экране Хэй с удивлением наблюдал множественные цели, вдруг заменившие уничтоженный корабль. Судорожно прогнав в мозгу все возможные варианты, парень сумел найти ответ: уничтоженный объект сумел сбросить десантные модули. И теперь эти скорлупки, несущие внутри пехоту противника, приближались к поверхности. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что вскоре после приземления последует штурм. И большой вопрос, удастся ли выстоять в этом случае.
Можно было бы попытаться себя успокоить, уверяясь в мысли, что это лишь спасательные капсулы. Но в благополучное стечение обстоятельств Хэй с недавнего времени полностью разучился верить. Да и данные о размерах объектов говорили отнюдь не в пользу подобного варианта.
Хэй поторопился оповестить своих соратников о грозящей им новой опасности.
Раздались хриплые команды, и вооруженные люди поспешили занять свои места на крепостной стене. При любом раскладе, у них теперь был шанс: они могли надеяться на отсутствие у противника оружия, способного также легко смести с лица земли город, как это тому удавалось с помощью вооружения корабля.
Десантные модули, гася скорость падения с помощью тормозных двигателей, включавшихся в нескольких десятках метров от поверхности земли, приземлялись один за другим в прямой видимости городских стен. Оплавленный реактивными струями песок превращался в стекло, а затем трескался под ударами массивных корпусов модулей.
Хэй прикинул возможные варианты и с сожалением отринул возможность использования ракет против пешей силы противника. Снарядов класса «земля-земля» для данного комплекса не предполагалось.
Даже отсюда, довольно далеко от места посадки, было слышно, как захлопали пиропатроны, отстреливая аппарели, по которым вниз устремлялись вражеские бойцы.
Хэй поднял бинокль, предусмотрительно захваченный в оружейке. Он смотрел за высадкой десанта и чувствовал, что какие-то подспудные мысли тревожат его. И факт многочисленности сил врага был вовсе не причем.
Гости не стали терять времени и, быстро перегруппировавшись, бросились в атаку на стены города. Солдатам предстояло преодолеть, по меньшей мере, полкилометра по открытой местности. И ополченцы, засевшие в Торге, не были намерены предоставить тем возможность добраться до городских стен беспрепятственно.
Застучали автоматные очереди, одиночно громыхали винтовочные выстрелы, бухали и завывали лазерные ружья и бластеры. Массированный залп приносил свои плоды, роняя одного за другим огрызавшихся короткими прицельными очередями солдат противника. Но их было слишком много. И многие из упавших тут же вставали — пулевое оружие было не в состоянии пробить черный доспех, в который были одеты десантники врага.
Среди всей этой какофонии Хэй сумел найти подходящее решение.
Пока враг был еще на достаточном удалении, он развернул крупнокалиберные пулеметы зенитного комплекса. Когда за их спинами громко залаяли мощные стволы, защитники города на мгновение присели, оглядываясь в опасении, что противник уже проник в город с тыла. Но увидев, что это дело рук одного из них, радостно возвращались к расстрелу приближавшейся пехоты.
Крупнокалиберные пули собирали щедрую жатву в рядах десантников. Защитные скафандры были не способны противостоять мощности, рассчитанной на противодействие авиации. Враг стремился вперед, теряя бойцов, а Хэй твердил сам себе: «Только бы патроны не кончались».