– Боже, я люблю тебя.

– Как друга?

Их тела слились.

– Ты для меня все.

На кухне царил беспорядок. Приняв душ и закутавшись в халат, Син рассеянно оглядела ее с порога, решая, с чего начать уборку. Загружая тарелки в посудомоечную машину, она услышала, как щелкнул замок задней двери. Син обернулась и увидела распахнутую дверь, куда стремительно влетела Ладония, сопровождаемая Чарли.

– Господи, что случилось?.. – Из блюдца, которое Син держала в руке, вода потекла на пол. – Я думала, вы еще на Гавайях.

– У нас изменились планы, – сообщил Чарли, ставя на пол чемоданы и быстро закрывая дверь, чтобы не напустить в кухню холодного осеннего воздуха.

– О чем ты?

– Вчера я пыталась дозвониться тебе на работу, но мне сказали, будто ты ушла пораньше.

– Но у вас же медовый месяц. Зачем надо было звонить мне?

– Я хотела сообщить о нашем решении вернуться на материк и провести несколько дней в Лас-Вегасе.

– Но поскольку не смогли дозвониться до тебя, то вылетели вечерним рейсом в Лос-Анджелес, – добавил Чарли.

– Из отеля я снова перезвонила тебе, но никто не отвечал, хотя было уже довольно поздно. Я оставила несколько сообщений на автоответчике.

– Я забыла его прослушать, – призналась Син.

– Где ты была ночью? Я потребовала связать с Уор-том и узнать о тебе, но его тоже не оказалось дома. Сегодня утром снова стала звонить сюда, но телефон был занят больше двух часов.

– Я, я просто хотела подольше поспать, – пробормотала Син. Уорт специально снял трубку телефона, чтобы им не помешали заниматься любовью.

– Тогда я решила позвонить в твою службу сообщений. И там мне сказали, что вчера вечером тебя разыскивала полиция.

В разговор вновь вмешался Чарли.

– Ладонию чуть удар не хватил, когда она услышала это. И мы тут же решили лететь в Даллас, а не в Лас-Вегас.

– Ох, вам не надо было этого делать! – воскликнула Син. – Все в порядке. Звонок из полиции касался моей пациентки.

– А где Брэндон?

– Он ночует у Латиморов.

– Слава Богу, что все в порядке, – облегченно произнесла Ладония, прислоняясь к Чарли. – Я ужасно волновалась. Не могла себе представить…

Син проследила за изумленным взглядом молодоженов, устремленным на дверь в кухню. На пороге стоял Уорт, волосы его были мокрыми после душа, вокруг пояса обернуто узкое полотенце, разделявшее белой полосой обнаженные загорелые торс и бедра.

– Доброе утро всем, – радостно поприветствовал он присутствующих. – А что тут делают молодые? Неужели медовый месяц закончился так быстро?

– Уорту пришлось, гм, остаться… мы вернулись очень поздно. Я… я как раз собиралась приготовить кофе, – пролепетала Син. – Может, хотите позавтракать? Вас кормили в самолете? Правда, я не уверена, я не ходила в магазин…

– Ладно, – оборвала Ладония бормотания дочери. – Наверное, мне следовало бы отплатить тебе той же монетой и устроить такую же сцену, которую устроила ты, обнаружив мужчину в доме, но я очень рада, что в конце концов все получилось именно так. – Она взглянула на Чарли. – Я выиграла.

– Выиграла? – переспросила Син.

– Я должен ей сто долларов, – пояснил Чарли.

– Я поспорила с ним, что вы с Уортом безумно любите друг друга, но просто еще сами не осознали этого. И оказалась права. – Глаза Ладонии светились радостью.

– Мне кажется, у них все решилось во время встречи на нашей свадьбе, – заметил Чарли.

– Мама! Значит, ты все специально подстроила?

– А что мне еще оставалось делать, когда вы сами не могли решить эту проблему?

– Спасибо, Ладония. – Уорт медленно подошел к Син и обнял ее за талию. – Я не извиняюсь за то, что провел ночь с твоей дочерью, но вы с Чарли должны знать: у меня исключительно благородные намерения. Мы собираемся пожениться.

– Пожениться? – удивилась Син. – Когда это мы решили?

