- Что с Павлом? - Сил даже просто повернуть голову, и посмотреть на друга не было категорически, один лишь намек на движение и в глазах полыхнуло, а в несчастной черепушке началась свистопляска. Таким беспомощным я себя не помнил никогда.
Сквозь шум в ушах донесся голос самого Паши.
- Я в порядке. Мне видно меньше твоего прилетело. Уже оклемался и даже сижу уверенно. - С иронией добавил он.
Я лежал, бездумно глядя в ночное небо, яркие, бесчисленные звезды заполнили его от края и до края. Городской смог и частокол домов не дадут такой панорамы на буйство космических светил. Что-то царапнуло сознание и тут же исчезло, так и не оформившись в законченную мысль. События ночи повергли меня в задумчиво-созерцательное состояние. Всякое ощущение нереальности пропало, сменившись напротив странной, непривычной полнотой жизни, возможно, этому способствовала боль во всем теле? Не знаю. Через пару минут мне ощутимо полегчало, голова перестала кружиться, дыхание выровнялось, а тело обрело способность передвигаться. Приняв сначала сидячее, секунду спустя и вертикальное положение, пристойное всякому прямоходящему, с надеждой задал ключевые вопросы.
- Ребят, что так ни одной машины? А связь?
- Не было, нет, и не будет. Да чего спрашиваешь, неужели бы машина не остановилась бы? - Паша как всегда четок и конкретен.
- Понял. Тогда пошли обратно к машине, если кто поедет, заметим издали.
Шагали к покореженной 'ласточке' не спеша, организму требовалось больше времени на полное восстановление, но все равно добрались быстро - не далеко мы улетели, хм...
Павел заботливо посветил. Покопавшись в бардачке, выудил карту области и, разложив ее на багажнике, подальше от уже подсыхающей пены, начал определяться на местности. Вывод - до ближайшего населенного пункта не меньше десяти кэмэ. Это очень приблизительно.
Поделившись новой информацией и кратко, но ёмко высказавшись по этому поводу, расстелили прямо на земле старое одеяло, всегда лежащее в багажнике, и, усевшись на нем, приступили к обдумыванию плана дальнейших действий. Вариант оставаться у машины отбросили сразу. Чего мы в ней высидим? Тем более движок мертвый, значит, печка тоже накрылась медным тазом, а сейчас, в мае, ночи у нас, на севере Омской области, прохладные. Замерзнем и все дела. Мы ехали не в поход или на охоту, просто хотели навестить одного старого знакомого, поэтому ничем не запасались - как говорится 'налегке'.
- Можно развести костер, как-нибудь ночь перекантуемся, а утром...
- И что утром? - перебил я друга. - Где гарантия, что утром появятся машины? Что ты про эту глухомань знаешь? Еды у нас ноль. Сидеть голодными, холодными - какой смысл?
- Славян, тише, чего ты нервничаешь? Значит, раз связи нет, придется топать на своих двоих, остается выбрать направление. - Рассудительно ответил Паша.
- Назад? - я снова посмотрел на карту. - Нет, лучше уж вперед, все быстрее к Ромке доберемся, он нам наверняка поможет. Черт, как обидно, осталось же до него всего ничего! Будь проклят этот монстр зоосадный! Знаешь, Паша, я все думаю, был у меня шанс не врезаться в него?
Микулин сдержанно пожал плечами.
- Вот и мне кажется, что не было, даже если бы ехал шестьдесят кэмэ, все равно не успел бы среагировать... Ладно, не о том. Решено, пойдем вперед, как тут на карте? В свете фонарика я прочитал мелкие буковки: 'Борки', ну и название...
Сбор вещей много времени не потребовал. Вытащили полупустые рюкзаки с заднего сиденья (смена белья, свитер, набор туалетных принадлежностей, носки - стандарт вещей для короткой поездки). Прихватив ряд полезных в лесу приспособ из багажника - резиновые сапоги, удобную ножовку, топор, малую саперную лопатку. Взяли недавно купленную аптечку (я лично рассовал каждому по карманам по одной упаковке стерильного бинта, несколько пластин бактерицидного пластыря и по ампуле с йодом), слили в полутора литровую бутыль из-под минералки бензина, прихватили и пустую десятилитровую пластиковую канистру для воды (по дороге попадется родник или еще что подходящее - наполним). Документы, включая страховку, у меня лежали в куртке, на поясе ножик-складник прицеплен, так ничего особенного, но все же... Загрузились и зашагали по дороге. В последний момент я все же ухватил десяток алюминиевых шампуров, сам не знаю зачем, небольшие, легкие, места занимают мало, не перетружусь.
