Annotation

Даша - прилежная первокурсница, и её жизнь расписана наперёд: учёба, карьера, свадьба с Виталиком и спокойное будущее без сюрпризов. Но что делать с симпатией к самому опасному парню универа - Марку?

Она оказывается между двумя мирами: безопасным, знакомым и тем, что пугает, манит и заставляет чувствовать по-настоящему. Ревность Виталика растёт, давление родителей усиливается, а Марк становится всё ближе - дерзкий, непредсказуемый, который видит её насквозь.

Это история о выборе себя, о первой любви, которая обжигает, и о свободе, за которую всегда приходится платить.

Под запретом

Глава 1. Глоток свободы

Глава 2. Другой Марк

Глава 3. "Спаситель"

Глава 4. Без масок

Конец ознакомительного фрагмента.

Под запретом

Глава 1. Глоток свободы

Всё началось в машине, похожей на такси комфорт-класса, где я сидела на мягком заднем сиденье, тихая и собранная, как примерная дочь строгих родителей - только сейчас без родителей. В салоне было тепло, и пахло чем-то приятным, дорогим и очень ненавязчивым.

Мама с папой уехали на дачу. На все выходные.

И это звучит так невинно, что хочется добавить: и оставили нас с Иринкой - моей лучшей подружкой - одних, потому что мы же взрослые.

Взрослые - это когда тебе восемнадцать, и формально уже ты уже можешь голосовать, делать прививки и сдавать анализы без родителей, покупать сим-карту, оплачивать тариф и вообще самостоятельно решать, как жить эту жизнь. Только вот у меня это как-то немного не так работает. Иногда мне кажется, что родители будут контролировать меня до самой пенсии, а может, и дольше.

Мы с Иринкой были теми самыми девочками, которыми родители гордятся и хвастаются. Умницы-красавицы, одним словом.

Обе учимся на первом курсе факультета «Финансы и кредит». И истории поступления у нас похожи: меня отправили родители, потому что это престижно и работа всегда будет, а Иринку - мама. Она занимает серьёзную должность в банке, так что будущее подруги уже предопределено: для неё там давно припасено местечко. Осталось делов-то - отучиться четыре года, получить диплом, и готово!

Сессия на носу - первая серьёзная, с зачётами и экзаменами, от одной мысли о которых уже дёргался глаз и волосы на голове ходуном ходили.

Экзамены для меня - отдельный вид пытки. Даже отлично зная материал, я каждый раз ловила паничку. Стоило преподавателю назвать мою фамилию - в голове оставался только белый шум, а ладони становились влажными. Вспомнить хотя бы ЕГЭ: тогда я не спала несколько ночей, а в день икс меня трясло так, что я не могла удержать в руках даже стакан с водой. Маме пришлось поделиться со мной успокоительными, которые довольно неплохо справились с волнением и страхом.

Мама и сама периодически пропивала их курсами. Таблетки постоянно лежали в нашей второй аптечке на микроволновке - привычная часть быта, на которую никто не обращал внимания.

За фасадом идеальной семьи часто скрывается то, о чём не принято говорить вслух. Особенно таким, как я: тихим, правильным девочкам, которые до сих пор сбегают из гостиной, если в кино показывают что-то слишком откровенное. Сбегают и тут же утыкаются в учебники, словно это не экранные герои, а они сами только что совершили нечто постыдное и запретное.

Вот и я в любой непонятной ситуации уходила в учёбу. Удобно. Только это был не выбор, а способ выжить. По крайней мере, в моей семье всё работало именно так.

И пусть я отличница, это лишь часть обязательной программы «хорошей девочки»: быть лучшей во всём. Даже в том, как виртуозно обманывать собственных родителей.

Кстати, в эту же программу входил Виталик. Сын близких друзей нашей семьи, с которым мы знакомы чуть ли не с пелёнок. Наши отцы - мой, Сергей Петрович, и Александр Владимирович - папа Виталика, - служили вместе. А моя мама Таня - крёстная Виталика. Так что наши с ним отношения - это продолжение многолетней дружбы наших семей.

