Эмма Дарси

Повелительница грез

Глава 1

Поднимаясь к себе в номер, Луис Анхель Мартинес чувствовал себя просто прекрасно. Он заключил сделку, ради которой прибыл в Ла-Пас, великолепно пообедал, очередной кризис в городе стал отличным поводом не явиться на собственную помолвку, и его мать — одна из самых влиятельных и богатых женщин Аргентины — была не в силах ему помешать.

Он просто сиял.

Две молодые женщины, стоящие рядом с ним, — судя по произношению и одежде туристки из Штатов — устремили на него красноречивые, манящие взоры. Луис помрачнел. Холодное презрение сверкнуло в его глазах, лишая их всяческой надежды на знакомство.

Он презирал иностранок, разъезжающих по миру в поисках сексуальных приключений, и это презрение перерастало в лютую ненависть, когда он замечал, что становится объектом их пристального внимания.

Может быть, из-за смуглого цвета кожи, густых черных волос он и походил на жиголо, но никогда в жизни Луис не согласился бы играть эту роль. Жизнь отвела ему другую.

Лифт остановился. Луис злобно посмотрел вслед двум блондинкам, вышедшим на своем этаже. Разве можно было их сравнить с Шонтэль! Ее шелковистые, блестящие волосы… Планы этих клуш наверняка сводились к тому, чтобы подцепить местного красавца и всласть с ним погулять.

— Только не я, леди, — пробормотал он им вслед, прежде чем двери захлопнулись и лифт поехал вверх. В одном его мать была права лучше связать судьбу с женщиной, у которой та же раса, культура, то же окружение.

И конечно, она должна понравиться властной, привыкшей командовать Эльвире Розе Мартинес, которая не потерпит рядом с собой чужаков.

Единственное, чего она не учла, так это ту маленькую заварушку в Боливии. В результате он не мог присутствовать на запланированной матерью помолвке.

Непредвиденные обстоятельства!

Лучшего оправдания не сыщешь.

При мысли об этом к Луису вернулось хорошее настроение. Лифт остановился, и, войдя в свой номер, Луис не мог сдержать улыбку. Ведь любому понятно, почему он остался здесь. Было практически невозможно покинуть Ла-Пас, не нарвавшись на неприятности.

После того как днем раньше фермеры прошли по улицам с маршем протеста, обстановка еще оставалась накаленной: состав правительства менялся, аэропорты закрыты, объявлен комендантский час, войска заняли город.

Луис весьма комфортабельно устроился в отеле «Плаза», и у него не было ни малейшего желания становиться участником происходящих событий. Боливия есть Боливия, страна, где смена правительства происходит по пять раз на дню. Скоро политическая ситуация войдет в колею, и жизнь потечет своим чередом.

Он открыл дверь своего номера, захлопнул ее, оставив за порогом все эти малоинтересные проблемы, и направился к мини-бару, решив, что вполне еще может пропустить стаканчик-другой Разумеется, вторая помолвка неизбежна, хотя он считал, что сам может устроить свою личную жизнь. Незначительная передышка это всего лишь отсрочка смертного приговора. Ему было тридцать шесть лет — время жениться, обзавестись семьей… И подходящее время для матери вплотную заняться делами сына. Она, несомненно, будет расстроена его отсутствием, но это ни в коем случае не помешает ей публично объявить о его намерении породниться с семьей Гальярдо.

Клаудию Гальярдо она выбрала для него вскоре после смерти его брата. Луис поднял ее на смех — школьница! «Но эта школьница прекрасно тебе подходит. Учитывая твой социальный статус, из нее получится отличная жена». Так говорила мать, настаивая на своем. «Я сам выберу себе жену», — отвечал он, даже не помышляя об этом. Шонтэль, эта зеленоглазая ведьма, растоптавшая его чувства… Он никого больше не желал знать.

Луис достал лед, лимон и бутылку «Кайпирины», надеясь хоть ненадолго забыть Шонтэль Райт. Из-за нее… после нее… ему требовалась не просто подходящая жена. Чувства вот чего не хватало ему!