Бобров как обычно начал возражать против перегруза железяками, особенно, когда узнал, сколько предстоит идти, но мы с Пашей резко пресекли Валеркины поползновения.
- Тащи, давай, кто ж знает, сколько идти придется? А вдруг пригодятся...
Фонари, ради экономии батареек, включали попеременно. Стало совсем темно, дорогу плотно обступили высокие сосны (и откуда взялись!?), поэтому момент, когда асфальт под ногами сменился обычной грунтовкой, щедро усыпанной прошлогодней хвоей, мы попросту не заметили.
Прикинув по часам скорость (элементарно посчитал шаги до ста и засек время), я озвучил друзьям ближайшие перспективы.
- Часа два топать, не меньше.
Ребята не откликнулись, молча шагая по дороге. Тишина и безветрие, мощный, живительный запах смолы и хвои, легкий, совсем не душный воздух, если бы непроглядная тьма по сторонам и разбитая машина - то все стало бы просто замечательно, давно я мечтал вот о таком походе.
Луны на небе заметно не было, лесные шорохи и звуки со всех сторон окружили нас в непроглядной темноте, которая за пределами конуса слабого света фонаря становилась только непроглядней и гуще. Пашка сразу встал в голове нашей микро колонны, я пошел замыкающим, так и шли. Несколько раз откуда-то из чащи доносился рёв и рычание зверей от которых кровь стыла в жилах, вот уж не думал, что в наших лесах такое бывает, где-нибудь в Африке - еще куда ни шло... А потом мы стали слушателями настоящего волчьего концерта, многоголосый вой медленно набирая силу накатывал и отступал, заставляя покрепче ухватываться за бесполезный топор. Да, нам бы не помешало развести больше света, зажечь факелы. И ведь ничего не мешало еще там, у машины сделать их, наломать сучьев, обкрутить тряпками из багажника и чуток смочить в бензине, сейчас бы не чувствовал себя таким слабым и беспомощным. А сейчас - бензин есть, а вот тряпок - ноль. Так что терпи, казак.
Какая все же странная штука - человек! Права Дези - мы - то чего сами не знаем. Ведь эти же места в дневном свете предстанут перед нами совершенно в ином свете, хехе, каламбур вышел. Прямо из-под ноги раздался оглушительный щелчок, казалось, весь лес замер на мгновенье, пораженный шумом. Сердце обвалилось куда-то в ботинки, а по всему телу выступил противный липкий пот, вот же блин, попалась ве-то-чка, чтоб ей. Друзья, шедшие впереди разом обернулись и свет фонарика ослепил меня, я сразу прикрыл глаза ладонью.
- Паша, убери лампу.
Микулин сообразив наконец-то убрал фонарь в сторону.
- Все в порядке, просто наступил на стреляющий сучок. Пошли дальше, ребята.
Перед глазами плавали разноцветные круги, и первые шаги я сделал почти на ощупь. Постепенно зрение восстановилось.
Шли мы таким манером уже больше двух часов и основательно устали, но останавливаться не хотелось категорически. Но первый знак, что рядом люди дали нам не глаза, а нюх. Запах дыма примешался к чистым ароматам леса, ветерок, едва дувший нам навстречу, принес с собой этот такой важный признак жилья.
- Ребята, вы чувствуете? Дымом вроде пахнет, так урывками, но уже пару раз ощутимо налетало.
- Точно, а я думаю, что изменилось? - это голос Валерки.
- Согласен, значит жилье близко, на лесной пожар не похоже. - Тяжеловесный юмор у Пашки, ничего не скажешь.
- Типун тебе на язык. Ладно, пошли быстрее.
Вскоре далеко впереди, меж деревьями мы заметили и огонек, ставший нашим путеводным указателем. И куда только делась усталость? Ноги сами несут вперед, ускоряясь с каждым шагом. Под конец мы почти бежали тяжелой после долгого перехода и спотыкающейся на невидимых в темноте бугорках рысью. И вот перед нами усадьба, сходу встретившая нас заливистым собачьим лаем, посветив фонарями (об экономии разом забыли) убедились - перед нами мощные тесовые ворота и высоченный, под два метра забор, нет скорее тын - серьезно здесь люди устраиваются, ничего не скажешь. Я ухватился за потускневшее от времени кованое кольцо калитки и несколько раз крепко стукнул им о толстые доски. Из-за ворот донесся яростный лай. Не слабо, как бы не порвали нас собачки. Потом с той стороны появился свет. Короткий скрип, калитка отворилась, и мы увидели бородатого мужика в сапогах и меховой безрукавке, с керосиновой лампой в руке.