Глава 8

В тот вечер Маргарет и Томас долго бродили по берегу. Томас повстречал несколько приятелей, а также женщину-мулатку, которую захотел поиметь. Женщина повела его к себе. Она пригласила и Маргарет, но та отказалась. Она предпочла переждать на улице, пока ее любовник будет заниматься любовью не с нею.

И в самом деле, Маргарет получила странное удовольствие. .Представляя зримо движения пары за стенами дома, она так сильно сжимала и разжимала бедра, что и сама кончила. Медленное чувственное наслаждение охватило все ее существо, и еще долго она стояла на нетвердых ногах, уставив куда-то вдаль невидящие глаза.

Маргарет только-только пришла в себя после восхитительного эксперимента, когда ее заставили вздрогнуть звуки шагов. Перед ней стоял белый мужчина лет тридцати пяти. У него была смуглая кожа и темные вьющиеся волосы. Без сомнения, он слышал ее вздохи и стоны.

—  — Могу с уверенностью утверждать, — сказал он, улыбаясь, — что только что вы занимались любовью…

— Да, я, действительно, этим занималась, — вырвалось у Маргарет, и она тут же изумилась своему признанию.

— Давайте пройдемся, — предложил незнакомец, — и поговорим об этом.

Все последующее происходило как во сне. Маргарет послушно последовала за мужчиной. Они медленно и молча шагали по песку, любуясь тихой водой.

— Когда я встретила вас, — объяснила Маргарет, — я поджидала своего любовника, который трахался с негритянкой.

— Это не очень оригинально, что бы не говорили люди по этому поводу, — заметил незнакомец. — Более удивительно, что, кажется, вы его любите.

— Я люблю не того, кем он является, — возразила Маргарет, — я люблю идею, которую в нем воплощаю.

— И это не очень оригинально. Люди всегда любят других через свою концепцию о них, а когда эта концепция оборачивается большим членом, она легко перерастает в одержимость.

Воцарилось минутное молчание, потом мужчина продолжил небрежно:

— У меня тоже исключительный, великолепный член. Хотите взглянуть?

Не дожидаясь согласия, он извлек из ширинки невероятный член, который был больше даже чем у того Томаса, что встретил смерть, и того Томаса, что пребывал в поисках жизни.

— Это добрый христианский член, он всегда лучше, чем такой же у черного мужчины. Черные почти всегда проходят обряд обрезания, поэтому их члены ее содержат никакой тайны. Посмотрите, как отличается мой член. Его головка наполовину скрыта кожицей. Если я оттяну крайнюю плоть, обнажится свежая и нежная головка, она как сердцевина розы в окружении мягких лепестков. Прикрытие кожицей придает моему члену исключительную чувствительность, и я за это ей в первую очередь признателен. Она также придает невыразимые ощущения моим партнершам.

В данный момент, мадам, вы видите мое орудие в состоянии половинной эрекции, это вызвано вашим очарованием и вашим огорчением. Но если вы соблаговолите протянуть пальцы и поиграете с ним… Право же, не было более прекрасной ручки, которая когда-либо держала этот королевский скипетр.

Маргарет повиновалась и положила руку на член незнакомца, В ее маленькой ладошке он, горячий и пульсирующий, казался еще огромнее. Она почувствовала, как он наливается, восстает и становится твердым как железо. Кожица на нем была нежная, как шелк, но шелк, словно бы наэлектризованный, способный на сильнейший разряд с пламенем и искрами…

— Давайте присядем, — сказал незнакомец, выбрав на берегу уголок, поросший дикой гвоздикой и пряными травами. — Я позволю вам забавляться моим орудием сколько угодно в обмен на разрешение поласкать под юбкой ваш бутон, который, я уверен, восхитителен…

Сказано — сделано… Но взаимная игра не тянулась слишком долго.

— Мой член, — сказал мужчина, неожиданно высвобождаясь, — уже вполне удовлетворен знакомством с вашей рукой. И ваш клитор, судя по количеству жидкости, в которой утопают мои пальцы, также не нашел их неприятными. Полагаю, что наступила пора нам лучше узнать друг друга. Поэтому расстегните, пожалуйста, вашу блузку. О! Какие замечательные маленькие груди! Мой язык жаден, а они просто требуют, чтобы их целовали и лизали. Мне нравится чувствовать как ваши соски, эти две клубнички, набухают и твердеют под моими губами.

