— Там мои вещи остались, — сказал мальчик, не отпуская рукав Иры. — Рюкзак. И папина куртка.

— Сейчас достану, — сказала Ира. — Стой с дядей Игорем.

Она полезла снова, уже быстрее, и через минуту сверху упал маленький синий рюкзак с машинкой на клапане, а следом мужская куртка. Игорь поймал ее на лету. Тяжелая, теплая, с вытертыми манжетами. Олег лежал внизу лишь в одной майке. Видимо, укутал сына, а сам пошел так, как был.

Ира спустилась, и Семен наконец отпустил лестницу. Он молча постоял, держась правой рукой за плечо, потом взялся за ружье.

— Нормально, — ответил он на взгляд Игоря. — Все нормально, что дальше?

— Сейчас решим.

В это время Ира надела рюкзак, повесила ружье и только потом присела перед мальчиком на корточки, достала литровую бутылку воды и открутила крышку.

— Пить хочешь? Конечно, хочешь! Давай пей, не стесняйся.

Пить он действительно хотел и пил, держа бутылку двумя руками, так жадно, что вода текла по подбородку. Остановился он только тогда, когда выпил больше половины. Потом вытер рот рукавом и посмотрел на Игоря.

— А вас папа прислал?

Игорь присел рядом.

— Мы сами пришли. Тебе сколько лет?

— Мне семь. — Мальчик подумал и добавил: — Через неделю семь будет.

— Почти семь, значит.

— Почти, — серьезно согласился он. — Я уже в школу пойду в сентябре.

— Федя, сейчас пойдем ко мне в гости, на третий этаж. Там дверь крепкая, там посидишь с тетей Ирой. Она тебя за руку возьмет, только не шуми. Договорились?

— А мама где? Мы в девятнадцатой квартире живем, на четвертом этаже. Мама же дома должна быть.

Он сказал это так уверенно, будто только что ее видел. Игорь, понимая, что, скорее всего, увидит в девятнадцатой квартире, кивнул.

— Мы проверим. Сначала тебя устроим, потом проверим.

Спускались в обратном порядке. Семен шел первым, потом Ира с мальчиком, Игорь последним. На четвертом этаже Федор потянул Иру к левой двери, но она не остановилась, только перехватила его руку повыше и сказала что-то тихо и твердо. Мальчик оглянулся на дверь через плечо и пошел дальше.

На третьем этаже Игорь отпер дверь и первым шагнул в прихожую. В квартире все было так, как он оставил: задернутые шторы, тишина, пыль на полке у зеркала. Он быстро прошел по комнатам, проверил окна, вернулся и позвал остальных.

Ира и Федор прошли за ним на кухню. Ира усадила мальчика на табуретку, достала из рюкзака открытую пачку галет и протянула ему. Игорь сел напротив.

— Федя, ты помнишь, как ты на чердак попал?

Мальчик ответил не сразу. Он сунул в рот сразу две галеты и теперь старательно жевал, запивая водой, которую ему дала Ира. Наконец проглотил и заговорил:

— Я ночью спал, меня мама разбудила, во дворе сильно кричали, очень страшно было. Папа взял ружье и куда-то ушел, а потом стрелять начали. Я знаю, как стреляют, папа меня на стрельбище брал, я даже сам стрелял, только плечу больно было.

Федя положил надкушенную галету на стол.

— Мама плакала. Потом папа вернулся, сказал, что дома оставаться нельзя. Мама спросила, куда мы пойдем. А он сказал, что дядя Женя тетю Аню в подвал зовет, там у них кладовка, а их бабушка идти не хочет, ругается.

— А дальше?

— Мы вышли, и папа сказал мне наверх бежать, а мама за нами шла. Там лестница была, и папа полез наверх первым, потом меня за руки втащил.

Он помолчал, глядя на галету.

— Велел сидеть тихо. Сказал, сейчас маму приведет, а потом за помощью пойдет.

— Мама внизу осталась?

— Да, возле лестницы, я слышал, как она папу звала. Он к ней спустился, а я крышку закрыл, как он сказал.

— Ты дядю Женю видел?

— Нет, слышал. Он громко кричал. Я его знаю, у него машина не заводится.

Игорь невольно усмехнулся краем рта и тут же перестал.

— А потом что было?

— Потом стреляли. Громко очень. Наверно, это папа стрелял, у него же ружье было, как у вас. А потом перестали.

Федор поднял глаза на Игоря.

— Он же за помощью пошел?