Но может быть, чувствовать он уже не мог? Так в чем же дело, ведь супружеское ложе ждет! Глупо томиться в ожидании и томить других ради мифической страсти, исчезнувшей навсегда. Клаудия готова стать хорошей женой и подарить ему наследников. Свои обязательства перед ней он выполнит сполна и, уж конечно, будет любить своих детей.

Неважно, что придется смириться с уготованной ему судьбой. Даже если бы он наконец забыл о своем бунтарстве и стал таким же ответственным, как его брат Эдуарде, Луис не хотел, чтобы мать руководила его жизнью. Он был рад, да, ужасно рад, что не смог вернуться в Буэнос-Айрес и поучаствовать в ее маленькой вечеринке, каким бы опрометчивым ни казался его поступок.

Клаудия наверняка будет покорно ждать.

Она всегда была покорной.

Луис поморщился. Иногда ему казалось, что это придает ему уверенности в себе. Самоуважения. Делает его королем в своем маленьком королевстве. По крайней мере он знал, где находился бы сейчас с Клаудией.

Он бросил в стакан дольки лимона, добавил сахара, немного льда и налил «Кайпирину». И сладкий, и кислый — как жизнь, подумал он. Он сидел, помешивая напиток, когда зазвонил телефон. Луис взял трубку, гадая, не весточка ли это от матери, нашедшей для него возможность без риска покинуть город.

— Луис Мартинес, — сказал он беспечным тоном.

— Луис, это Алан Райт. Пожалуйста, не вешай трубку. Кучу времени потратил на то, чтобы разыскать тебя. Мне очень нужна твоя помощь.

Если бы не просьба, Луис наверняка бросил бы трубку. Луис не желал ни видеть, ни слышать человека, сестра которого так пренебрежительно обошлась с ним. Уязвленная гордость вскипела в нем.

— Какая помощь? — холодно спросил он, злясь на себя за то, что не решился сразу отшить прежнего друга.

— Луис, у меня здесь, в Ла-Пасе, группа туристов. Вчера мы должны были улететь в Буэнос-Айрес, но один Бог знает, когда вновь откроется аэропорт. Они жутко боятся, паникуют. Мне необходим автобус, чтобы увезти их отсюда. Я сам сяду за руль. Ты не мог бы устроить это?..

Автобус…

Это пробуждало старые воспоминания:

Алан, совсем еще молодой, едет на видавшем виды автобусе по джунглям Амазонии к приискам, куда Луиса отправили подальше от проблем в Аргентине. Алан работал там шесть месяцев и, будучи неплохим механиком, пытался придать автобусу нормальный вид, чтобы открыть собственный туристический бизнес.

Австралиец, обожающий Южную Америку, — ничто не могло заставить Алана Райта бросить задуманное и вернуться домой. Начать он решил с кемпинговых поездок. Затем постепенно скопил довольно большой капитал и стал расширяться. Луис восхищался инициативой и решимостью Алана, его неунывающим характером, а потому с радостью помогал ему во всем. Девять лет они дружили. Если бы только Алан не познакомил его с сестрой…

— Шонтэль с тобой?

Этот вопрос сорвался с его губ случайно, сразу придав разговору враждебный оттенок. Алан не ответил. Напряжение нарастало.

— С тобой? — настойчиво повторил Луис. Ему было наплевать, что подумает Алан. Ведь он мог отнять у Алана последнюю надежду, безжалостно швырнув трубку.

— Черт побери, Луис! Я заплачу за автобус! Почему бы тебе не заключить со мной сделку? — взорвался Алан.

Она была с ним.

Нечто большее, чем просто гордость, вспыхнуло в Луисе Анхеле Мартинесе. Каждую клеточку его тела как будто пронзило электрическим разрядом. В крови заиграл адреналин. Возникло желание… страстное желание. Это было не просто вожделение. Он испытывал мучительное удовольствие при мысли, что на этот раз ей не удастся уйти, он добьется своего.

— Где ты? — спросил он.

— В отеле «Европа», — последовал быстрый, полный надежды ответ. — К счастью, это рядом с твоей гостиницей.

— И правда, какое счастье! — усмехнулся Луис, и от усмешки этой бросило бы в дрожь каждого, увидевшего ее. — Сколько человек в группе, Алан?

— Тридцать два, включая меня.

— Я достану тебе вполне приличный автобус…