Пожалуйста, возьмите мой член, он начинает думать, что мой рот слишком эгоистичен. Между тем, он тоже имеет все основания принять участие в празднике.

Мужчина поднялся, вложил свой подрагивающий член в ложбинку между грудями и стал ублажать Маргарет таким способом.

— Если я утрачу контроль над собой, — сказал он спустя некоторое время, — то кончу в ваши груди. Но любовь только тогда совершенна, когда взаимна. И я сомневаюсь, что при этом способе вы получите наслаждение, равное моему. Теперь ваша очередь получить его…

Он поднял юбки Маргарет, опустился между ее колен и стал весьма искусно сосать губы, пощипывая одновременно пальцами клитор и потирая кончиком носа очаровательную щель влагалища, немедленно откликнувшуюся на тройную ласку. Затем мужчина поднялся.

— Теперь, — сказал он, — ваша п… достигла той же степени , вожделения, что и мой член. Мы с вами сейчас два полюса магнита, которые испускают любовь. Нам достаточно нескольких легких прикосновений, чтобы мы кончили.

На берегу никого нет. Чем мы рискуем? Нас никто не увидит. Давайте отрешимся от всех привычек нашей достаточно печальной цивилизации, обнажимся и в том виде, в каком появились на свет, устремимся вместе к наслаждениям Рая, чистым и естественным.

Претворяя слова в дело, он снял рубашку, расстегнул поясной ремень и позволил брюкам свободно скользнуть на землю. И вот он уже стоял перед ней, обнаженный атлет, и его могучий эректированный член гордо смотрел в небо, усеянное снисходительными звездами.

Переполненная желанием до головокружения, Маргарет также мгновенно разделась догола.

— Я очень люблю рыбалку, — сказав незнакомец, — и обычно выхожу на рассвете. Тут неподалеку у меня есть маленькая камышовая хижина. В ней нам будет лучше, чем здесь.

Рыбачья хижина утопала в розах.

— Этот сорт «Сладкий Восторг», — сказал незнакомец, — прибыл с Запада. Я их вырастил из семян, которые моя тетя Агата однажды прислала губернатору…

Внутри хижины господствовал живописный беспорядок. Повсюду были рыбацкие сети и сачки для ловли бабочек. Огромный член, вырезанный из твердого дерева, поддерживал светильник. Еще два деревянных фаллоса свисали с потолка. Диван был накрыт хлопчатобумажным ковриком. Завершал декорум ряд блестящих металлических коробочек, выстроившихся на буфете.

Маргарет опустилась на диван.

— Я хочу заняться с тобой любовью так, — сказал незнакомец, — как никто раньше. Видишь эти металлические коробочки? Ты, видимо, думаешь, что я храню в них дождевых червей для наживки. Вовсе нет. Там, действительно, червячки, но не Дождевые, а личинки майских мушек. Сегодня утром, к рассвету, они превратятся в мушек и улетят, чтобы прожить двадцать четыре часа — свою вечность.

Ты станешь инкубатором для этих мушек Весны! Раздвинь свои прекрасные бедра… А теперь раскрой свою чудесную п…ку, чтобы я мог вложить туда горстку личинок… Прекрасно… А сейчас повернись, я вложу еще одну порцию в твой очаровательный задик. Живое тепло твоего тела ускорит процесс метаморфозы, и через два часа из твоих сокровенных мест вылетят два живых облачка. Потом я буду е…ть тебя, и мы станем властелинами Весны, как это было при сотворении мира.

Незнакомец лег рядом с Маргарет. Она чувствовала, как в ее интимных полостях шевелятся личинки, ощущала прямо-таки божественное щекотание. Она не могла и представить, что возможны такие сладкие и нежные, но в то же время столь остро возбуждающие прикосновения. Сердце Маргарет часто билось, готовое разорваться, пальцы конвульсивно сжимались.

— Ты не сможешь одна выдержать такой напор наслаждения, поэтому я должен разделить его, — с этими словами незнакомец вложил ей в руку свой член. Маргарет стала ритмично сжимать и разжимать его.