— Пошел, — ответил Игорь и отвел взгляд. — Посиди пока с тетей Ирой, мы с дядей Семеном скоро вернемся.

Ира вышла за ним в прихожую. Он расстегнул боковой карман рюкзака у нее на спине, отсчитал десяток патронов с картечью и рассовал по своим карманам. Подумав, взял еще два для обреза.

— Закройся и никому не открывай, — сказал он. — Кто бы ни звал, хоть моим голосом. Я своим ключом открою.

Она кивнула и посмотрела на него.

— Вы там аккуратней.

— Постараемся.

Дверь квартиры Олега на четвертом этаже оказалась не заперта. Игорь потянул ручку на себя. Семен встал за его плечом, держа оружие наготове.

Прихожая была пуста. Игорь шагнул внутрь и заглянул в зал. На полу возле дивана лежала Галя, жена Олега. Он остановился в дверях, посмотрел на нее и отвел глаза.

Из зала тянуло сквозняком. Балконная дверь была выбита внутрь вместе с рамой, по полу рассыпались осколки стекла. Семен проверил остальные комнаты, заглянул на кухню и в ванную. Вернувшись, он покачал головой. Больше в квартире никого не было.

Они вышли и прикрыли за собой дверь.

Дверь соседей на третьем этаже, рядом с его собственной, тоже была только прикрыта. Игорь знал, что здесь живут Женя с Аней и ее мать, но ни разу не был у них дальше порога. Он постучал стволом ружья по косяку двери и негромко позвал Женю, но никто не откликнулся. Тогда он шагнул внутрь.

В маленькой комнате, у той самой стены, за которой стояла его кровать, на полу, как-то вся сжавшись, лежала маленькая пожилая женщина в одной ночной рубашке. Рядом валялись одежда и палка с резиновым наконечником. Видно, кто-то хотел ее одеть. Окно было выбито, на подоконнике лежали осколки и сорванная занавеска. Игорь постоял секунду в дверях комнаты. Год она стучала этой палкой ему в стену, когда он кричал во сне, а он лежал в темноте и злился на нее. А в ту страшную ночь кричала, наверное, она сама, и за стеной ее никто не услышал.

Семен коротко осмотрел вторую комнату и кухню.

— Больше никого. Там тоже вещи раскиданы, собирались быстро.

— В подвал ушли, наверное, если дошли, конечно. Но на лестнице их не было, и машина на месте стоит.

Они спустились на первый этаж. Олег лежал на прежнем месте, как и его ружье. Игорь обошел его, не глядя.

— Сеня, ты здесь. Смотришь дверь подъезда и подвал. Если что, ко мне не лезь, держи лестницу, наверху Ира с пацаном.

— Понял, — коротко, как всегда, ответил Семен и встал у почтовых ящиков, откуда видны были и входная, и подвальная двери. — Ты там не геройствуй, если что, сразу назад.

Игорь согласно кивнул.

Подвальная дверь была заперта. Игорь вспомнил, как Илья когда-то открывал ему эту дверь своим ключом и как он потом делал копии. Ключ у него был, и он легко повернулся в замке. Открыв дверь, Игорь оставил ее приоткрытой, чтобы слышать Семена.

Внизу было почти темно. Свет шел только из продухов под потолком вдоль наружной стены, узкие серые полосы ложились на пол через каждые несколько метров. Игорь включил фонарь, прижал его пальцами левой руки к цевью и пошел вперед.

Сначала он повернул налево и проверил дверь, через которую можно было выйти на улицу. Дверь была на месте, железная, целая, закрытая на замок. Игорь приник к щели у косяка и увидел снаружи серую пустую улицу, газон и угол ограды. Никого. Этот выход еще мог понадобиться, и он отметил это, не задерживаясь.

Потом пошел в сторону второго подъезда. По обе стороны подвала тянулись деревянные и металлические двери кладовок. Игорь хорошо знал этот путь, так как во время своих снов он много раз проходил здесь.

Кладовка Жени была последней перед проходом во второй подъезд. Прошлой осенью Игорь помогал ему таскать сюда летнюю резину, и Женя всю дорогу ворчал, что теща выделила ему место у самой стенки, потому что кладовка ее и порядок в ней тоже ее. Железную дверь туда она поставила еще при муже.

Дверь была закрыта. Из щели под ней торчал край тряпки, видимо, изнутри щель под дверью заткнули, чтобы свет в кладовке не был виден из подвала. Игорь тихонько, одним пальцем, постучал.