– Неужели я забыл сделать тебе предложение? – Уорт заключил ее в объятия. – Син, ты согласна стать моей женой, лучшим другом и единственной любовью на всю жизнь?

Вместо ответа она обняла Уорта за шею и потянулась губами к его губам. Поцелуй их был жарким и желанным, Син всем телом прильнула к нему.

Ощутив желание, Уорт отстранился и, придерживая одной рукой полотенце, другой – обнял Син и повел ее к двери. Ладонии и Чарли он сказал:

– Вам придется извинить нас. У нас это получается гораздо лучше, когда появляется настроение и возникает желание.

Эпилог

– Папа, почему мама так долго не выходит?

– Она скоро будет, – ответил Уорт и погладил Брэндона по волосам. Ему доставляло удовольствие слышать, как мальчик называет его папой.

Впервые он так обратился к Уорту вскоре после его женитьбы.

– Понимаешь, Брэндон, – попытался ласково объяснить Уорт, – твоим настоящим отцом был Тим Маккол.

– Да, я знаю, но он же умер. – Лицо ребенка опечалилось при мысли об этом, но потом вновь озарилось улыбкой. – Просто теперь у меня два отца. Он был моим папой, когда я был маленьким. А теперь ты мой папа.

– Лучшего я и желать не мог, – воскликнул Уорт, крепко обнимая Брэндона. Син, слышавшая этот разговор, улыбнулась мужу.

Через три месяца после свадьбы Уорт узнал, что ему предстоит стать настоящим отцом. Он тогда с тревогой ожидал возле этого же кабинета результатов гинекологического обследования, которые подтвердили их счастливые предположения.

Радости Уорта не было предела. Он повел Син ужинать в ресторан, а ночью, страстно и нежно лаская, шептал слова ей и их ребенку.

Уорт не мог дождаться, когда малыш займет отдельную спальню в их новом доме, который они купили, продав дом Син и его «дворец удовольствий». Уорт не упускал случая, чтобы расхвалить детородные способности жены и красочно описать свою любовь к ребенку, которого она вынашивала. Считая себя большим знатоком по предродовому периоду, Уорт надоедал всем многочисленными подробностями, вычитанными в энциклопедии.

Ладония сказала ему, что не встречала в жизни более беспокойного будущего отца. Уорт только обнял ее и возразил: вряд ли они с Чарли переживают меньше. На самом деле это было правдой.

Несмотря на свое бахвальство, Уорт, как и все любящие будущие отцы, испытывал страх перед таинством, окружавшим беременность и рождение ребенка. Поэтому сейчас он старался держаться спокойно, чтобы не пугать Брэндона.

Уорт заерзал в кресле и с тревогой взглянул на часы, обеспокоенный тем, что Син так долго не выходит из кабинета. Ведь предполагалось: это будет обычный осмотр. Зашел, вышел и все. Поэтому они и договорились с Брэндоном после больницы пойти в кино.

Почему же она так долго? Что-то случилось?

Наверняка что-то не так.

– Я хочу пить, – пожаловался Брэндон.

– Потерпи. Мама скоро выйдет.

– Но она там уже так долго.

– Разве?

Они пролистали почти все книги, лежавшие на столике в приемной. На самом дне стопки Уорт отыскал книжку с библейскими историями.

– Вот эта тебе понравится, – сказал он утомившемуся Брэндону. – Тут рассказывается о том, как одного парня проглотил кит.

– Иону.

– Эй, да ты все знаешь.

Уорт начал читать вслух. И только тогда, когда добрался до того момента, как непослушный пророк очутился в чреве кита, из смотрового кабинета вышла Син.

Уорт вопросительно посмотрел на нее, но, к его огромному неудовольствию, она отвела глаза в сторону.

– Ну, идем в кино? – спросила Син у Брэндона.

Мальчик захлопнул книжку, слез с кресла и побежал к двери. Уорт и Син последовали за ним.

– Все в порядке? – озабоченно поинтересовался Уорт.

– В полном.

Уорт распахнул дверцу машины для мальчика, который забрался на сиденье, но преградил дорогу Син, не пропуская ее.

– Что-то случилось?

– Ничего не случилось, – твердо заявила она и решительно помотала головой.

– Син, ты плохая лгунья. Что-то не так?

– Не произошло ничего плохого, – ответила она, подчеркнув последнее слово.