Равен окончательно сник. Не поднимая глаз, мальчишка тихо заговорил, каждую минуту боясь, что вызовет гнев альфы.

- Я хотел убить Вольфганга... И уже когда... Ну когда я приготовился. Я начал вспоминать нашу ссору, когда он ушел... - Равену тяжело было признаваться, но угроза оборотня не оставляла ему выбора. Хотя, услышав такую правду, альфа мог и наказать мальчишку со всей суровостью, чего тот и боялся больше всего. - И я понял, что он просто пожертвовал собой, чтобы я выжил.

- Он же мог просто обновить метку? - Ричард пожал плечами.

- Не мог... Он пообещал, что трогать меня не будет. Я ему тогда пригрозил, что если мы разделим ложе еще раз, то я покончу с собой, потому что такого унижения больше не перенесу. А еще, наверное, он отчаялся, что семейной жизни у нас так и не будет...

- Подожди... То есть поэтому он ушел на Кривую гору? Пока метка не исчезла? - Ричард покачал головой, очередной раз поражаясь Вольфгангу. И почему он не выбрал себе нормальную омежку, из племени, а приволок человека, который по повадкам, скорее, напоминает альфу? Немного помолчав, оборотень продолжил. - Допустим, он решил пожертвовать собой. А что помешало тебе его убить?

- Я не смог... - Очередной раз повторил мальчишка. - Как я его убью, если он оказался ко мне так добр?

Князь в ответ промолчал, Равен тоже затих, с тревогой ожидая реакции оборотня. Мальчишка так и сидел, без движения, хотя сонливость брала своё. Вдруг альфа резко поднялся, подошел к Равену и, опустив ворот, начал рассматривать его шею. После непродолжительного молчания альфа произнес.

- Метка исчезла.

Князь поднялся и подошел к окну, о чем-то раздумывая. Положение Равена было очень хрупким, а что с ним делать, как поступать, альфа пока что не знал. Решать судьбу человека нужно было с Вольфгангом, однако тот в сознание так и не приходил.

- Можно, я посплю, пожалуйста... А завтра делайте со мной, что хотите. - Равен всё-таки лег на бок, прикрывая тяжелые, будто налитые свинцом веки. Ричард чувствовал, что в голосе мальчишки больше не было страха, только усталость и спокойная обреченность.

- Спи тут. На шкуре. - Князь смотрел, как на улице шли по своим делам оборотни. - Тебе выходить сейчас всё равно нельзя. Теперь ты не омежка. Ты человек, и прав у тебя никаких нет.

Глава 12. Путь к спасению

Убедившись, что Равен уснул, Ричард тоже лег. Он почему-то был уверен, что мальчишка не принесет ему зла, и всё-таки не мог решить, что с ним делать.

Князь проснулся еще до рассвета, когда серое утро только проникло в комнату. Оборотень поднялся, и тут увидел, что Равен сидит, прижавшись спиной к остывшему камину.

- Давно не спишь? - Князь набросил на себя плащ и принялся разжигать костер. - Замерз, да?

- Замерз, поэтому проснулся... - Мальчишка отодвинулся в сторону. Теперь он уже всё понимал. Дрожа и прозябая, он ломал голову, как потоньше спросить у князя о своей дальнейшей судьбе. - А как меня убьют?

Произнес Равен совсем тихо и тут же разрыдался. Ричард скривил губы. Он ненавидел, когда омежки плачут, и сейчас ему было очень неловко. Но показывать это человеку оборотень не собирался.

- А ты как хочешь? Признался же в своих мотивах, поэтому как скажешь, так тебя и казнят.

- Не надо меня по кругу... - Проскулил Равен. - Можно быстро... И не больно?

- Можно. - Вздохнул князь, глядя, как разгорается огонь в камине. - А что, жить совсем не хочешь?

- Хочу... Только как я спасусь? Даже если Вы меня помилуете... - Равен подполз ближе к огню, всхлипывая. - Когда Вольфганг очнется, разве он простит меня? А кому я еще нужен?

- То есть ты согласен теперь лечь под него, правильно? - Оборотень застегнул плащ и начал обуваться.

- Да... Я не хочу, чтобы его жертва была напрасной...

- Какой ты благородный. - Поморщившись, процедил сквозь зубы альфа. - А раньше тебе было плевать, жил, как хотел. Его поили, кормили, защищали... А он только условия диктовал. Вздернуть бы тебя на первом суку...

- Не надо. - Мальчишка уже пытливо смотрел на вождя, шкурой чувствуя, что тот по каким-то причинам не хочет его убивать. По крайней мере сейчас. Возможно, Ричард хотел поговорить об этом предварительно с Вольфгангом. Но муж его точно не простит. Замкнутый круг. - И всё равно, моя смерть - вопрос времени.

- Это ты верно подметил. Бессмертных тут нет. - Бросил на прощание Ричард и вышел из комнаты. Равен услышал звук поворота ключа. Заперт. Но при этом в безопасности, потому что ни одна живая душа не осмелится зайти в спальню князя.

Между тем Ричард отправился к лекарю, чтобы справиться о здоровье Вольфганга. Утешительных новостей не было. Похоже, оборотень и не думал просыпаться. Живой, дышащий, он лежал без сознания, не шевелясь, не открывая глаз.

- Сколько он еще так пробудет? - С тревогой в голосе спросил Ричард у лекаря. Затянувшаяся болезнь Вольфганга рождала массу проблем.

- Этого никто не знает. День, неделю... - Лекарь развел руками, глядя в глаза князю. Оборотни находились в комнате больного. - А может, будет лежать годами...

- Годами? - Переспросил альфа, поднимая глаза к небу. - Только этого еще не хватало...

- Да, тогда за ним нужен будет особый уход... Иначе он погибнет. - Лекарь подошел к постели оборотня и чуть приподнял его, показав спину. - Надо будет делать массаж, иначе он начнет живьем гнить.

- И кто это делать будет? Ты? - Ричард скривился, проклиная про себя и Вольфганга, и Равена, которые свои нерешенные проблемы теперь перенесли на ближних.

- У него же муж есть... - Растерянно ответил оборотень, которому теперь проводить целые дни и ночи возле больного совсем не улыбалось.

- Есть, ага. - Князь мотнул головой и, не вдаваясь в объяснения, вышел из комнаты.

Оборотень направился снова в спальню, к Равену. Единственно, по пути он вспомнил, что мальчишка уже сутки голоден, поэтому захватил по пути хлеба и кусок мяса. Когда Ричард вернулся, Равен спал, растянувшись на шкуре, согретый теплом камина.

- Тени уже короткие, а ты всё дрыхнешь? - Князь произнес это резко и громко, отчего парень, даже толком не проснувшись, поднял голову и тут же разлепил глаза.

- Простите... - Равен оглянулся по сторонам, вспоминая, где находится. Он резкого пробуждения и голода голова начала тут же болеть.

- Разговор есть. Плохие новости. - Ричард протянул мальчишке еду, а сам сел напротив. - Вольфганг не просыпается и, может быть, не проснется. Так и будет лежать, не выздоравливая и не умирая. Я не знаю, кому за ним ухаживать, так что, думаю, если с ним возиться никто не станет, то он скоро покинет нас.

Равен молча жевал хлеб, еще не понимая, как это отразится на нем. Но от осознания того, что муж больше не придет в себя, внутри почему-то всё сжималось. Мальчишке было жаль, что из-за него сильный, здоровый оборотень оказался в таком положении. Князь продолжал.