Нас с ним буквально «поженили» ещё в детстве: между дачными посиделками и семейными праздниками взрослые всё решили за нас.

Виталик был хорошим, заботливым, предсказуемым, с милыми комплиментами и робкими прикосновениями. Все наши знакомые умилялись: какая красивая пара, как хорошо смотрятся вместе ну просто созданы друг для друга. А я и не спорила. Так было проще. Так было правильно. По крайней мере, я себя в этом убеждала.

Мы с Иринкой клялись, что будем заниматься все выходные. Что будем «готовиться». Что никуда не пойдём, даже в магазин, а еду закажем с доставкой. Поэтому мои родители и представить не могли, что эти две пай-девочки - Иринку они тоже считали послушной и примерной - ночью сорвутся на другой конец города, в довольно сомнительное место, не то закрытый клуб, не то какой-то спорт бар, где-то на территории промзоны.

И это была не какая-то обычная вечеринка, а место куда серьёзнее и опаснее. Закрытая территория, вход только для «избранных» - в общем, уровень, до которого нам с подругой было как до Луны и обратно. Мы бы туда в жизни не попали, если бы не её брат. Он в этой тусовке давно свой человек, так что нас проведут «по блату» и в прямом, и в переносном смысле.

И тут я вспомнила про разговор, который однажды случайно услышала в университетской столовой. Там, хоть и всегда шумно, но я краем уха уловила обрывок фразы за соседним столом. Речь шла о каких-то нелегальных соревнованиях - вроде бы спорт, но с каким-то подвохом. А после них, как правило, всё перерастало в дикую вечеринку до утра.

Иринка сидела рядом и просто светилась от счастья. Её распирало от предвкушения: она постоянно вертелась, выглядывала в окно и с заговорщическим видом потирала ладони. Усидеть на месте было выше её сил.

- Даш, ну ты только представь, это будет… просто вау!

- Надеюсь, у твоего «вау» не будет неприятных последствий, - проворчала я.

- Ой, Даша, ну хватит драматизировать! Всё будет супер!

- У меня какое-то гаденькое предчувствие…

Иринка лишь одарила меня снисходительным взглядом и, чтобы успокоить, взяла за руку.

Но это не помогло. Предчувствие и вправду было нехорошим.

Мы с Иринкой лучшие подружки, но при этом абсолютно разные - и по характеру, и внешне. Она общительная, смелая и открытая, а я… Ну, Иринка постоянно шутит, что я интроверт сотого уровня. И ведь не поспоришь. Люди друг с другом часто не сходятся характерами или интересами, а у меня порой возникало чувство, что я не сошлась с целым миром. Были, конечно, исключения, но это капля в море.

Иринка - девушка эффектная: среднего роста, с густой копной каштановых волос и выразительными зелёными глазами. По её лицу всегда легко понять, что у неё на уме: скрывать свои эмоции Иринка совершенно не умела. У неё точёная фигура «песочные часы» - тонкая талия, изящные изгибы бёдер и женственные формы. Рядом с ней я чувствовала себя той самой «страшной подружкой».

Мой рост - метр шестьдесят один. И хотя интернет уверяет, что это идеальный рост для девушки, глядя на Иринку, я в этом сильно сомневалась.

Моя внешность казалась мне самой обычной: ни стройная, ни полная - словом, стандартная. Во мне будто не было ничего примечательного, хотя я и ловила на себе двусмысленные взгляды парней. Иринка твердила, что у меня модельные данные - острые скулы, изящные ключицы, тонкая шея, - но я лишь недоумевала. В моих глазах настоящей красавицей была она, а не я.

Светло - русые волнистые волосы чуть ниже лопаток, круглые голубые глаза. Единственная яркая деталь - непропорционально пухлые губы, сильно выделяющиеся на светлом лице. Я была больше за естественность: тушь, бальзам для губ и изредка стрелки для настроения. Совсем другое дело - Иринка. Она была настоящим профи в макияже: мастерски пользовалась тенями и румянами, помадами и тинтами и ещё кучей непонятных мне средств.